– А теперь расскажи мне с самого начала. И надеюсь, ты хорошо учил историю, – с лёгкой насмешкой, которую собеседник даже не уловил, потребовал Орта.

– Начнём с определения отправной точки! И да, с рассказчиком тебе очень повезло! – не забыл похвастаться Шут.

И то были не пустые слова. Демон с детства интересовался прошлым мира, а заодно старыми документами, тайнами и головоломками. Род деятельности выбрал соответствующий. В суровых реалиях Лимба да с таким складом ума стать Искателем ему казалось более чем логичным. Можно сказать, сама судьба подтолкнула.

– Когда была последняя война Ассарии и Зарзарии? – спросил Орта, заставив собеседника напрячься.

Тот взглянул на небо и скривил лицо, прикидывая, как бы лучше ответить.

– Ну, Империй таких не существует больше тысячи лет… – Потом пауза, и поправил себя же: – Почти полторы, – ухмыльнулся, в душе негодуя.

Орта задумался, как ему переформулировать, чтобы сориентироваться в годах, однако Шут разрешил проблему:

– Ну, я понимаю, о чём ты говоришь… Конец войны двух Империй, не самой масштабной, но важнейшей для всего Лимба. Верно? С датами могу ошибаться.

– Кратко обрисуй финал, сверимся, – попросил Орта, а сам подсчитывал, сколько в этом мире должно пройти лет. Ирмантом он пробыл почти десять тысяч. А в Лимбе год за пять. Озвучил навскидку: – Ну да, получается, меня интересуют события, происходившие примерно две тысячи лет назад.

– За эту штуковину я тебе всё в деталях расскажу. По мере доступных знаний, конечно, – не выпуская из рук кристалл, ухмыльнулся Шут. – А хронологию воспроизведём, у меня огромный архив проплаченных источников. – Открыв системный экран и раздвинув его по максимуму, он придвинулся к Безликому.

Орталеону показалось, что парень слишком легкомысленный, но вспомнил себя на той же стадии в прошлый раз, и душа порадовалась. Шут, будучи демоном, пришёл в Лимб после пятого этапа, человек, ну, или любой другой из вторичной цивилизации, из длинного списка созданных Первородными. Как-никак семь измерений, и все вселенные весьма просторны.

Демон воспроизвёл документ с краткой хронологией событий тех лет, и оказалось, что временем он не ошибся. Орта сосредоточенно погрузился в чтение, а Шут приступил к более содержательному изложению, чем фронтовые сводки:

– Война Империй закончилась двойным сражением в Оплоте, за пределами людской стены, и на границе. Наши штурмовали форт. То был пик Маранийской мощи, и изначально у нас был сильный численный перевес, однако в войну вступили Скрытые, и сражение завершилось полным крахом.

«Вот оно как, ни слова о сражении в Цитадели или о Нергуле», – подметил Орта по первому блоку истории.

– Впрочем, о масштабах той битвы историки спорят до сих пор, кто-то говорит о миллионах от каждой фракции, но я считаю, всего около миллиона бойцов было. То есть не так и много.

Орта задумался. Как странно слушать о тех событиях, в которых сам участвовал, а особенно, спустя несколько тысяч лет.

Шут продолжал повествование:

– Когда нашу армию разбили, остатки войск выдвинулись в ближайший город, рассчитывая там отдышаться, однако уже на следующий день объединённая армия Империи и Скрытых взяла град штурмом. Тот регион в древности принадлежал людям, и Зарзария вступила в переговоры. Лидеры обговорили условия и подписали мирный договор. Дальше триста лет мира. Люди окрепли, назвали свой союз «Альянс». А потом в один прекрасный день вновь ударили по нашим границам, оправдав акт агрессии необходимостью освобождения всех исконных территорий.

«Как такое может быть?» – дивясь рассказу, подумал Орта.

Его поразил исход, он искренне удивился подобному развитию событий, не понимая, почему так вышло и чем в то время занимался Тио.

Впрочем, вспоминая о высоких принципах того Нефилима и неспособности убивать, Орта допускал, что Тио не вмешивался в управление Светлыми. А когда всё дошло до крайности и вырвалась Скверна, Тио выбыл из игры. Азраиль , собственно, так и говорил, вот только Орта ещё не понял, когда именно всё это происходило, например, исчезновение последнего Нефилима.

