Переместившись, друзья оказались на опушке леса. Пятьсот метров до деревни и два километра до Асдара. Поздний вечер. Сверчки, крупная сова, уставившаяся с ветки, где-то недалеко копался ёж. И тусклый свет в окнах домов, расположившихся за пустым полем.

Парни устали. Замученные, помятые, груженные до предела всяческим барахлом, медленно шагали они в ночлежку, не испытывая эмоций и не стремясь к разговорам.

Им не хотелось ничего, только спать, быстрее в кровать, чтобы с ног ушло онемение и чувство тяжести. Конечно, пространственные рюкзаки, существенно уменьшающие вес, снимали часть проблемы. Однако в максимальной загрузке даже дорогая сумка Орта весила около пяти килограммов, а они так затарились, что ему приходилось тащить сразу пять набитых мешков, не считая сумки. Бал волок ещё два, плюс топор и около пяти мечей, торчащих из-за спины и зажатых подмышкой.

Благо до гостиницы было недалеко. Вошли в деревню, миновали два дома и достигли нужного места. Эмоциональная нагрузка, которую им пришлось пережить, выходила за пределы разумного, и сейчас каждый из них молча размышлял о своём. Один думал об Антраците и как ему лучше ввести Бала в курс дела, одновременно не скрывая правду и не потеряв товарища, второй – о судьбе своего Клана, прошлом и будущем, а также о близком ему погибшем – Энто, без коего жизнь обречена была стать другой.

Местные не особенно удивились странной парочке. Грязные, восстановившиеся, но с видимыми следами прошедшей битвы, печальные и задумчивые, но тянущие кучу различного добра, отчего остаться незамеченными у них не получилось, хотя те и не стремились.

Проверенный постоялый двор принадлежал знакомой Бала. Внизу провели не больше минуты, сразу получив просторную, чистую комнату на втором этаже. Скромненько, но с камином и двумя кроватями.

Всё так же молча сложили весь лут в уголке, а Орта выложил золотые самородки, завернув их в тряпку. Сходили помыться в растопленную для них баню и легли спать, даже не поужинав. Важных тем на ночь глядя решили не поднимать. Засыпая, оба думали, причём много и о разном, отчего уснуть удалось с трудом. Впрочем, усталость вскоре взяла своё, тонус опустился гораздо ниже половины.

Орта до последнего думал, что Бал начнёт разговор, но нет, тот отмалчивался, словно сам что-то скрывал. Так Высший и уснул наедине с собственными страхами и весьма мрачными мыслями, заодно перечитав все открывшиеся заклинания, мысленно распределив характеристики, но разумно оставив подобные решения на завтра, чтобы выбрать на свежую голову.

                                                 ***

Тьма, свет, пустая комната, и странный голос, звучащий откуда-то издалека, из-за пределов реальности.

– Где я? – немного испуганно спросил Орта, пытаясь сориентироваться, и быстро сообразил, что всё это сон.

– Рядом! Не покидал собственной головы, – громко ответил кто-то, этому голосу вторило эхо.

Поняв, что всё это не наяву, Орта было выдохнул, однако узнал говорившего и напрягся вдвое сильнее.

– Странник! Чем обязан? – спросил, зная наверняка, что разговор их ничем хорошим не увенчается.

– Как формально. Зато быстро узнал. Лестно… – неожиданно сформировав себя из черноты, Смерть принял образ человека и встал прямо перед Орталеоном. – Вижу, есть успехи. Тёмным камнем обзавёлся. А не боишься его влияния? Антрацит даже мне неподвластен. С чего ты решил, что он будет слушать тебя?

– Осуждаешь или хочешь дать дельный совет? – хладнокровно уточнил Орта, вспомнив слова Горга, сказанные им перед уходом.

– Ты и сам быстро прижился в Лимбе. Разберёшься! Где-где, но здесь моя помощь тебе не требуется!

