Молодые люди покинули мастерскую. На улице давно стемнело, но город неплохо освещали столбы с магическим огнём, заключённым в светильники, а небо кое-где озарялось белыми вспышками и медленно передвигающимися в одном направлении разноцветными потоками концентрированной энергии, что отдалённо напоминало реку. Особенно если рассматривать эти потоки как единое целое.

Оба порядком проголодались и не спешили начинать разговор. Орта осматривался, привыкая к новому месту, Бал изучал шального попутчика, свалившегося на его бедную голову. Он не выдержал первым:

– Ты особо не зазнавайся, я бы кузнеца всё равно уговорил рано или поздно.

– Это у тебя спасибо такое? – усмехнулся Орта. - Так не за что… Обращайся, мне не жалко! – Орта утёр Паладину нос.

Бал понял, что ему только что утёрли нос, но сдаваться не собирался:

– Ты всё равно болван. Причём каких ещё поискать.

– Есть такое… – Орта уязвлённо помолчал. – Но я хочу! И у меня много вопросов.

– Например?

– Начнём с простенького. Распределение «категорий предметов».

– Да уж. Пустоголовый. Ну вот как ты можешь такое не знать?

– Тебе когда-нибудь надоест? – Орта искоса взглянул на собеседника.

– Да ладно! Где я найду другого Высшего, не обижающегося на оскорбления? Причём от человека… Одного дня мало, боюсь, чтобы насладиться, мне может не хватить и года, – продолжил издеваться Бал, но поняв, что шутка затянулась, быстренько сменил тон и начал объяснять, впрочем, не сильно углубляясь в детали: – Системная оценка. То, что на тебе, первая категория – обычные вещи крестьян и рабочих. Название отображается в инвентаре белым цветом. Вторая – зелёнка, категория «Стандарт». Третья – «Редкие» или синие предметы. Как минимальный рейтинг заказанной катаны. Но ты, разумеется, заплатил за качество четвёртого лэвела – «Эпическое», хотя даже не обсудил этот момент, как последний олух. Самый крутой уровень – «Легендарные» или золотые предметы, но такие встречаются редко.

– Много я переплатил?

– Да нет. Не больше ста монет. Учитывая твои странности, можешь считать, сэкономил от пятисот до тысячи. Тебя бы и малое дитя облапошило. Но Ленард мастер, каких поискать. Так что ты не проиграл по любому. Как ты к нему, кстати, попал?

– Подвёз один добрый человек. Не всем же быть такими злобными, как ты, – пошутил Орта.

– Рассказывай.

– Что?

– Кто ты, откуда тут появился.

– Да нечего особо рассказать. Издалека – из Долины духов.

– Чем занимаешься и где столько бабок поднял? Предположил бы, что ты наёмник, но слишком уж на них не похож.

За разговором новоиспечённые приятели добрались до таверны. Обыкновенная забегаловка в охотничьем стиле. Здание с двумя рядами окон по фасаду. На первом этаже много столов и скамеек, на второй этаж ведёт широкая лестница, там расположены отдельные кабинки и несколько комнат. Куча пьяных людей, много женщин. Музыка, и реки креплёных напитков. Десятки разноцветных магических ламп, некоторые моргают.

Бал часто бывал здесь. Место, где можно дёшево поесть или переночевать: рядом расположился постоялый двор, а через три дома – бордель.

Подойдя к барной стойке, Паладин пофлиртовал с девушкой и попросил у неё столик в верхних кабинках, где потише, чтобы нормально поговорить. Девица мигом всё устроила, проводив и усадив гостей, а также приняв заказ. Бал заказал, не посоветовавшись с Ортой. Вышло очень скромно: две миски похлёбки, буханка хлеба, соления, горчица и килограммовая рыба на двоих. За всё двенадцать серебра, а креплёное – ещё восемь.

– Сколько в одной золотой серебра? – спросил Орта, когда девушка озвучила счёт и попросила оплатить сразу.

