Зал застыл в оцепенении, не в силах даже аплодировать. Под медленно смыкающимися кулисами в воздухе кружили аметистовые магические круги, распыляющие дурманящий газ.

Софья, застывшая на сцене, в смятении думала: «Что происходит? Неужели я так плохо сыграла? И что с их глазами?» Когда кулисы закрылись полностью, Регул жестом подозвал её.

— Ты была великолепна, — обнял он сестру. — Лучше, чем когда-либо!

— Спасибо, Рег! — радостно воскликнула девушка. — Но почему никто не похлопал?

— Это часть операции моих... коллег.

— Что происходит? — недовольно спросила Софья. — Рассказывай! Я уже взрослая, поэтому не испугаюсь ничего!

— Ладно... Только не обижайся на меня, хорошо?

— Да!

— Это вербовочная операция Квазара, — начал рассказывать Регул. — Сейчас все люди в зале отравлены наркотиком, который сделает их рабами, подчинёнными моему начальству.

— Это... Это ужасно!

Софья сжала кулаки, её взгляд выражал горькое разочарование. Она всегда была очень доброй даже к врагам, и Регул знал это. Именно он и научил её этому, когда родители бросили их.

— Ты же обещала... — голос Регула дрогнул.

— Я не думала, что всё настолько плохо! — крикнула Софья. — И вообще, я не обижаюсь, а злюсь на тебя!

— Хватит семейных разборок, — резко прервал Лимус. — Скоро, возможно, всё начнётся, поэтому, Регул, будь наготове.

— Есть! — быстро ответил парень.

— Да пошёл ты, брат... — уходя, сказала девушка. — Только посмей кому-нибудь причинить вред!

«Я подозревала, что раз брат носит с собой меч, то он может быть таким плохим, но... — думала Софья, пытаясь проглотить ком в горле, — травить зрителей наркотиком? Нет, такого простить не могу».

Тем временем в зале все люди, кроме одного, сидели, смотря в одну точку в кулисах. Единственной, кто пытался сопротивляться — была Десилия. Она то и дело вертелась, пытаясь сбить эффект наркотика.

«Не поддамся... Держись!» — мысленно командовала себе Десилия, кусая губу до крови. Соль уже поддался воздействию, его стеклянный взгляд, полный холодного безразличия, следил за метаниями Десилии.

«Я придумала! Небольшая боль сбивает эффект наркотика, а значит нужно просто...» — размышляла девушка, перед тем, как в её руке появился короткий меч из света. Она быстро вонзила его неглубоко в свою ляжку и сдержала крик.

Боль волной прокатилась по телу, а световой клин окрасился алым от крови из раны. Сдавленно кряхнув, она резко вонзила клинок в плечо Соли. Впервые по телу парня прошла такая боль. Меч пробил кожу с плотью и полностью окрасился в алый цвет. Кровь хлынула ручьём, вырывая у Соли душераздирающий вопль.

— Больно! — держась за раненное плечо, кричал он.

— Терпи, если не хочешь под влияние этого наркотика вернуться...

Зал окутал полупрозрачный лиловый туман, сквозь который можно было только слабо видеть яркие объекты. Газ имел приторно-сладкий запах с металлическим послевкусием, пересушивающим горло.

Сотни сиреневых светящихся глаз уставились на Десилию. «Что же делать? Может просто убить их всех? — размышляла над планом девушка. — Нет, моей маны тогда не хватит на борьбу с настоящими магами и мечниками».

— Соль, мы направляемся за кулисы, — воскликнула Десилия, — держись за меня крепко!

— Что?.. — всё ещё пытаясь привыкнуть к боли, спросил Соль.

Девушка взяла его за руку, после чего превратилась в свет и полетела прямо на сцену. С резким звуком рвущейся ткани, они пробили кулисы. Перед ними предстали декорации девятого круга, который был на представлении.

Ледяной пол затруднял передвижение. Тем не менее, Десилия дала в руки Соли лечебное зелье и отправила его в сторону бутафории со словами: «Битвы оставь мне, а ты найди полезные зацепки по Квазару, понял?»

