Прошло уже почти три года, как я пришел к Акацуки. Меня, слава Ками, так и не пригласили в постоянные члены, но мелкие поручения я выполняю достаточно часто, моя коллекция сердец постоянно растет. Сейчас у меня во внутреннем мире хранится двадцать одна штука – по семь на каждую недостающую мне стихию. Да, я хомяк-параноик. Но я не виноват, это жизнь такая. А обычные сердца, не обладающие сродством к стихиям, я вообще не считаю.

Скоро начнутся события «Ураганных хроник», а это значит, что мне пора уходить. За это время Итачи успел подтянуть меня в тайдзюцу до своего уровня, по крайней мере, большинство поединков я теперь сводил к ничьей, иногда даже побеждал. Артефактного меча у меня так и не появилось, тренировался на простых или удлинял вакидзаси с помощью стихии молнии. А кроме того, научился посылать через клинок мощную, как из огнемета, струю пламени. С Великим Огненным шаром, конечно, не сравнить, но зато печати складывать не надо. Так что иногда наши с Итачи тренировки со стороны были похожи на бои огненных магов из Аватара – сошлись, обменялись ударами, покидались огнем и разбежались.

С Мангеке Шаринганом у меня все далеко не так радужно. Он пробудился, но, похоже, такой же ленивый, как и его хозяин – толку от него почти нет. Со своей начальной формой я пока только Цукиеми смог овладеть, но у меня и без него были достаточно мощные иллюзии. Остальные высшие техники, вроде Аматерасу и полноценного Сусаноо, мне пока не доступны. Да и удерживать Мангеке я могу не очень долго, дальше голова начинает раскалываться и сосуды в глазах лопаются. Одним словом, какой-то бракованный шаринган мне попался.

Я знаю, что надо уходить, но я так привык к этому месту, прижился, словно у себя дома. Я даже к Акацукам притерпелся, мне понравилось их постоянно шокировать. В Конохе-то я не смогу так развлекаться, там место штатного психа уже занято Майто Гаем. Да и Итачи расстроится, что нам придется расстаться, хотя бы на некоторое время. Наш совместный братский комплекс стал только сильнее, хотя казалось бы, куда уж дальше. Я обожаю его, он гордится мной, и вместе мы ходим по кондитерским и иногда читаем книжки. Идиллия, одним словом.

Даже не знаю, как ему сказать, что мне пора возвращаться. Совершенно не хочется огорчать Итачи, но все же придется. Впрочем, он и сам знал, что это не навсегда. Но надо все-таки постараться, и как-то помягче поведать о моем скором уходе. Впрочем, и ему самому в Акацуки задерживаться не стоит, а то еще решат отомстить ему за мое «предательство». Обычно я просто вываливаю на собеседника шокирующие новости, а потом жду, пока тот в себя придет после такого. Но сейчас решил использовать отвлекающий маневр.

Извращенные личности в моем внутреннем мире давно уже разработали множество образцов тел под общим названием «неко-Саске». Как понятно из названия, это был я, но с кошачьими ушами и хвостом, причем в разных возрастах. И вот одним из этих тел я и воспользовался для проведения предстоящего разговора. Сотрудники Амбреллы, создавшие этот образец, смели утверждать, что это боевая модель – у нее повышены ловкость и скорость, а также выдвигаются прочные когти на руках и ногах. Но на мой взгляд, главной поражающей способностью этого тела является просто убийственная кавайность. Да я сам минут десять в ванной перед зеркалом торчал, играясь со своими новыми ушками и хвостом.

- Нии-сан, - я сел рядом с Итачи на диван.

Тот в своей привычной манере ничего не сказал по поводу моего внешнего вида, но явно заинтересовался, даже книгу отложил. Я помню, что Итачи любит кошек, хотя и скрывает это. Ту кошку, жившую у нас дома, он нашел на улице еще маленькой и потом сам выхаживал. Я лег головой к нему на колени и, применив секретное дзюцу «глазки-как-у-кота», повелел:

- Гладь.

Ммм… Какой кайф. Жалко, в это тело «мурлыкалку» не встроили, а то я бы сейчас тарахтел, как трактор. Я даже прижмурился от удовольствия.

- Мряф! – я чуть не подпрыгнул, когда меня неожиданно дернули за хвост. – С ума сошел? С кошками так нельзя!

- Я просто хотел проверить, настоящий ли он, - невозмутимо ответил нии-сан.

- Злодей! – припечатал я, но лег обратно.

Пострадавший хвост я обернул вокруг ноги, чтобы до него было труднее добраться, а сзади натянул пониже футболку.

- Продолжай, - но теперь я не расслаблялся, то и дело следил за Итачи краем глаза.

Но понемногу опять впал в нирвану. Похоже, Итачи тоже нравился процесс, и он больше ни на что не отвлекался. Я чуть не забыл, зачем вообще все это затеял.

- Нии-сан, - я наконец-то начал неприятный разговор. – Я собираюсь вернуться в Коноху.

Рука Итачи замерла, но потом вновь продолжила поглаживание.

- Ты хотел бы тоже вернуться? – спросил я, не дождавшись никакой реакции.

- Это невозможно, - нии-сан застыл без движения, глядя куда-то вдаль.

- Если ты хочешь, мы могли бы попробовать, - я сел рядом. – Правда, через несколько месяцев Пейн снесет Коноху с лица земли.

Упс, кажется, я опять это сделал. Хотел ведь сообщить помягче, а вышло как всегда.

- Да ты не переживай, все живы останутся, пострадают только здания.