Бал благородно рассчитался сам. Уходя, официантка прикоснулась к своим белокурым волосам и оставила после себя запах духов. От их аромата Орта на секунду настигла лёгкая ностальгия. Он ощутил совершенно другой, родной для него запах, ассоциирующийся с домом. Орта передёрнуло, он вспомнил об острой потребности в чём-то, но не мог понять, в чём, торопливо осмотрелся, однако рядом не оказалось ничего похожего.

– Одна золотая – десять серебряных. Не темни. Расскажи нормально, что с тобой, может, смогу чем помочь, – сказал Бал.

Прошло не больше двадцати минут, а парочка уже успела совсем сблизиться. Сидели, общались, выпивали, а главное, открыто, без всякого скрытого умысла или коварных планов.

– Ты ведь даже не осознаёшь, что с точки зрения Высших ведёшь себя ненормально.

– Да мне плевать, если честно. У меня есть более насущные проблемы.

– Здорово не осознавать, что вокруг происходит. Блаженным жить проще, – угрюмо констатировал Паладин. – Что не так?

– Буквально всё, но ничего конкретного. Я ни хрена не помню. Вот прямо вообще. Проснулся в лесу, в таком виде и с жутким помутнением разума.

– А-а-а, ну, понятно. Ты, значит, из сектантов. Послушник Менталистов. Я про это слышал. Лимб – это искусственный мир. Здесь нет понятия греха или Бога, а Нави – всего лишь программа, в которой заключён наш разум, и нас не существует в материальном мире! Не всплывают никакие воспоминания от этих лозунгов? – угорал Бал. – Накачивают новеньких какой-то дрянью и бросают в лесу. Одно из испытаний на кругу семи пороков! Обряд очищения или нечто подобное, – уверенно выдал он с таким видом, словно только что во всём разобрался.

Бал быстро уверовал в то, что это и есть причина проблем его приятеля, и даже успел расстроиться, предположив, что, когда Орта придёт в себя, то превратится в очередного высокомерного мудака, гордо называющего себя Высшим.

– Ммм… Не думаю, – сомневаясь в логичности высказанного предположения и в адекватности его источника, Орта смотрел на Бала с некоторым сарказмом. – Думаю, всё не так просто.

– Ну, вообще, да. Странный, но вроде адекватный, серьёзных проблем, наверное, нет. Рассуждаешь вроде здраво. – Паладин подумал немного и добавил ложку дёгтя: – Если не учитывать такие детали, как не слишком развитую сообразительность, странные манеры, речь, склад личности. Ах да, и странное прошлое.

– А что не так с моим прошлым?

– Давай по пунктам. У тебя первый ранг. В тридцать лет. Это, по-твоему, нормально? Как ты жил всё это время? А ещё интереснее, как попал в Вольные земли? Ладно ранг. А количество денег?! Откуда? Ты ведь не мог их сам заработать.

– А как думаешь, Бал, травма головы могла так сказаться? Я помню многое, но не всё. Всплывают названия, какие-то образы, но обрывками. А главное, я не осознаю собственную индивидуальность и не помню ни единого создания из прошлой жизни!

– Ну, с индивидуальностью у тебя точно проблем нет, – стёб содержал столь неочевидный юмор, что Орта заинтересовался этими словами. – Что ж, вполне возможно. Однако этот вариант можно сразу отбросить. Тебя бы определённо ограбили, а система сообщила бы о полученном уроне, как только ты пришёл бы в себя.

– Пока твои рассуждения меня только сбивают.

– Ну ещё бы! Я не сомневался, что ты сыграешь непонимание. У тебя врождённая предрасположенность к магии холода и нет никаких других специализаций. Серьёзная странность, не находишь?

По мнению Бала не уловить смысл сказанного им было нереально. Он всё время забывал об особенностях собеседника и до сих пор не отмёл вероятности, что тот его обманывает.

– Объясни нормально, – попросил Орта, всем своим видом давая понять, что он действительно не в курсе происходящего.

– Блин. Реально не понимаешь. Ну как так-то?! – громче обычного и очень эмоционально выдал Бал. – В общем, тебе очень не повезло. Я даже не знаю, что может быть хуже, чем родиться магом воды в нашем жестоком мире. Пусть даже со специализацией холода. Может, ты поэтому до сих пор в первом ранге, никогда ни с кем не дерёшься.