– «Ловец душ» – дар смерти. Почему ты дал мне это кольцо? – не вполне уверенный, правильно ли сформулировал, поспешил задать вопрос Орта.

Странник улыбнулся, и это действие проявилось на чёрном веществе, формирующем лицо.

– Я тебе ничего не давал! Лишь предоставил возможность. А получил ты его сам, проявив себя с нужной стороны, вовремя и очень к месту, – возразил Смерть.

– Что тебе нужно? – недоверчиво и немного брезгливо, словно побаивается или жалеет о подобном знакомстве, спросил Высший.

– А тебе? – смеясь переспросил Странник, да так, словно издевался над Ортой. – Ведь это ты ко мне пришёл.

Орта не на шутку разволновался, но попытался скрыть эмоции за спокойным тоном, а вот Смерть, напротив, был сама безмятежность.

– Я не знаю, – разгадав игру Смерти, ответил Маг демонстративно грустно, будто его подловили.

– Так давай выясним вместе!

Одновременно с последней фразой материальная оболочка Смерти исчезла, а голос продублировало угасающее эхо, растворяющееся в пустоте.

Короткий момент, и всё исчезло, точнее, не всё – темнота осталась. Две-три секунды, а потом сильный рывок, словно выбили почву из-под ног. Орта дёрнулся от неожиданного ощущения падения и открыл глаза, выдохнув с облегчением. Он лежал в кровати.

                                          ***

– Бах… Бах… Бах… – размеренно били кулаком в дверь.

Видимо, кто-то сильно хотел попасть внутрь, однако Орта только проснулся и ещё ничего не понял, стараясь не выпустить из разума этот странный сон, явно влияющий на его реальность.

– Бах… Бах! – последние удары были ещё сильнее, видимо, прилетело ногой.

Дверь аж немного отогнулась снизу, чуть не слетев с нижней петли. Полотнище повидало многое, гостиница явно знала лучшие времена, но преграда выдержала, а Орта засуетился, пытаясь разобраться, кто и чего от него хочет.

– Быстро открывай! Имперская стража. Это последнее предупреждение, дальше выломаем дверь! – во всё горло разорялся командир среднего звена.

Высший осмотрелся: Бала нет, как и всего барахла, только незаправленная кровать и одна сумка – личный мешок Орты, из которого тот вчера выложил почти все сокровища. Всё, что нуждалось в перепродаже, дабы превратить ценности в официальные, ходовые монеты. Не было даже фляжек с живой водой. Орта проверил сумку. Там были лишь драгоценные камни и его заначка после сделки с Горгом. Правда камней было много, продать их, получилось бы от двадцати до тридцати тысяч.

– Вот дерьмо, – сделал он самый очевидный вывод. – Ещё и властям сдал. Хотя он не мог! – тут же заспорил с самим собой. – Может, всё вспомнил и не простил?

Мало ему было вчерашнего замеса и ночных приключений в другом измерении, так ещё такое стрессовое утро, коего и врагу не пожелаешь.

– Мы знаем, ты здесь! Немедленно выходи. На улице гвардия.

Как бы усиленно Орта ни старался отрицать вероятность предательства Бала, последняя фраза Имперца заставила его пересмотреть свои выводы.

Конечно, он подумывал, попутно натягивая кимоно, схватить сумку и прыгнуть в окно, а там наутёк, или вступить в бой, или попробовать ещё что придумать. Странно, что Ким всё это время молчала. Однако здравомыслие возобладало. Выпив воды и облив из кувшина голову, Орта одумался и сообразил, что надо идти на контакт, а там попробовать договориться. Причём вариант прорываться отпал быстро, почти сам собой, как только Высший вспомнил, что так и не прокачался под свой ранг.

– Не ломитесь. И так голова болит. Оденусь, открою! – крикнул Орта, оставляя себе время для раздумий.

Стучать и правда прекратили.

Пауза получилась краткой.

«А что тут думать? Надо узнать, чего от меня хотят».

И пошёл отрывать.

