АРТУР ЛЕЙВИН
Кулак Валена резко ударил Сета по носу. Вместо того чтобы отшатнуться, как он сделал бы это раньше, худой мальчик переместился в сторону удара, лишив его всякой силы. Его колено уперлось в ребра Валена, но Вален заблокировал удар ладонью, а затем наклонился вперед и ударил плечом в грудь Сета, отбросив его назад.
Крутящийся удар по ногам Сета — и без того плохо расположенным для равновесия - отправил его в жесткое падение на мат.
«Вы оба молодцы», — сказала Афена, и я со вздохом вернул свое внимание к бумагам, лежащим передо мной.
Каждому присутствующему профессору были предоставлены документы, объясняющие проведение Викториады. Из-за характера мероприятия соблюдение традиций и протокола было чрезвычайно важно, поэтому предоставленная информация была подробной до утомительности. Я понимал, что все это необходимо запомнить, но мысли все время возвращались к моим собственным планам на это мероприятие.
Сейчас я был сильнее, чем в бытность Копья с белым ядром, даже если я потерял некоторые виды оружия в своем арсенале. Тем не менее, я хотел использовать это событие, чтобы оценить свою силу в сравнении с силой моих врагов, не выдавая, по возможности, своей личности.
Учитывая репутацию, которую я создал здесь как профессор и восходящий, я хотел проверить свои силы - если не против Косы, то хотя бы против Слуги. И Каэра, и Кайден упоминали, что вызов даже для Слуги — редкость, но после прочтения этого документа становилось все более ясно, насколько это редкость.
Не говоря уже о Косах, даже для того, чтобы вызвать на дуэль Слугу, требовалось предварительное согласие самой Косы. Каэра упомянула, что поскольку на этот раз было две свободные вакансии, люди предполагали, что желающих будет гораздо больше, чем обычно.
А поскольку и Косы, и Слуги могли отказать претенденту, если считали такое состязание ниже своего достоинства, мне было бы трудно сразиться даже со Слугой.
В худшем случае, если ни один Слуга не примет мой вызов, мне придется наблюдать за поединками издалека.
Обычно Реджис вмешался бы в этот момент с какой-нибудь грубой, но раздражающе точной оценкой ситуации, но такого ответа не последовало.
В моей голове было тихо без сардонического пламенного волка. Хотя я все еще чувствовал его, связанного со мной тонкой нитью, протянувшейся высоко вверх по склону ближайшего горного хребта, его мысли были скрыты от меня, он был полностью сосредоточен на себе. Но короткие импульсы возбуждения или разочарования, которые не были моими собственными, время от времени вспыхивали, и я понимал, что он растет. Я чувствовал его силу.
Я привык к тому, что у меня были свои мысли, но это не означало, что они были спокойными. Я и забыл, как сильно скручивался мой мозг без Реджиса, который вовремя меня прерывал.
Поняв, что полностью потерял нить прочитанного, я отложил пергамент, чтобы посмотреть следующий тренировочный поединок.
Афена привела еще двух учеников для спарринга, в то время как Браяра проводила серию упражнений для остального класса. Маркус и Слоан обменивались жестокой серией ударов руками и ногами, когда двери класса открылись и внутрь вошли несколько мужчин закованных в броню.
Слоан увидел их первым и пропустил блок, получив удар локтем в подбородок, от которого он упал плашмя. Это привлекло внимание остального класса, и ученики разразились удивленной болтовней. Браяра и Афена быстро пресекли это, их глаза вопросительно повернулись в мою сторону.
«Могу я вам помочь?» — сказал я, встав со своего места у панели управления тренировочной платформы и поднявшись на половину лестницы по направлению к незваным гостям. «Мы в середине урока».
Знакомая фигура прошла вперед, почесывая свою подстриженную бороду и одаривая меня неловкой улыбкой.
«Извините, Грей, но, боюсь, вам придется пойти с нами».
Я нахмурился на Суллу, главу Ассоциации Восходящих в Каргидане.
«Может ли это подождать до...»