– И что же в этом такого ужасного?

– Ничего. Если ты не сражаешься с демонами или безликими!

Тут Бал ожидал, что маг прозреет, хотел подловить, но Орта уставился в одну точку пустым взглядом, пытаясь вникнуть в смысл сказанного, однако всё впустую.

– «Невозможно так отыгрывать, он и правда не помнит. Или тронулся…» – рассуждая про себя, Бал всё больше свыкался с мыслью, что отклонение Орта от нормы – это факт. Он продолжил: – Не напрасно ведь у наших Магов даже нет отдельных школ огненной или водяной стихии. А все с такими предрасположенностями с детства перестраиваются на молнию или холод. Вся наша жизнь – это сражение с Тьмой в лице Марании, а основа демонической магии – огонь. Что делает наше пламя крайне неэффективным в сражениях с демонами. То же самое и с твоей специализацией. Я немного знаком с холодом из древних рукописей. Заморозить Марийцев сложно, лёд тает быстро, а контроль за твоей стихией во всех восточных локациях требует высокого уровня мастерства и минимум второго ранга заклинаний! У них очень сухой климат. Я вообще к боевым магам отношусь крайне скептически. Ни рыба ни мясо. Другое дело – чистая энергия. Вот белый маг, например, у них родные заклинания вдвое мощнее ваших. Можно, конечно, сделать уклон на боевые техники, но какой в этом смысл?! Часть характеристик тратится на интеллект или дух, и нет ни одного оружейного или защитного заклинания ранга до пятого, наверное. И это у других, с тобой всё ещё в два раза хуже.

– Перестань, Бал. Не думаю, что всё настолько плохо. Чувствую, что я неплохо владею мечом. Хотя пока ни разу не пробовал. А где, кстати, твой? – спохватившись, спросил Орта.

Бал посмеялся, в очередной раз поразившись наивности собеседника. Паладин спрятал меч в рюкзак ещё в кузнице. Несмотря на большой размер, тот легко поместился в мешок, причём это практически не отразилось на общем весе рюкзака.

– Да, всё ещё хуже, стопудово, – вытаращив глаза, заявил Бал.

Приятели успешно влили в себя по две большие кружки с креплёным элем и наконец дождались еду, заодно повторно заказав того же напитка. По шарам дало сразу обоим, но пока в меру.

– Как же жрать хочется! – сглатывая слюну и отламывая ломоть тёплого хлеба, сказал Орта, быстрее хватаясь за ложку.

– Точно, бракованный Высший. Интересно, куда бы тебя сдать, чтобы получить деньги? – Бал тоже проголодался, но не спешил приступать к трапезе, найдя очередной повод для шутки.

– Что насчёт системы рангов? – Орта задал вопрос, поднося первую ложку с похлёбкой ко рту.

– Здесь всё просто. Десять уровней. Первые пять по плечу всем. Их можно набрать, тренируясь, охотясь, работая или сражаясь в пределах границ Империи. Благо страшных тварей тут обитает в достатке. А вот дальше сложней… Требуется развивать разум, набираться опыта и знаний, тогда система оценит заслуги! Мало кто идёт выше пятого ранга. Слишком опасно, нужно биться в крупных сражениях и отрабатывать трудные контракты. Ну а выше восьмого поднимаются единицы.

Бал, похоже, не собирался приступать к трапезе, пока не расскажет, что знает.

– Давай разберёмся. На словах непонятно ни фига, но нам может помочь твой профиль в системе.

Он открыл свой оптический сенсор и сделал несколько нажатий, перемещаясь по разделам меню. Его панель выглядела не так, как у Орты. Небольшой прямоугольный экран находился чуть ниже головы, под удобным для обзора углом на расстоянии вытянутой руки. Перемещение его панели зависело от поворота головы, а не руки, как у Мага.