Щелчок затвора, но дверь сразу же потянули снаружи, Орта даже не успел её толкнуть. В комнату влетели четверо вооружённых, хорошо экипированных стражей в блестящей броне и имперских накидках с крупным гербом Ассарии на груди и спине.

– Чем обязан? – прикинувшись дурачком, спросил Орта.

Командовал гвардейцами Лука – местный, лейтенант, человек, тридцать восемь лет, пятый ранг. Крупный и бородатый Протектор. Очень рационально мыслящий, рассудительный и эрудированный тип.

– Вас приказано доставить в замок командующего для беседы!

Лейтенант резко сменил интонацию и понизил голос. Теперь он понимал, что Высший не собирается сбегать, и успокоился. Хотя ещё недавно грозил и обращался на «ты».

По поведению служивых Орта сделал вывод: те не арестовывать его пришли. И наконец выдохнул. Стресс пошёл на спад, а пот прекратил ручьём стекать со лба.

– «Беседы», значит. Что же вы тогда ко мне так ломились? – недовольно наехал Орта.

Почувствовал, что может напереть, вкусив преимущество своего происхождения, коим пользовались все Высшие.

– Долго не открывали! А приказ безотлагательный.

Пока Лука объяснялся, остальные молчали, разместившись у входа.

– Мне бы друга прежде дождаться, – продолжил колебаться Орта.

– Бал уже там, – невозмутимо парировал Лука.

– Ну, хорошо. Пойдём.

Скрыв удивление, Орта поднёс к спине свой рюкзак. Тот примагнитился. Потом взялся за катану, краем глаза посматривая на реакцию стражей в этот момент. Действие не вызвало у них никакого отклика.

Ехали верхом. Орта посередине, сзади двое, спереди один, а Лука отдельно, со смещением вправо.

Лошадь, на которой ехал Орта, была привязана к коню лейтенанта крепкой витой верёвкой. Всё, как полагается, только фанфар не хватало. Тридцать минут в спокойном темпе, и они в самом центре, перед высоким каменным замком, точнее, перед защищёнными воротами.

Преодолели стену, и перед Ортой открылся просторный внутренний двор. Помпезность резиденции поражала. Множество растений, включая деревца, но в основном кусты и даже на верхних уровнях. Пруд с беседкой, длинный мостик, парк, мощёные дорожки и статуи, а также клумбы и другие элементы декора. Всё со вкусом и дорого, на обустройство не жалели ни денег, ни трудов дизайнера.

Сам замок тоже не отставал. Готический стиль, резные створы и двери, идеально прозрачные широкие окна от пола до потолка, точный, прямой шов кладки и частичная облицовка фасада, выстраивающаяся в оригинальный узор - подробную карту локации, если смотреть издалека. И главная отличительная черта крепости – невероятное совмещение вертикально растущих растений, покрывающих здание со всех сторон, но тоже неравномерно: преобладал плющ, потом по убывающей вьющаяся роза и клематис.

Красивая, широкая и идеально выложенная лестница, ведущая к центральному входу. Стражники – по паре через каждые десять ступеней. Треугольная крыша с кованным ограждением, а на ней полноценные боевые ячейки с плазменными пушками. Повсюду дежурили часовые. Помимо огневых точек там же расположился обзорный пункт. Замок – самое высокое в городе здание, вдвое выше первой стены, с верхних этажей отлично просматривался весь центр и даже часть окраин.

Орта почестей не ждал, и правильно, его провели через обычную дверь на первом уровне, ведущую не во дворец, а в административную часть, хотя и там отделали всё честь по чести – дорого и со вкусом, не экономя на материалах.

Высокие потолки, длинные коридоры, обширные залы и большие комнаты. Всюду цветы и картины, скульптуры и другие предметы роскоши. Магические лампы вместо факелов и огня, но всё так же по стражнику через каждый лесничий пролёт.

Поднялись на шестой этаж, не считая цокольного - склада без окон и всего с двумя входами, там же располагалась оружейная.