«Боюсь, что нет», — твердо сказал он.
Мой разум начал метаться, когда я подумал, для чего они могли прийти.
Мрачное выражение лица Суллы давало понять, что его визит не носит социального характера. Но поскольку это была Ассоциация Восходящих, а не стражники академии или местные правоохранительные органы, я не знал, в чем может быть дело. Если бы моя личность была скомпрометирована — а я всегда помнил о такой возможности — тогда в мою дверь постучались бы Нико или Каделл.
«И что тогда?»
Я повернулся и встретился взглядом с Браярой.
«Вы с Афеной закончите занятия. Меня не будет продолжительное время».
Поднимаясь по лестнице, я следил за руками и глазами группы в поисках любого признака того, что они готовы к нападению. Мужчины были напряжены и насторожены, возможно, даже немного нервничали, но я также почувствовал мятежное разочарование в их одинаковых хмурых лицах.
«Извините за это», — пробормотал один из них, но тут же затих, когда Сулла бросил на него предупреждающий взгляд.
У самого главного восходящего был скованный, неловкий вид человека, делающего что-то против своей воли. Что бы ни происходило, эти восходящие не были в восторге от происходящего.
Поэтому я не сопротивлялся, и позволил им вывести меня из здания и провести через кампус. Они заняли позиции вокруг меня, но никто не доставал оружия и не готовил никаких заклинаний — по крайней мере, из тех, кого я смог обнаружить. Большинство студентов были на занятиях, но по пути к выходу из кампуса мы прошли мимо многих десятков людей, и я уже чувствовал, как мое имя стоит в центре сотни шепотом произносимых разговоров позади меня.
К счастью, зал Ассоциации Восходящих находился рядом.
Я последовал за Суллой в его кабинет, который выходил на главный этаж здания. Остальные восходящие разместились у дверей, которые Сулла закрыл за нами.
Я без разрешения занял место и стал ждать. Сулла взял из-за стола кожаную сумку, внимательно наблюдая за мной. Затем, с внезапной вспышкой разочарованного гнева, он хлопнул сумкой на свой стол и опустился в кресло.
«Черт возьми, Грей, вы хоть понимаете, насколько близко к смерти вы подошли?»
Я слегка повернул голову в сторону и демонстративно оглядел кабинет.
«Кажется, у меня нет ножа возле шеи, так что нет, действительно не понимаю».
Сулла невесело усмехнулся.
«Не похоже, чтобы вы беспокоились о таких мелочах, как ножи». Схватившись за дно сумки, он перевернул его, высыпав на стол стопку пергаментов. «Вы знаете, что это такое?»
Все еще наблюдая за Суллой, я поднял отделившуюся страницу, которая пропорхала по столу в мою сторону. На нем была скобка, где каждый из моих учеников был поставлен в пару против незнакомого имени.
«Турнир Викториады», — понял я.
«Я не понимаю, в чем проблема», — сказал я, изображая беззаботность и бросая страницу обратно в стопку на столе Суллы.
Его левый глаз дернулся. Скрипнув зубами, он сказал: «Тогда позвольте мне просветить вас, профессор». Прежде чем продолжить, ему потребовалась пауза, в течение которой он перелистывал страницы. Когда он нашел то, что искал, он протянул его мне. «Это отчет об участниках Викториады из Академии Кровавого Камня в Вечоре — по крайней мере, о тех, кто будет соревноваться именно в немагических поединках без оружия». Он тяжело опустил ее и поднял другую страницу. «Здесь содержатся весьма специфические сведения об одном из лучших бойцов Кровавого Камня. Списки рун, тип мага, предпочитаемые стили боя... рога Вритры, Грей, здесь даже названы члены ее крови, которым можно угрожать или подкупить, чтобы повлиять на ее выступление».
Он пролистал еще несколько страниц, на которых содержались аналогичные сведения о других лучших бойцах из различных академий.
«Отлично, это похоже на очень тщательное исследование», — сказал я наконец, прервав его, когда он начал объяснять очередную страницу. «Но какое отношение это имеет ко мне? Эти вещи не мои».