Бал, как и большинство более опытных обитателей Лимба, крайне редко пользовался голосовым или мысленным взаимодействием с Ким. Дело привычки. Находясь в спорных или вражеских локациях, все обязательно переводили Ким в режим сна, взаимодействуя с Нави в автономном, ручном режиме. Только основное меню и накопленная база записей и знаний. Никаких подсказок или взаимодействия с пользователями. Даже набор платных услуг заблокирован. Некий режим офлайн, но при желании всё враз подключалось. Делалось это из-за того, что существовало немало возможностей и способов зафиксировать или отследить сигналы системы, что делало её использование просто-напросто слишком опасным.

Искусственный интеллект самостоятельно определяет предпочтения пользователя и оценивает, надо ли начинать взаимодействие. Находясь в сопряжении с разумом, зачастую Ким знает, что выберет её носитель, ещё до того, как тот сам осознает решение. Даже в обычном режиме Ким умеет молчать, не вмешиваясь в процесс, если не чувствует потребности. С другой стороны, можно накапливать и самостоятельно читать сообщения и системные оповещения, получая их в качестве лёгкой вибрации браслета. Но в небезопасной зоне даже простейшие функции обязательно выключают.

Часто бывая в спорных локациях, Бал выработал привычку не включать интерактивку, даже когда возвращался. Так ему было удобнее принимать решения. С Ким он общался, когда ему было скучно или одиноко. Просил что-то транслировать другим или пользовался дистанционной связью с пользователями. Ещё чтобы достать какой-нибудь предмет. Бал не использовал список лута, а запоминал название, потом направлял мысль Ким и сразу же доставал нужную вещь из рюкзака – пространственного кармана.

– У тебя меню круче! – с лёгкой завистью заметил Орта.

– Это ещё что, я тебя сейчас вообще удивлю! – пообещал Бал, а потом дважды ткнул по уголку, и панель исчезла.

Точнее, не так; Орта перестал её видеть, а Бал по-прежнему использовал. Закончил подготовку и перевёл взгляд на Мага, от чего перед ним появился индикатор взаимодействия с набором из десяти опций – от допуска к профилю до перевода денег. Выбрал и подтвердил действие.

– А почему мой работает по-другому? – спросил Орта.

Его браслет завибрировал.

Запрос на рассмотрение профиля. Источник – Бал. Подтвердить?

– Да! – не задумываясь, отдал мысленную команду Орта; Ким выполнила.

– Потому что ты тормоз! Каких мало… – Бал просто прикольнулся, уже не надеясь, что Орта сам догадается. – Открой панель и вглядись в её край. Появится грань, растяни её, как тебе нужно, и перетащи в любую пространственную точку, хоть себе под ноги! Положение сохраняется автоматически. Два нажатия в левый угол скрывают экран от жалеющих заглянуть.

Орта повторил этот трюк со своей панелью, запоминая последовательность действий, но сейчас его интересовала только еда.

– М-м-м, как вкусно! – в экстазе приговаривал Орта, уплетая ложку за ложкой; он съел уже половину почти остывшей похлёбки.

Экстаз он почувствовал с первой ложки, но сначала правила приличия заставляли его сдерживаться, однако вскоре он понял, что ничего вкуснее в жизни не ел, и отбросил церемонии.

Бал сначала решил ответить на вопросы Орта, но его неподдельное восхищение дешёвыми щами заставило Паладина отвлечься. Он уставился на мага, иногда вынужденно уворачиваясь от разлетающихся капель: деревянные ложки удобством не отличались.

– Вот и думай теперь, ты просто неделю не ел или раньше вообще полным дерьмом питался. Ведь это хрень, самая дешёвая жрачка!

– Да нет, быть не может! – закончив с похлёбкой, Орта набросился на рыбу.

– А говорят, у Высших превосходные манеры. Не говоря уж о запросах и вкусах. Но судя по тебе… Ваши утверждают, что не трапезничают в компании людей из-за наших дурных привычек и отвратительного поведения за столом, а не из-за вашего высокомерия и отношения к людям, как к грязи и рабочей силе. Видимо, они с тобой не знакомы! Чавкаешь похлеще пьяниц. Будто после великого голодомора только вчера. Или трёхнедельной добровольной голодовки.

– Я ведь уникальный, – пошутил Орта, продолжая глотать еду, почти не пережёвывая.