Командующий размещался на последнем этаже, в комфортабельном кабинете с широкими рамами незастеклённых окон от колен до потолка, занавешенными полупрозрачным синим шёлком. Климат в регионе был тёплый и вполне допускал подобное. Но для зимнего периода были предусмотрены ставни, висящие по бокам.

Олдуин – командующий стражами вдоль всей южной границы. Высший, причём пожилой и очень уважаемый, почти шестидесяти лет от роду. Второй чин в городе после губернатора, заседающего неподалёку, в дворцовой части замка.

Рослый, плотный, весом килограммов девяносто пять. Видно, что когда-то он был очень хорош в бою. Прошлое выдавали шрамы и дефект левой руки, а также награды и коллекция раритетного снаряжения. То были отголоски богатого военного прошлого, когда-то давно Олдуин потерял эту конечность. Возможности Лимба позволили восстановить руку, но без гарантии полного выздоровления. Командующий, например, получил проблемы с контролем мизинца и безымянного пальца. Кипенно-белые волосы, присущие большинству Высших, короткая, но густая бородка, аккуратно постриженная и уложенная конусом.

Военные подвиги остались позади, теперь Олдуин большая шишка, аристократ, знается с императорской семьёй, приближен к «совету Высших». Давно ни с кем не сражался, хотя иногда для себя практикуется, дабы окончательно не растратить навыки. Немного оброс жирком, обленился и размяк, но это от хорошей жизни. Его покой охраняла уйма солдат, несколько личных стражей и неприступность местного «Бастиона».

Крепкая дверь, покрытая листовым металлом, похожим на начищенную медь, и украшенная резьбой, изображающей летний лес с цветами, животными, птицами и даже травой, причём с тончайшим исполнением каждой травинки. Все элементы играют живыми красками. Мастера целую неделю вчетвером занимались дверью, чтобы угодить Олдуину. Причём тот не давал подобных распоряжений, для него всё стало сюрпризом.

Лука постучал в дверь и вошёл, не дожидаясь разрешения, ибо их заждались. Следом Орта, а остальные гвардейцы остались в коридоре, закрыв за ним дверь.

– Положите клинок сюда, – учтиво попросил лейтенант, обращаясь к Орте и указав на небольшую вертикальную подставку, рядом с которой уже стоял меч Бала, прислоненный к стене.

Уважительный тон Лука избрал неспроста: ему хоть и не было дела до Орты, но он не мог позволить себе иного обращения к Высшему в присутствии своего командующего. Известная всем тема: Олдуин требователен к людям при общении с Высшими, будь то даже подозреваемые или заключённые. А Орта и вовсе пока был всего лишь гостем, пусть и ранее провинившимся.

У невысокой перегородки перед выходом на лоджию Орта увидел Бала и Олдуина. Паладин был в лёгкой рубахе, шортах и плетённых сланцах. Командующий – в мантии, больше напоминающей светлый халат, только без рукавов и длиной до колен. Они сидели друг напротив друга в удобных, обитых бархатом деревянных креслах, а между ними стоял чайный столик с вином, фруктами и, собственно, самим чаем. Были и другие местные напитки в кувшинах, бокалы из толстого горного хрусталя.

Обстановка явно царила весьма непринуждённая, сразу чувствовалось отсутствие претензий со стороны представителя закона. Тема разговора заключалась в чём-то другом.

Олдуин сидел, закинув ногу на ногу и попивая жамелу – горький напиток из корней и диких ягод, оказывающий лёгкий дурманящий эффект. Вкус, напоминающий командующему о родине, от которого тот не готов был отказаться ни на один день.

– Заходи, присаживайся… Ты, наверное, не завтракал. Принести что-то из нормальной еды? – Командующий ткнул по едва заметной переносной кнопке, и тут же в комнату вошёл парень из обслужившего персонала. – Наслышан о тебе. Непомерная в наше время щедрость и удивительный характер. Рад встрече, – спокойным голосом и в братской манере завёл разговор Олдуин.