– Вот тогда в войне участвовали миллионы – все, способные сражаться, с каждой стороны. Зарзария не уступала, можно сказать, была равна по силе, но о каком-то преимуществе и не могло идти речи. В итоге война растянулась на век, но Альянс побеждал. Медленно, но верно, – рассказывая с печалью, Шут не собирался останавливаться, но Орта его перебил.

– Кто тогда управлял людьми? – спросил он; вообще, он слушал очень внимательно, погружаясь мысленно в картины прошлого.

– Ой, не вспомню… Они там Совет какой-то учредили, плюс несколько монархов при строго разделённых зонах влияния, – отмахнулся демон, продолжив по теме: – В общем, чем дальше люди продвигались, тем отчётливей в Зарзарии понимали, что они не остановятся ни перед чем. То была война ради полного уничтожения, а не за территории, ведь Альянс пробивался вглубь Марании, в наши исконные земли, уже подходя к Ушдуру.

– А что ты слышал об энергетических разломах? – снова перебил Орта.

– Семь по всему Лимбу. Тогда людям принадлежало четыре, включая самый крупный! В принципе, это, наверное, роль и сыграло. В общем, за столицу сражались почти полгода, и битву ту мы проиграли, – каждое слово наполняла досада, и в целом Шут близко к сердцу воспринимал свой рассказ, переживая, что всё сложилось именно так, а не иначе, чувствуя разочарование. – Дальше вот – крах Зарзарии, – переключил он слайд на оптической панели. – Что и как там произошло, сейчас уже не выяснить. Но считается, что в отчаянии перед тем, что придётся сдать Ушдур, Император Колиус Варийский решил рискнуть и опробовать опасный ритуал, собрав сильнейших чернокнижников. Это могло дать Безликим необходимые силы, чтобы переломить исход боя и оттеснить врагов. И у них почти получилось. Вот только вместо усиления тёмной атмы они пробудили магию Скверны, а с ней и проклятие невероятной силы, без разбора терзающее обе стороны уже тысячу лет.

Орта не понял этого, но упомянув вместо чернокнижников Безликих, Шут пытался вывести его на чистую воду, пристально наблюдая за реакцией. Идея была проста: а вдруг тот подтвердит или опровергнет версию.

– То есть в появлении Проклятых виноваты чернокнижники? – Орта с интересом поддержал тему вопросами. – А сам как думаешь, правда ли?

Шут ничего не понял, точнее, не смог сделать желанного вывода, сжал губы, а потом сказал:

– Думаю, вряд ли. Проводили ваши этот ритуал или нет, Скверна, скорее всего, появилась немного позже, когда Альянс попытался переключить центральный тёмный источник. Вот и поплатились за столь вызывающую наглость. Спровоцировали извержение и выброс атмы. Всё эти Высшие… Кретины высокомерные! Хорошо ведь все жили во время перемирия. Где это видано, чтобы тёмный вулкан служил людям?! Возомнили там о себе и менее сообразительных собратьев подтолкнули, а расплачиваются все.

Орта вспоминал времена, когда всё было ровно наоборот. Тогда на месте молодого демона стоял Бал, яро ненавидящей маранийцев за жестокость и жадность.

От костра запахло едой. От аромата у Орты свело желудок и резко захотелось пить. Сушняк одолевал его давно, с самого пробуждения, просто вечер протекал столь насыщенно, что осознал он это только сейчас. Заодно озадачился, припоминая, что маранийцы всегда питались атмой, а не простой едой. Но на него это правило, видимо, не распространялось, или он пока не понял, как напитать организм.

Обернулся и увидел Ластика, разогревающего несколько банок мясных консервов. Упоминать столь подозрительный момент Орта не стал.

– М-м-м… Пожрём ща… – закатив глаза в предвкушении, произнёс Шут.

Рассказывать ему уже надоело, но требовалось отработать запросы инвестора.

– Что знаешь о Проклятых?