Сулла вздохнул и потер переносицу.
«Тогда почему появился надежный свидетель, утверждающий, что вы пытаетесь жульничать в Викториаде, используя в качестве доказательства эти документы».
Я на мгновение уставился на кипу бумаг, а затем издал удивленный смешок.
«Вы шутите, да?»
Сулла сел обратно в свое кресло и уставился на меня так, словно из середины моего лба вырос рог.
«Отрицаете ли вы, что возглавляете попытку дать своим ученикам несправедливое преимущество на Викториаде?»
«Если у моих учеников есть преимущество, то это потому, что они работали для этого, а не потому, что я издевался над мамой какой-то девочки-подростка», — огрызнулся я, раздраженный тем, что меня беспокоят этой ерундой. «Нет, у меня действительно есть более важные дела...»
Сулла положил обе руки на свой стол, сбив несколько кусков пергамента на пол, и наклонился ко мне.
«Значит, кто-то хочет, чтобы вас убили, Грей».
Я с любопытством смотрел на ветерана-восходящего, ожидая, когда он продолжит.
«Обман, фальсификация или иное нарушение событий Викториады приведет к вашей казни как части ''развлечения'' Викториады», — зловеще провозгласил он. «Так что если не вы приказали собрать всю эту информацию — информацию, которая ясно дает понять, что вы намереваетесь угрожать причинением вреда нескольким членам важных высоких кровей — значит, это сделал кто-то другой, и исключительно для того, чтобы обвинить вас в преступлении, которое может положить конец вашей жизни».
Теперь я слушал более серьезно, но что-то в том, что говорил Сулла, не имело смысла.
«Вы сказали, что у вас есть свидетель? Кто-то, кто утверждал, что работает со мной или на меня, или что-то в этом роде?»
Он задумчиво прищурился, прежде чем ответить.
«Да. Они пришли к нам по собственной воле, утверждая, что их заставили установить несколько контактов между вами и сотрудниками академии по всей Алакрии. Когда они перехватили эту сумку с документами — якобы предназначавшимися вам — они поняли, что вы затеяли, и почувствовали себя обязанными передать улики».
Сулла сделал паузу.
«Вы должны знать, что несколько человек подтверждают это заявление, утверждая, что они получили от вас письма с угрозами, чтобы предоставить все это». Он жестом указал на бумаги. «В лучшем случае вам запретят посещать Викториаду. В худшем — ну, я уже сказал вам».
Даже с того самого момента, как Сулла и его силовики появились в моей аудитории, он чувствовал себя неуютно. Теперь причина была ясна.
«Почему вы так уверены, что я этого не делал?»
Он снова усмехнулся.
«Любой, кто действительно встречался с вами, знает, что вам не нужно жульничать. Я также слышал о дарований ваших учеников. Нет, это с самого начала попахивало подставой».
Кивнув, я положил локти на колени и наклонился вперед.
«Тогда скажите мне, кто этот «свидетель»?»
Сулла колебался, выглядя неуверенно.
«Я мог бы, но, если вы убьете его, это выйдет за пределы моей власти. Сейчас об этом сообщили только в Ассоциацию Восходящих. Если Центральная Академия или кто-то из этих высоких кровей окажется замешанным...»
«Я не буду его убивать, но я выясню — »
Меня прервало то, что прибор на столе Суллы засветился и начал тихонько жужжать.
Несколько секунд он смотрел на него, как на демоническую пиявку, затем протянул руку и коснулся его.
Из устройства раздался знакомый голос: «Это Корбетт из Высокой Крови Денуар, связываюсь с Суллой из крови Друсуса. Сулла?»
При упоминании имени Корбетта глаза темноволосого восходящего расширились, и он посмотрел на меня с чем-то сродни панике.
«Д-да, Верховный Лорд Денуар, это...»
«Вы только что задержали профессора Центральной Академии по имени Грей. Глупые обвинения против него ложны, и у меня есть информация, которая поможет это доказать». Голос Корбетта звучал с небольшим искажением из-за артефакта связи, но все равно эффективно передавал вес его авторитета. «Я требую, чтобы его немедленно освободили».