Он и сам не ожидал подобной реакции на еду; голод он ощущал, но чтобы так! А как только сделал первый глоток, потерял всякий контроль, испытав вкусовой оргазм.

– Куда ты так торопишься, словно свин? У тебя ведь тарелку никто не отбирает! – Говоря это, Паладин в очередной раз напомнил себе об уникальности нового знакомого, хотя забыть об этом было сложно.

Маг рушил все существующие стереотипы и менял мнение Бала, откровенно не любящего Высших и не доверяющего им. Проблемы внутренних противоречий были очень остры в Лимбе, люди терпели, но до определённых пределов. Знакомство со столь неоднозначным типом дарило Балу надежду на грядущие перемены. Чуть раньше, когда Паладин только задумал получить доступ к профилю Орта, он для себя решил, что, если тот позволит просмотреть данные, значит, точно не врёт, что потерял память, ведь подобное действие – крайняя степень доверия в этом мире, это то же, что показать счёт!

– Блин, как же вкусно, – не уставал удивляться Маг.

– Ну ты и утка! – понаблюдав, как Орта глотает, Бал с сомнением взялся за ложку, чтобы выяснить, что не так с этой похлёбкой. Может, дело случая, и получилось действительно настолько вкусно?

Но нет, обычные щи на мясном бульоне. Бал разочарованно выпил немного бульона и вернулся к системной панели, изучая результат синхронизации – информацию об Орталеоне.

– Я тебя когда-нибудь настоящей едой накормлю, когда будем в городе покрупнее или хотя бы до центра доберёмся. Там места поприличнее, а с твоими деньгами можно и шикануть.

Паладин не пытался вложить особый смысл в эту фразу, а вот Орта кое-что уловил. Их сближение началось, пусть и неспешно, раз Бал уже планировал, куда его отведёт и что покажет.

– Ну, может, есть и вкуснее, однако, как по мне, и эта еда просто восхитительна! – не прекращая жевать, ответил Маг.

Съев всё до крошки, обтёр руки и лицо, выпил немного эля и занялся своей панелью, изучая новые её свойства.

Знал бы Бал, что ещё вчера и в течение тридцати восьми лет Орта жил в другом мире и питался исключительно высококалорийной, но порошковой пищей с разными вкусовыми добавками – от мяса до десертов, не удивлялся бы странной реакции на натуральные и очень свежие продукты.

Разговор шёл своей чередой, а спиртное медленно, но верно добиралось до их мозга. Маг пьянел гораздо быстрее, а Бал заказал ещё.

– Ничего не пойму! – в очередной раз высказался Паладин, пока Орта удовлетворённо поглаживал пузо и ковырял в зубах, откинувшись на спинку стула.

– Выяснил что?

– Ну, как минимум, что ты доверчивей ребёнка.

– Что опять не так?

– Сначала показал нам свой счёт. Потом допустил к собственному профилю незнакомца. Не понимаю, почему ты всё ещё жив!

– Чувствую людей, – он хотел пошутить, но вдруг понял, что это серьёзно.

– Ну, конечно, – без малейшей веры подхватил Паладин. – Теперь я знаю, что у тебя нет ни одного защитного заклинания, как и вообще активных способностей других школ. Ни опыта, ни мощи. Ты самый предсказуемый Маг из тех, что я видел. Зато полно денег. Так может, прибить тебя, закопав где-нибудь в лесочке, и разбогатеть? Теперь можно не бояться сюрпризов и не сомневаться, что я смогу тебя победить лишней запарки!

– Понял, – угрюмо сказал Орта и опустил голову.

– А если серьёзно, то тут полная жопа. Первый раз такое вижу и даже не знаю, кто бы мог помочь разобраться. Но ты точно не из Менталистов, да и травмы никакой не было. Система показывает, что с твоей головой всё отлично. Чего не скажешь про остальные параметры. В журнале вообще не отмечено ни одного ранения или травмы, словно тебя никогда не били. Он просто-напросто чист, и так почти со всем профилем! Чё за ерунда? Не бывает такого.

– Не понимаю.