Парень выпил лечебное зелье и по льду отправился в сторону, где было больше всего реквизита. Девушка же тоже выпила лечебное зелье и направилась в другую сторону. Лёд под её ногами захрустел, оповещая всех врагов о ней.

«Моя мана хоть и неполная, но её хватит для победы над ними», — думала Десилия, улыбаясь.

***

«Ненавижу эту женщину! — думал Соль, блуждая по запутанным коридорам за сценой. — Я впервые в жизни испытал такую боль...» Звук его шагов эхом разносился повсюду, что значило полное отсутствие людей. Весь коридор состоял из каменных кирпичей и факелов, что напоминало парню о культе.

Вдруг, вдали его взгляд заметил деревянную дверь в кабинет режиссёра. Он не знал, стоит ли заходить или нет, и думал: «Единственное место, где я могу найти зацепки. Надо молиться, чтобы там никого не было, иначе неловко выйдет».

Соль всё же вошёл в помещение. Кабинет представлял странный контраст: почти посередине стоял роскошный стол с золотой инкрустацией, а на полу валялся потрёпанный ковёр, которому уже был явно целый десяток лет.

Вместе с этим, у стен стояли роскошные книжные шкафы, наполненные кучей различных книг, некоторые из которых валялись на полу. В кабинете было тихо и пусто, поэтому Соль подошёл и подобрал одну из книг с пола.

На обложке значилось «Девять кругов», но многие страницы были выдраны. «Что это значит? Режиссёр перечитывал книгу и рвал страницы для представления? — подумал Соль. — Да не в жизни не поверю, что тут нет какого-то подвоха!»

Парень начал листать книгу в поисках подсказки и заметил, что страницы вырваны в абсолютном случайном порядке и не имеют никакого смысла. Он продолжал осматривать комнату и когда собирался положить книгу на полку, то заметил маску под столом.

Это была красивая маска со узорами трёх звёзд по бокам и трёх линий посередине. Соль подобрал её и надел на себя, далее начал осматриваться: «Эта маска... Я вижу следы... Но это не отпечатки, а что-то другое».

Он выплеснул немного своей маны наружу и точно убедился: «Понятно, она позволяет видеть следы маны. Это может стать подсказкой к книге...» Забирая книгу с полки, ему наконец-то стало видно её настоящее название: «Дневник». Соль открыл её и начал читать.

Амфион давно мечтал порвать с Квазаром, чтобы вернуться к привычной мирной жизни, но знал слишком много. Но из-за того, что он знал слишком много, было опасно даже заикаться о таком намерении.

Одно неверное слово и за ним бы приставили тщательную слежку, чтобы тот даже не думал сбежать. Глава Квазара вряд ли одобрял подобное, но местные ячейки действовали самостоятельно.

Тем не менее, в один день ему вручили на хранение «маску морока» — якобы ценный артефакт, который на самом деле практически бесполезен, но должен был стать приманкой для кого-то.

Уже через неделю ему сообщили о начале новой досрочной вербовки, что удивило режиссёра. Обычно подобную вербовку проводили раз в несколько месяцев, а теперь направили огромный бюджет и сократили сроки.

Он решил, что здесь явно замешаны высшие чины Квазара и использовал маску, чтобы написать этот дневник. Ему было известно, что среди зрителей будет тот, кто нужен организации, поэтому Амфион решил оставить этот дневник, как подсказку и помощь им.

Также в дневнике была описана информация об отрядах и актёрах, которые привлечены к операции. Среди них пятая и третьи исполнительные группы, а также персонал театра. Наркотик был поставлен лабораторией алхимиков, находящейся под рабочей часовней на востоке города.

Последняя запись гласила: «Остановите их! Пощадите лишь Софью... Она всего лишь жертва этих ублюдков, которая желает лишь счастья брату... Если вы найдёте и поговорите с ней, то всё поймёте».

— Теперь всё понятно, — прошептал Соль, снимая маску. — Возможно, эта маска и есть так называемый «артефакт тьмы».

«Лишь появляется вопрос: почему он настолько бесполезен и слаб? — размышлял Соль. — А ещё по дневнику можно понять, что прибытие Десилии было известно, а маска является приманкой... Значит ли это?..»