Но кажется, я не особо утешил нии-сана, уж больно лицо у него странное было.

- Знаешь, давай я тебе просто будущее покажу, - предложил я. – Рассказывать слишком уж долго.

Я спроектировал на экран что-то вроде клипа, смонтированного из кусков самого начала второго сезона аниме. Но даже в таком урезанном виде показ занял больше двух часов. Закончился этот краткий обзор сценой, где Ямато видит котлован на месте Конохи и говорит: «Вот же пи****». По-моему, ничего так, эпичненько получилось.

На Итачи клип явно произвел впечатление. Он некоторое время сидел неподвижно, пытаясь осознать увиденное.

- И что самое плохое или, наоборот, хорошее, это с какой стороны посмотреть, время тут будто резиновое. Я думал, что любой мой шаг, отличный от знаний в моей голове, разрушит известное мне будущее, но этого не происходит. Ключевые события все равно случаются, пусть с небольшими изменениями. Мне позволены маленькие вольности, но не более того. Поэтому я сейчас здесь, а не у Орочимару. Впрочем, я собираюсь скоро к нему наведаться и все-таки прикончить. У него есть то, чего мне не хватает, да и вообще, не нравится мне этот хмырь.

Итачи молча на меня посмотрел, но отговаривать не стал. Надеюсь, это означает, что он полностью уверен в моих силах.

- Нии-сан, - я поймал прядь его волос и заставил наклониться к своему лицу. – Если ты вдруг посмеешь умереть, все равно как – столкнувшись с какой-нибудь божественной силой или нелепо подавившись данго – я воскрешу тебя с помощью Эдо Тенсей и на веки вечные сделаю своим рабом. Ты мне каждое утро будешь завтраки готовить. В розовом переднике с оборками. Понял?

- Ну, чтобы избежать такой ужасной участи, я постараюсь выжить, - Итачи даже улыбнулся уголком губ.

- Не думай, что я шучу, - предупредил я его и едва подавил желание коснуться ожерелья на шее, где теперь были целых три стеклянных бусины, подписанные русскими буквами – Ф, О, И – чтобы не перепутать, где чья ДНК.

Кроме того, я старательно запечатывал во внутреннем мире кровь Итачи, если на тренировках мне удавалось его ранить. Однажды я воссоздал копию нии-сана на основе его собственной крови. У клона даже был Мангеке Шаринган, но в мощности он значительно уступал оригиналу и самые сильные техники ему были недоступны. Решено было в бою его не использовать, но умники из внутреннего института вдохновились и наклепали тел Итачи опять же с кошачьими ушами. Будто ничего более оригинального придумать не могли. Вот, например, черные крылья, как у темного ангела, пошли бы ему еще больше.

Кстати, умники все-таки смогли меня недавно порадовать. Иногда они создают такие очевидные и необходимые вещи, что я только удивляюсь, почему раньше сам до них не додумался. Например, мобильный телефон. В прошлой жизни сложно было без него жизнь представить, а тут почти десять лет потребовалось, чтобы сообразить про аналог. И ведь тут есть рации, я ими сам пользовался, но о создании собственной связи даже не задумался. Зато теперь я мог оставить Итачи вещь, с помощью которой он мог в любое время со мной связаться.

Выглядел «телефон» в точности как мой из прошлой жизни, я даже брелок в виде мехового пушистика оставил. Мобильный полностью состоял из моей чакры и постоянно подпитывался из моего внутреннего источника, поэтому, предположительно, срок годности у него такой же, как и у меня. Пока у меня есть энергия, эта штука будет работать, причем передавать может не только звук, но и изображение. Объяснив Итачи, как со мной связаться, и наказав звонить почаще, напоследок добавил:

- Если я дам такой же телефон еще кому-то, его имя появится в списке, и с ним тоже можно будет связаться.

- Понятно, - Итачи нажал на кнопку вызова.

В моей голове немедленно раздался громогласный вопль «Итта-чи!!!» причем голосом Наруто. Такое ощущение, будто Узумаки подкрался со спины и гаркнул в ухо. Я вздрогнул, и нии-сан сразу же нажал на отбой.

- Что такое?

- Слишком громко, - я потряс головой и постучал по уху.

«Совсем распоясались эти внутренние личности! Землетрясение им, что ли, устроить? Вообще страх потеряли, над своим творцом прикалываются!»

- Вроде бы готово, - я закончил с настройкой, мысленно пообещав кары небесные всем ответственным за связь. – Давай еще раз.

Итачи снова нажал на кнопку, и у меня в ушах прозвучало: «О, Всемогущий, соблаговолите ли Вы ответить на звонок?»

- Уже лучше, - я дал разрешение на связь, и на экране телефона мгновенно появилось мое лицо.

Я показал Итачи еще несколько функций устройства – через него можно было посмотреть досье на любого из Акацуки и еще нескольких сильных шиноби. А также с точностью до метра определить мое местоположение, впрочем, так же и я мог найти брата. Полезная штука получилась, не хуже глайдера. Теперь, если соскучусь по Итачи, всегда смогу с ним пообщаться. Точнее, болтать буду в основном я, нии-сан все так же оставался весьма неразговорчивым.

Я не знаю точно, сколько времени осталось до того, как Дейдара и Сасори отправятся на поимку Гаары. Возможно, счет идет уже не на недели, а на дни. А значит, надо провести оставшееся время как можно более продуктивно. Вот поэтому я опять пристроил голову к нии-сану на колени, дабы потешить свой братский комплекс впрок. А Итачи пусть гладит меня и размышляет, что ему делать дальше с учетом всего узнанного.