– Как бы тебе объяснить... Тут сказано, что ты не проходил калибровку системы! Я прошёл процедуру лет в одиннадцать. Мечтал снять ограничения с профиля и начать пользоваться кошельком. А ты умудрился прожить три десятка лет и даже не слышал про какие-то там ограничения. И совершенно не умеешь пользоваться системой. Вот же несправедливость! – недоумевал Бал. Раньше он ни разу не слышал о сбоях в работе Нави.

– А как снимают ограничения?

– Самосовершенствуйся. Закончатся ко второму рангу. – Он неожиданно прервал речь, его внимательность принесла плоды. – Стоп!

– Что там?

– Пока непонятно, но что-то есть. У тебя неплохие бойцовские навыки, отмеченные системой. То есть, ты всё же дрался, – выражение лица Бала резко изменилось. Он сначала удивился, а потом ужаснулся, взглянув на Орта с опаской. – О закодированном достижении «Благие намеренья» что-нибудь знаешь? – это был чисто символический, проверочный вопрос. Бала пугало другое.

– Нет, – ожидаемо ответил Орта, но уточнения от него не потребовалось.

– А что насчёт способностей «Прикосновение смерти»? – Вот что действительно взволновало Паладина. – Много лет занимаюсь рунами и артефактами, но никогда такого не встречал. – Он посмотрел на Мага с вновь пробудившимся недоверием. – Хотя нет. Упоминалось в одном древнем скрипте. Это ведь чёрная магия, если не ошибаюсь.

Он проверил свои соображения, проведя системное сравнение со всеми рукописями, с которыми ему доводилось работать.

Бал немного нервничал, понимая, что Орта вновь сошлётся на очень удобную проблему с памятью и уйдёт от ответа. Даже подумывал, а не отступника ли он пригрел. Однако здесь Маг поступил крайне неожиданно.

– Это мне вместе с кольцом досталось, – совершенно спокойно сказал Орта, демонстрируя артефакт Паладину.

Тот отсканировал кольцо, позавидовал, но успокоился, всё же задав вопрос:

– Полагаю, откуда, спрашивать смысла нет?

Орта кивнул.

– Способность, конечно, классная, особенно для бойцов. Но и боевому Магу подходит, – вспомнив о наличии у Орта навыков владения оружием, проговорил Бал. – Да и устойчивость перед огнём у тебя очень высокая должна быть.

Ранее он говорил о невезении родиться со стихией холода, но оценив профиль Орты, прикинул неплохой вариант компоновки, и его мнение немного изменилось. Заодно вспомнил о сопротивлении, но повышения не нашёл, зато обнаружил хороший потенциал. Оставалось только увидеть Мага в деле.

Однако сюрпризы на этом не закончились, и, продвигаясь по списку заклинаний, Бал обнаружил то, что окончательно изменило его мнение о Маге и стало самой шокирующей новостью за весь вечер. Все странности Высшего, не вписывающиеся в общий уклад привычной Балу жизни, потускнели и враз потеряли свою значимость. Может, дело было в выпитом спиртном, усилившем его восприимчивость, а может, и в специализации на рунах и древностях, позволяющей молодому Паладину по достоинству оценить всю значимость открытия. Но как только он увидел в перечне надпись «Пассивная способность Предчувствие», у него закружилась голова, сознание помутилось, и его слегка затошнило, он понял, как это бывает, когда душа уходит в пятки. Несмотря на то, что никаких подробностей ему не открылось, хватило даже той прочитанной короткой надписи.

Бал хорошо знал, за что даруется та способность, которой обладал Орта, но радоваться этому или бояться, он не знал, не понимая, во что это выльется. Все знания ограничивались писаниями и трактами, никакой конкретики или личного взаимодействия со столь значимыми артефактами, как «Камень души».

– «Неужели у него Камень? Но откуда?» – крутилось в голове Паладина. – Орта, а ты проверял свой рюкзак, когда очнулся?

– А?

– Ну, кольцо надевал или оно уже было надето?

