Тот, кого все приняли за клона Ино, был пристегнут к стулу специальными ремнями на руках и ногах. Логан был совершенно уверен, что это удержит вампира, но постоянно оглядывался назад, задаваясь вопросом, когда же тот проснется. Ему ввели уколы для успокоения, пока он проводил несколько тестов.

Глядя на то, что происходило с Ино прямо сейчас, даже если это был клон, Куинн ощутил небольшую неловкость. Он в некотором роде привык воображать, что именно этому подвергнет его, если они когда-нибудь найдут настоящего.

“Ты не можешь чувствовать вину, помни, ты бы никогда не сделал ничего подобного, если бы, во-первых, Ино был прямолинеен и честен с тобой,” сказал Винсент, “во-вторых, не попытался напасть первым не члена твоей группы.”

Это было правдой, действия Ино в конце концов привели к этому, и в некотором смысле это не было похоже на пытки. На самом деле, Логан мало что делал с ним, кроме того, что взял несколько образцов, но им было ясно, что этот Ино вампир, и с ним обращались как с вампиром.

Любые раны, которые наносились на его тело, быстро заживали, и его клетки реагировали на человеческую кровь. После тестирования в течение нескольких часов казалось, что Логан наконец закончил, но он не прыгал от радости и не проявлял особой реакции.

— Полагаю, ты не нашел ответа, который искал? — спросил Куинн.

Он покачал головой.

— Я могу ответить на несколько вопросов, которые могли бы у нас возникнуть, но не думаю, что это мы искали. — ответил он. — Совершенно очевидно, что этот Ино — клон. Основываясь на том, что ты мне рассказал. При поиске мутантных клеток ничего не было найдено. В чем я не уверен, так это в этом. Либо его организм не может их вырабатывать, либо у него нет выбора. При попытке обратить процесс вспять или создать процесс клонирования, аналогичный этому клону, каждый раз он терпит неудачу. По крайней мере, при попытке создать клона с помощью другого клона. Я попробовал использовать методы, которым научился в той лаборатории, у вампиров, так же как создал Бордена, и так, как создал свою руку. Я использовал собственную кровь, но клетки продолжали разрушаться, причем слишком быстро. Предположу, что это первоначальная проблема при создании клона, и именно поэтому им пришлось смешать зверя и человека, чтобы поддерживать жизнедеятельность. Так что, боюсь, я не смогу создать тело для Вордена и Ратена. Может быть, Ино делает это по-другому.

— Что, если ты используешь мою кровь? — спросил Куинн.

Возможно, они не могли создать другого человека, но как насчет вампира?

— Я уже пытался сделать подобное в лаборатории вампиров, где были образцы их крови. Не сработало. Если хочешь узнать что-нибудь еще от этого клона, как они передают друг другу информацию, боюсь, я этого не пойму с помощью этого оборудования.

В результате своего исследования они получили, по крайней мере, один ответ. Что Ино каким-то образом смог создать своих клонов, а это означало, что он, вероятно, мог сделать тела для Вордена и Ратена. Глядя на Логана, он казался немного побежденным, вообще не отворачивающегося от экрана и разговаривающего с Куинном.

Словно его раздражало, что он не может понять чего-то такого, что смог кто-то другой.

“Борьба гениев.” вздохнул Винсент. “Тебе не понять. Ты не мог бы спросить его, могу ли я взглянуть на данные?”

Когда Куинн жил его жизнью, то пережил кое-что, но он не понимал, как работает его разум. Он мог видеть, как тот переживает и что-то делает, но это было слишком сложно и для него представляло собой просто набор цифр и странных букв. Вот почему он часто забывал, что Винсент на самом деле великий ум.

— Ты не возражаешь, если я взгляну на то, что ты выяснил? — спросил Куинн. Конечно, Логан был не против, но он не очень надеялся, что будет замечено что-то, чего он сам не заметил.

После того как Куинн некоторое время все перечитывал и позволял Винсенту глядеть на вещи своими глазами, все, что он продолжал слышать, было “А, понятно” или “В это есть смысл”. Но больше ничего, пока, в конце концов, он не объяснил, что ему удалось выяснить в данный момент.