Я не мог сдержать удивленной ухмылки, которая появилась на моем лице, когда я слушал речь верховного лорда. Хотя он сохранял благородный вид, в его словах чувствовалась едва уловимая угроза.
«Неужели Каэра подговорила его на это?» — спросил я себя. «Или наш разговор произвел большее впечатление, чем я думал...»
Сулла быстро восстановил самообладание. Хотя Денуары, должно быть, превосходили Кровь Друсуса в несколько раз, он не был похож на человека, которого может покорить аристократия.
«Вы говорите, у вас есть информация, относящаяся к этому расследованию?» — спросил он, его тон был совершенно деловым.
«За этим стоят Гранбели», — твердо сказал Корбетт. «Они и раньше выдвигали ложные обвинения против Грея, и сейчас они делают это снова. Я полагаю, что тщательный допрос Януша из Крови Грэма, ныне профессора Центральной Академии, покажет, что ему заплатили — и очень хорошо — за ложные показания против Грея. Теперь подтвердите, что Грей будет немедленно освобожден, или я буду вынужден лично посетить Ассоциацию Восходящих».
Сулла бросил взгляд на коммуникационный артефакт, его лицо слегка покраснело.
«В этом нет необходимости, Верховный Лорд Денуар. Я в равной степени уверен в невиновности Грея и не буду предъявлять ему обвинений. Он сейчас находится здесь со мной, чтобы обсудить, как лучше поступить в этой ситуации».
«О», — сказал Корбетт, его благородные манеры на мгновение сбились. «Тогда очень хорошо. Я слышал много хорошего о вашей справедливости и мудрости, и, похоже, эти слухи не беспочвенны. Грей, встретимся в «Троне Золотой Ягоды» на центральной улице через два часа. Всего доброго».
«Доброго дня, Верховный Лорд...» — сказал Сулла, выражение его лица находилось где-то между разочарованием и облегчением.
Когда артефакт потускнел, его внимание снова обратилось ко мне.
«Значит, у вас действительно есть друзья в высших кругах...»
«Недавний знакомый», — сказал я, пожав плечами. «Итак, профессор Грэм...»
Сулла вздрогнул.
«Как я уже сказал...»
«О, не волнуйтесь. Я не убью его». Встав, я бросил на него вопросительный взгляд. «Я могу уйти?»
«На данный момент — да», — сказал он с невеселой улыбкой. «Но с этой ситуацией нужно будет разобраться, Грей».
Я кивнул, вспомнив одного пьяного старика.
«Тогда не могли бы вы связаться кое с кем для меня?»
***
Два часа спустя я бодро шагал по центральной улице, где располагалось множество выделяющихся заведений, обслуживающих представителей высоких кровей.
Различные сценарии вертелись в моей голове, как кадры из разных фильмов, пока я размышлял о том, что узнал. Если то, что так любезно сообщил мне профессор Грэм, было правдой, то это меняло все.
Мои мысли были прерваны, когда я был вынужден уступить дорогу паре молодых из высокой крови, идущих бок о бок по середине тропинки, но прежде, чем я успел подумать о них, я был остановлен видом места, где я должен был встретиться с Корбеттом, — кафе высоких кровей под названием «Трон Золотой Ягоды*».
(Прим.: В оригинале «Goldberry’s Throne»)
Здание больше походило на храм, чем на кафе. Мраморные колонны с позолотой опоясывали открытую галерею в передней части здания и с одной стороны, а резные антаблементы, возвышавшиеся над колоннами, сверкали инкрустированным золотом и драгоценными камнями дюжины цветов, отчего крыша сверкала, как корона. Разноцветные языки пламени поднимались от постоянно горящих жаровень, прикрепленных к колоннам, придавая этому месту мистическое свойство и испуская смесь сладких ароматов, от которых у меня запершило во рту и заурчало в животе.