Бал с трудом совладал с собой после пережитого потрясения, почти не показав присущих волнению внешних признаков. Сходить с ума было ещё рано, подтверждения правильности предположения не было. Только внутренняя уверенность. Он пока не собирался делиться с Ортой догадками, решил поступить по-своему. Нет, не из злого умысла, Бал убедился, что новый друг ничего не помнит. Решил подождать, придержав ценные сведения, чтобы разобраться, а заодно присмотреться к Магу, окончательно определившись, как к нему следует относиться и стоит ли сближаться с Высшим, обладающим мутным прошлым, большими странностями и сложностями, способными стать серьёзной проблемой.

Рассудительность далась Балу нелегко, самоконтроль осложнялся действием алкоголя.

– А-а-а. Понял, сейчас посмотрю, – открыв меню, ответил Орта.

Ким не вмешивалась, давая хозяину возможность самостоятельно постигать основы взаимодействия с Лимбом. Молчаливо трудилась, отображая в окне сообщений все основные действия, но не озвучивая их:

Основное меню. Снаряжение. Содержимое.

– Хм… – озадаченно вздохнул Маг. – У меня тут какой-то кристалл есть.

Он попытался вспомнить, где уже слышал это определение.

– «Камень души»!

Выбрал на экране, засунул руку в мешок и достал артефакт.

Бал отреагировал весьма странно, и на этот раз Орта заметил его реакцию, но значения не придал. Даже когда тот испуганно осмотрелся и поспешно схватился за кристалл, чтобы спрятать от окружающих после опрометчивого поступка Мага, который небрежно бросил артефакт на стол, чтобы дать рассмотреть собеседнику.

– Вспомнил. Заклинание «Предчувствие» как-то связано с этим кристаллом.

«Точно он. Немыслимо! Ценнейший из пяти компонентов Печати Создателя, – подумал Бал, внимательно осмотрев кристалл и вернув обратно, чтобы не искушать себя.

Предмет обладал столь невообразимой силой и ценностью, что парень побоялся не обуздать собственную алчность, а заодно избавился от риска потерять рассудок. Вокруг Печати Создателя ходило много легенд, как прекрасных, так и ужасных. Теперь именно этот предмет Бал считал причиной всех проблем Орты, включая обнулённый профиль.

Все открытия, вопросы и доводы Бал рассудительно упрятал поглубже, оставив на потом, и дал чисто дружеский совет:

– Убрал бы ты его подальше. Я пока не уверен, но, возможно, это крайне ценная вещь! Половина этого сброда попробует тебя убить, если узнает даже о доле вероятности получить нечто подобное!

– Да? – Орта недоверчиво посмотрел на советчика, но всё же последовал его совету. – Думаешь?

– Пока не знаю. Зато догадываюсь, кто поможет нам это выяснить. – приврав, заверил Бал. – Спрячь и не свети, пока не удостоверимся наверняка.

– Хорошо!

По правде говоря, Бал никогда в жизни не видел ничего занимательнее и интереснее камня. Пусть он и смог заставить себя сдержаться, но до сих пор слегка тряслись руки. Парень выпил кружку пива залпом и заказал ещё, ненадолго погрузившись в мир грёз, пытаясь осознать детали. В случае Паладина весь интерес ограничивался чисто жаждой познания. Зная силу реликвии Создателя, он никогда не мечтал обрести её. Будучи реалистом, не стремился к небесам, а довольствовался тем, что действительно мог получить, например, собрать все камни «Багровой защиты» или «Физического превосходства», ограничившись этим. Тоже очень редкие и сильные артефакты из той же серии, но более низкого уровня, на порядок доступней и безопасней. По убеждению Бала, Камни Создателя были очень опасны, наличие некоторых, например, Антрацита, отражалось на рассудке, развращая своего владельца.

Избегая лишнего внимания со стороны, Бал намеренно перевёл тему на более приземлённые вопросы. Постепенно беседа перешла в разговор по душам, а застолье – в пьянку.

Изначально приятели собирались выпить, поесть, найти ночлег и выспаться, однако всё вышло иначе. Как именно и когда события резко изменили свой ход, доподлинно неизвестно, но закончился вечер, кардинально разойдясь с ожиданиями сторон!