“Видимо, твой друг столкнулся с аналогичной проблемой, с которой столкнулся и я, когда пытался создать заменитель крови путем клонирования людей. Было время, когда я пытался клонировать определенные части их тел, но у меня ничего не выходило, даже с моими способностями это было совершенно невозможно.” сказал Винсент. “Думаю, твоему другу не хватает одной ключевой информации. Помни, что Ино — первый, предок. Вампиры проживают долгую жизнь, но они не живут вечно, даже их клетки стареют, но что касается первых, они будут жить поколение за поколением. Возможно, тогда Джим тоже подумал об этом. Об использовании клеток первого. Того, кто не умрет и позволит создать идеального клона."

Пока Винсент объяснял это, Куинн говорил вслух, чтобы Логан тоже слышал, и по тому, что он произносил эти слова, тот понял, что они исходят не от него, а от чего-то или кого-то другого. Возможно, его системы.

Проблема состояла в том, что в данный момент в их распоряжении не было настоящего Ино, чтобы проверить эту теорию.

Однако Куинн думал о чем-то другом. Имело смысл, что Далки неудачный эксперимент, но в то же время в некоторой степени успешный, но тогда как вампиры смогли создать заменитель крови?

На это даже Винсент не знал ответа, потому что это произошло не в его время.

В этот момент Ино стал просыпаться, и, более того, заговорил.

— Ну что, нашел все, что хотел?

Куинн немедленно подошел к нему и посмотрел ему в глаза. Откровенно говоря, с него было достаточно, он слишком долго сохранял хладнокровие и не хотел ввязываться в очередную проблему.

— Хватит в игры играть, Ино. — сказал он. — Знаю, в прошлом ты был королем, ты какой-то изначальный вампир, создавший десятую семью, но сейчас я скажу тебе две вещи. Я нынешний лидер десятой семьи, и я лидер Проклятой фракции, а значит лидер всех, кто есть на этом корабле. Для меня ты ни один из них, и ты слишком долго морочил нам головы.

— Говоришь это, потому что знаешь, что я клон? — ответил Ино. — Разве ты не хочешь поговорить с настоящим?

— Честно говоря, мне плевать. — сказал Куинн. — Я знаю, что ты знаешь все, что знает настоящий, и просто хочу, чтобы ты ответил на некоторые мои вопросы. Ты на моем корабле, и если хочешь оставаться здесь, тебе нужно выполнять мои приказы. До сих пор у нас все было хорошо без тебя, и Проклятая фракция переживет потерю твоего пребывания здесь, от тебя больше проблем, чем пользы, я найду собственный способ вернуть Вордена и Ратена. Ты не можешь продолжать использовать это в качестве отговорки и шантажа.

В комнате воцарилась тишина, присутствовали только четверо, и Ино ничего не отвечал. Куинн отвернулся и вздохнул.

— Лео, делай с ним все, что хочешь. — сказал он, и в следующую секунду Лео выхватил клинок.

— Хорошо! — крикнул Ино, испустив после этого глубокий вздох, будто это было утомительно. — Ладно, значит ты хочешь, чтобы я просто ответил на твои вопросы? Тогда хорошо, давай поговорим. О чем бы ты ни спросил, я с радостью отвечу. Думаю, я достаточно долго пытался разорвать твои узы. Не думал я, что люди, обращенные в вампиров, едва знавшие друг друга, будут искренне заботиться друг о друге. Но Куинн, позволь мне сказал кое-что для начала. Я решил не убивать дампира, потому что ты прав, девушка часть твоей группы, и до сих пор все было хорошо, но ты хоть знаешь, почему дампиры так опасны? — спросил он.

— Из того, что я знаю, это потому, что вампиры боятся их. Боятся, что есть раса, более сильная, приспосабливаемая, и которая может без проблем передвигаться под солнцем. — ответил Куинн. — Вампиры верят, что они сильнейшие, и никогда бы не захотели, чтобы среди них жили еще более сильные.

По крайней мере, частично это соответствовало его взглядам на то, что он узнал.

Со стула Ино раздался громкий смех.

— Ты в это веришь?! Кто тебе это наплел? Хотя в какой-то степени ты прав, причина вовсе не в этом. Помнишь, когда ты спрашивал меня о защите вампиров и людей? Я действительно хочу защитить обоих, и верю, что это возможно. Однако, при условии существования дампиров это невозможно. Позволь мне рассказать тебе истинную причину, почему вампиры их так боятся.