Была уже ночь, но у группы оставалось еще немного времени для разговора, перед началом комендантского часа. Поэтому они все решили отправиться в комнату парней, чтобы обсудить, что же произошло во время боя с Далки.

К тому моменту слезы перестали капать со встревоженных глаз Эрин, но, тем не менее, Лейла продолжала утешать и успокаивать ее по пути. Куинн не знал, когда это произошло, но теперь они были ближе, чем раньше. Было странно видеть Лейлу, помогающую Эрин.

Когда он впервые прибыл в академию, он никак не мог бы представить себе такой сцены. Всю дорогу по коридору, направляясь в комнату, они молчали, и было это жутко. Никто из них не знал точно, как объяснить произошедшее. Питеру было особенно любопытно, что случилось после его прыжка между Куинном и Далки.

— Эй, Куинн, — прошептал Ворден, когда они шли впереди, возглавляя группу, — ты действительно собираешься ей все рассказать? Разве не можешь просто сказать о способностях тени и забыть о другом?

— Тогда как я объясню Питера? Как насчет всей той собранной Лейлой крови? — ответил Куинн.

— Хорошо, но что, если она взбесится и всем расскажет? — спросил Ворден.

Куинн оглянулся на нее, которая шла позади него. Честно говоря, ему казалось, что ее приоритеты направлены были точно не знание о Куинне и Питере, а на вопрос, почему он скрывал эту силу все это время.

— Вообще-то, — сказал Куинн, — я больше беспокоюсь о том, как Питер отреагирует.

В конце концов, они добрались до комнаты, и все спокойно вошли в нее. Трое парней быстро сели на кровать Вордена, в то время как девушки сели на кровать Куинна.

— Полагаю, я должен высказаться первым. — сказал Куинн, вставая, он двинулся к центру их сборища. — Недавно, как вы знаете, мы с Ворденом попали на планету с красным порталом. Пока мы были там, я обнаружил странную книгу способностей — ту, которая позволяет мне управлять тенями. Странной она было потому, что исчезла в тот же момент, как я изучил способность, заложенную в нее.

Он трижды постучал по поверхности своих часов, число внезапно изменилось с единицы на шестерку, когда он стукнул снова три раза, число вернулось к изначальной единице.

— Я так и знала! — сказала Эрин. — Но почему ты скрывал это от всех? Если бы хотел сохранить это в секрете, мы могли бы просто найти самое тихое место и охотиться там, подальше ото всех. Из-за тебя мы, вероятно, потеряли шансы на становление лучшими.

В ту же секунду Куинн тяжело вздохнул.

— Потому, что есть еще больший секрет, который я скрывал…

Лейла и Ворден уставились на него, и изо всех сил старались не сводить с него глаз. Они знали, что ему будет трудно об этом сказать. Ворден не был слишком уверен, правильно ли все это, и приготовился к последствиям. Ведь знал, что Куинн был слишком добросердечен, чтобы справиться с этим своими руками. Если Эрин не соберется держать при себе этот секрет, то Ворден обязан будет с этим что-то поделать.

— Я вампир. — сказал Куинн, глядя на Эрин и Питера с нервным выражением лица.

Питер никак не отреагировал, но это было не потому, что он знал это или подобное, он просто не мог поверить в услышанное. Тем не менее все это обрело какой-то смысл, зонт, Лейла собирающая кровь. Но он задал себе вопрос, существуют ли вампиры на самом деле, хотя ход мыслей был прерван девушкой.

— Что такое вампир? — спросила Эрин, невинное невежество отразилось на ее лице.

Все остальные повернули голову, чтобы посмотреть на Эрин.

Не так уж и редко кто-то не был осведомлен о вампирах в их время. С годами количество продуктов развлечения, связанных с этими существами, уменьшилось. Было уже не так много фильмов, книг или даже игр, где они участвовали. Однако по телевизору часто показывали старые фильмы, и именно там большинство получало знаний о том, что такое вампир.

Однако Эрин же выросла без развлечений. В ее мире не было никаких фантастических книг, игр и фильмов. Все ее время и силы были связаны только с борьбой или изучением текущего состояния мира.

Она была не единственная в таком положении, так как многие разделяли это невежество. Куинн сам был в подобной ситуации. Он слышал о термине “вампир”, но на самом деле очень мало о них знал, поэтому пришлось положиться на Лейлу, которая все ему объяснила.

С этим признанием все медленно начали ей рассказывать, кто эти существа — как они слабели на солнце и нуждались в человеческой крови, дабы продолжить жизнь. Вся эта новость стала для нее настоящим шоком, потому что в ее сознании звучала как фальш.

— Так вот что вы придумали, чтобы попытаться оправдать не использование им своих способностей. — сказала она. — Ну, на это я не куплюсь. Я не верю, что существует человек, которому необходима кровь, чтобы жить. Если существовали такие существа, как “вампиры”, почему они до сих пор не явили себя миру?

Затем она подошла к двери и открыла ее, прежде чем произнести последние слова.

— Вы меня разочаровали, ребята. Я думала, что мы — команда, а не кучка лжецов.

Она умчалась, закрыв дверь за собой.

— Как думаешь, она кому-нибудь расскажет? — спросил Куинн.

— Шутишь что-ли? С такой реакцией? — ответил Ворден. — Она даже сама в это не поверила. Ей будет легче убедить кого-то, что она парень, а не то, что ты вампир. Ну, и чего же мы от нее ожидали? “О, все в порядке, ты можешь брать моей крови когда хочешь?” Ради всего святого, она не Лейла.

Лейла была раздражена замечанием Вордена, но в то же время не могла отрицать, что у нее была такая же реакция, впервые узнав об этом.

— Я пойду и проверю ее, просто, чтобы убедиться, что она не расскажет кому-либо. Я сообщу тебе о всем завтра, Куинн.

Пусть Эрин и не верила в этом, Питер по какой-то причине верил. Он не знал, как это объяснить, но с тех пор, как он вернулся, его тело изменилось. Слух стал лучше, и он не чувствовал себя таким же слабым, как раньше. Он чувствовал, что между ним и Куинном существует какая-то связь.

Будто теперь они оба были связаны кровью. Последнее, что его убедило, был факт его жизни, а не смерти. Он вспомнил тот кулак Далки, который пронзил его живот.

— Куинн, значит я теперь тоже вампир? — спросил он.

Когда Питер задал этот вопрос, Куинн не знал, что ответить, потому что тот был не таким, как он. В то время как он изначально стал халфлингом, Питер кем-то, именуемым как упырь.

“А кто такой вампир-упырь?” задумался Куинн.

— Боюсь, это не очень хорошие новости. — сказала система. — Из всего возможного, во что он мог превратиться, на этот результат я надеялся меньше всего.

Слова системы не вселили в Куинна надежды, и то, что он хотел услышать, еще больше уменьшило оптимизм.