Несколько взглядов проследили за мной, когда я вошёл в кафе, вероятно, потому что мой наряд не соответствовал стандартам «Золотой Ягоды». Внутри теплый аромат кофе и свежеиспеченного хлеба смешивался с дюжиной различных одеколонов и духов, делая воздух неуютно тяжелым.
Матрона, одетая в черное, и бордовый жилет, работала за короткой стойкой, вырезанной из какого-то непрозрачного хрусталя. При моем приближении она почтительно поклонилась, выражение ее лица было безупречно скрыто, за исключением быстрого движения глаз, когда она осмотрела меня с ног до головы.
«Я здесь, чтобы встретиться с Верховным Лордом Денуаром», — сказал я, чувствуя, как внимание горстки посетителей кафе обратилось в мою сторону. «Он уже прибыл?»
Женщина указала направо, ее взгляд был по-прежнему опущен.
«Личная комната Верховного Лорда Денуара находится за углом, третья дверь».
Я кивнул и повернулся к ней спиной, успев заметить, как посетители — многие из которых всего секунду назад смотрели мне в спину — отвернулись и сделали вид, что занимаются своими делами.
Указанная дверь была приоткрыта и медленно открылась, когда я легонько постучал по ней. Корбетт поднял глаза от журнала в кожаном переплете, заполненного неразборчивыми записями.
«Закройте за собой дверь», — сказал он, убирая журнал.
Я так и сделал, и ряд заклинаний, идущих вдоль края двери, ненадолго засветились.
«Звукоизоляция?» — размышлял я вслух.
«Помимо всего прочего. «Золотая Ягода» не пользуется успехом у высоких кровей только из-за претенциозного декора», — сказал он, жестом указывая на место напротив себя.
Комната не была большой, но высокий потолок придавал ей ощущение величия. Низкий стол из темного дерева с реалистичным изображением гор Клыка Василиска занимал центральное место, с одной стороны стоял диван, а с другой — два кресла. Я сел в одно из них, погрузившись в мягкие подушки.
В маленьком камине в углу позади меня горел слабый огонь, а окно пропускало рассеянный свет позади Корбетта. Я нахмурился, не понимая, почему окно кажется таким неуместным, а потом понял, что в этой комнате, расположенной в центре кафе без внешних стен, не может быть окна. Присмотревшись внимательнее, я понял, что это был осветительный артефакт в форме панели, который выполнял роль фальшивого окна.
«Хорошее место», — прокомментировал я.
«Хорошее для размышлений или разговора, который не должен быть подслушан», — многозначительно сказал он. «Вы смогли найти профессора Грэма?»
«Грэм все еще жив, хотя я не могу сказать того же о его достоинстве», — бесстрастно ответил я. «Но это уже не важно».
Верховный лорд кивнул.
«Я так и думал, поэтому и пожелал, чтобы мы встретились здесь».
«Мне нужно знать, какое возмездие может сойти мне с рук», — сказал я без предисловий. «Какие неприятности могут возникнуть, если я буду преследовать Гранбелей?»
Он критически посмотрел на меня, явно взвешивая свои слова.
«Ну, если бы вы были из высокой крови или даже названной крови, равной по статусу Гранбелям, вы бы имели полное право нанести ответный удар». Он изобразил знакомую улыбку. «Но как бескровный, вы не имеете права на защиту вне суда, а вы уже хорошо знаете, насколько справедливы залы правосудия».
«Особенность», внедренная такой высокой кровью, как вы, — хотел я сказать.
«Гранбели понимают и манипулируют системой, как настоящие представители высокой крови», — продолжил он. «Они начали тотальную атаку на нескольких соперников названных кровей, но до сих пор не переступили ни одной черты, за которой их лишили бы титулов или казнили — по крайней мере, не средь бела дня. Их враги, похоже, умирают при подозрительных и удобных обстоятельствах, включая недавний пожар, в котором погибли лорд и леди Названной Крови Роткеллер».
«Как вы думаете, почему соперники не нанесли ответный удар?»
Корбетт постучал пальцем по носу.