– Появились во время той войны, а потом, словно вирус, распространились по Лимбу, поглощая города и целые локации. Ты прямо вообще не в курсах? – недоумевал демон. – Когда взорвался вулкан Ушдура, из источника вырвалась зелёная Скверна, покрывшая несколько километров вокруг города и поразившая всё живое на своём пути. А потом мёртвые восстали. Так началась эпоха Нежити – третьей фракции. Скверна захлестнула Лимб, распространяясь всё дальше. Альянс отступил, а Зарзария пришла в упадок. Нежить сразу же насела на нас, а когда мы проиграли, перекинулись на людей. Они никого не щадят и пленных не берут! Лет триста покойники пробивались до стен старой Ассарии, ещё пятьсот – до их столицы. А потом началось затишье, длящееся по сей день. Хотя тяжело назвать это затишьем: сражения случаются каждый день, просто не столь массовые. Уверен, что Нежить притаилась в подготовке повторной, самой мощной атаки, – досказал Шут, со злостью водя челюстью.

– Каково положение Нежити сегодня? Ну, и остальных, – уже не стесняясь показывать неведение в простейших моментах, спросил Орталеон.

– У Нежити четыре из семи энергетических разломов, включая центральный и второй по мощности – великий вулкан Ушдура. Ну, и процентов шестьдесят территории Даймариса. Всё, что ниже середины континента, и до южных вод – принадлежит Проклятым. Четыре из пяти локаций Марании, устоял только регион Безликих. Пять из восьми Альтеры, на север мёртвые продвинуться не сумели. Ну, и две из трёх в Танаре: люди с Высшими укрепились в горах, но большая часть перебралась ближе к Гардару.

– С магией Скверны всё ясно. А почему Проклятые? Что они из себя представляют? Тогда, в гробнице, вы в двух местах прокололи тело… – спросил Орта.

– Всё верно. Нежить бывает двух видов. Некроманты – те, кто принял Скверну по собственной воле, присягнув её посланникам, и неважно, при каких обстоятельствах, но будучи живым. И Проклятые – гниющие трупы, сражающиеся на той стороне не по своей воле. Скверна, подобно вирусу, охотится за нашими душами и телами. Если умереть на их территории, обратишься в Проклятого. Ты будешь всё понимать и ощущать себя, даже помнить свою прошлую жизнь, но от того ситуация только плачевнее. Проклятые живут в аду, их мучает неутолимый голод и неописуемая боль! Они живы, но продолжают разлагаться, испытывая страдания, а сделать с этим ничего нельзя.

– То есть? Почему тогда они подчиняются приказам, а не умирают? – озадачился Орта.

– Видимо, Скверна так влияет на их разум. Конечно, их задерживали, но нормально допросить не получается. Проклятые теряют над собой контроль, удаляясь от воскресившего их Некроманта или по его воле, и погибают в страшных муках. Плюс Нежить питается, подобно нашим предкам, атмой, через кристаллы, а раздают эту энергию те же Некроманты. Возможно, они просто пытаются выжить.

– А повреждение тел зачем?

– Порядок такой. Считается, что центр груди отвечает за связь с магией и душу, а мозг – за разум. Но главное, снять браслет, остальное предрассудки. Впрочем, наверняка этого никто не знает, вот и прокалываем – на всякий случай, – дрожа всем телом, эмоционально описал Шут.

– Если обе империи разбиты и вам так сильно не хватает атмы, почему Нежить всё ещё всех не добила?

– Вам? А тебе атмы хватает? Нам-то она и ни к чему, есть ствол и пожрать. А вот Безликим каково? – переспросил демон с подколкой.

Орта скупо улыбнулся, уйдя от темы.

– У меня пока карта не отображается. Далеко ли до города и как планируете добираться?

– Не очень. Ты нас на самый край Далгары забросил, километров восемьдесят до границы с «Топями» – и мы дома, в Ферале. Но место неудобное, придётся через ваши территории пробираться. Специально хочешь нас на Призраков вывести?

– Да нет. А как добираться будем?

– С такой оплатой только первым классом! Нас заберут на вимане, причём утра ждать не придётся, думаю, часов через пять выдвинемся. Мы ведь не пешком до Ушдура пёрли. Наш пилот скрывался за вулканом, переждёт суету, чтобы на Нежить не нарваться, и сразу к нам. Лететь ему часа два-три, не больше. Координаты я уже отправил.

– Вы жрать идёте? – крикнул от костра Лен, да таким голосом, будто устал их ждать.