«Вот в чем вопрос, не так ли? Но не на каждый вопрос есть ответ. В данном случае у меня есть только предположения, основанные на слухах. Однако, похоже, что они каким-то образом приобрели покровительство могущественного благодетеля, того, чья защита позволила им маневрировать более или менее беспрепятственно».
Когда такой человек, как Корбетт Денуар, называл кого-то могущественным, это сильно сокращало список подозреваемых. Только другая Высокая кровь могла предложить такую защиту — или даже кто-то выше обычных структур алакрийского общества, например, Коса.
«Это не меняет того, что мне нужно сделать», — ответил я, скрывая от Корбетта выражение своего лица.
«У вас есть какой-то план?» — спросил он. Его рука переместилась на диванную подушку рядом с ним, и я заметил бархатный мешочек, который был наполовину спрятан в его тени.
Мои губы дернулись.
«Да, но не очень утончённый».
«Я так и думал», — сказал он, подняв мешочек и потянувшись внутрь. Он достал металлическую эмблему и положил ее на стол между нами.
Черный металл был испачкан, и когда я наклонился к нему, то понял, что он был опален огнем. Сама эмблема выглядела как виноградная лоза на фоне восходящего солнца, когда-то ярко раскрашенная, но теперь почерневшая и лишенная мелких деталей.
«Названная Кровь Роткеллер?» — спросил я.
Корбетт кивнул.
«Если один из немногих оставшихся представителей этой крови захочет отомстить за сожжение их поместья...»
«Никто и глазом не моргнет», — закончил я, подняв эмблему и повертев ее в руках. Большим пальцем я стер копоть с солнца, обнажив потрескавшийся и выцветший красный цвет. «А кровь Роткеллер, скорее всего, будет отрицать это?»
Глаза Корбетта сверкнули холодным расчетом.
«Если бы их эмблема была водружена, как знамя победы, на обломках владений их врага? Что бы вы сделали на их месте?»
«Справедливо», — согласился я, положив эмблему обратно на стол. «Мой единственный вопрос — почему вы готовы сделать все это для меня?»
Они ничего не получат от помощи мне, кроме моего собственного подчинения в будущем, но, если дела с Денуарами пойдут плохо, я не смогу убить их всех, учитывая их связь с Каэрой. Позволить Корбетту иметь такой опасный секрет было, конечно, проблемой, но без доказательств это было бы только его слово против моего.
«Любопытство? Интрига?» — размышлял Корбетт. «Вы человек со множеством слоев, Грей. И эти обстоятельства позволяют мне раскрыть некоторые из них».
«Что бы я ни решил сделать, я бы не смог этого сделать без вашей помощи», — сказал я, держа эмблему так, словно произносил тост. «Так выпьем же за прочную связь, построенную на основе взаимного гарантированного уничтожения, Корбетт».
Верховный лорд сел немного прямее, но улыбка проскользнула сквозь его настороженную манеру поведения.
«Конечно. В конце концов, есть еще этот таинственный покровитель, о котором нужно беспокоиться».
Мои мысли снова прокрутили все, что рассказал мне профессор Грэм, но я не стал больше ничего уточнять у Корбетта. Вместо этого я спросил: «Возможно ли, что тот, кто поддерживает Гранбелей, будет преследовать оставшихся Роткеллеров?»
Он кивнул, выражение его лица не изменилось.
«Конечно, но даже если они умрут, они сделают это с гордостью, зная, что их кровь была отомщена. Вы предлагаете искупить их кровь, избегая при этом любых личных связей, юридических или иных».
Я не был согласен с мнением высокой крови о том, что гордость превыше жизни, и сопереживать было нетрудно. Перед лицом богов как Суверены иногда гордость была единственным, что оставалось в их власти.
Составив план и собрав все кусочки в голове воедино, я попрощался с ним и вышел на центральную улицу.
Холодная улыбка натянула уголки моих губ, когда я вытянул шею.
— Реджис, возвращайся. Пришло время воссоединиться с Гранбелями.
Самые интересные комментарии
Пусто