– Нет аппетита. Спасибо! – отказался Орта, опустившись в третье кресло. Заодно осмотрел комнату и приметил, что нигде нет их вчерашней добычи.

Командующий дал отмашку, и паренёк не стал приближаться.

Орталеона тревожила одна странность: Бал сидел молча и на нём, как говорится, лица не было. Словно узнал нечто очень важное и теперь не понимал, как ему с этим быть. Он даже не посмотрел на Орту, уставившись в одну точку и в явной прострации.

– Бал. Оставь нас, дай поговорить наедине. Заходи, если что понадобится. Как-никак ваша гильдия много сделала для города и нашей локации, – проговорил Олдуин, выпроваживая Паладина. Тот совершенно не сопротивлялся.

– Спасибо за понимание! Я тоже у вас в долгу.

Паладин встал, мельком бросил взгляд на Орту, но сразу же отвернулся и ушёл. В том, что Бал испытывал чувство обиды, не было никаких сомнений.

Лука сначала стоял у входа, а потом вышел вместе с Паладином, приняв команду и на свой счёт, оставив Высших наедине.

– О чём вы хотели со мной поговорить? Это из-за инцидента с Маликом?

С первого взгляда Олдуин казался адекватным, крайне рассудительным, опытным и мудрым командиром, которого тяжело не уважать. Его привычек и негативных качеств Орта тогда не знал. Причём сам командующий с людьми общался на равных, а вот к другим Высшим прививал почтение, чтобы не опозорили на важных приёмах. В Асдар часто прибывали торговые и ремесленные делегации со всего Лимба.

– Малик? Нет, что ты. Он своё получил за то, что находился в подобном месте, состоя у меня на службе! А ты на меня не работаешь. Как тебе жить и себя вести, дело не моё, – пояснил Олдуин, взяв из корзины с фруктами яблоко. – Я не консервативен. И не настаиваю на сохранении старинных моделей поведения. Для меня нет узких рамок, навязываемых традициями, и расового превосходства Высших над людьми. Но, как и все, мы с тобой вынуждены считаться со сложившимися устоями. Ведь на них построена вся империя, а без дворянства общество распадётся. Хотя не могу сказать, что одобряю твоё легкомысленное поведение.

– Приятно слышать, что вы свободны от предрассудков. Но неужели цель моего визита – философские разговоры? – в лёгком недоумении спросил Орта.

Командующий улыбнулся и слегка скривил лицо. Помолчал немного и, словно только что придумав, как правильно сказать, вновь уставился на Орту.

– Кстати, о состоянии и происхождении. Ты ведь, наверное, из знатного рода. Тратишь наследство или его преумножаешь, обзаводясь знакомым, живя на широкую ногу, – Олдуин негромко рассмеялся. – Я было подумал, ты мошенник. Втираешься в доверие к богатым людям, а потом пускаешь их по миру. Решил собрать информацию и, представляешь, какое дело, почти ничего не нашёл, – угрозы в словах командующего пока не звучало. – Всего лишь несколько упоминаний! Однако твой друг любезно мне всё разъяснил. Ты, значит, потерял память?! Это так?

– Да, – слегка покачав головой, ответил Орта. Он даже не подумал, что собеседник может придать этому жесту значение, однако тот сделал вывод.

– Могу тебе с этим помочь. У меня есть отличный медик. Превосходно прочищает сознание. Балу помог всего за десять минут разговора. Вот только он с тех пор отчего-то совсем не в настроении, – словно ни о чём не догадываясь, пожал плечами Олдуин.

– С чего бы такая забота, если не секрет? А то ведь и с вашей стороны такое предложение можно назвать непомерной щедростью, – вступил в игру Орта.

В тот же момент по телу его пробежала дрожь. Весть о том, что Паладин снова всё помнит, выполнила главную задачу – выбила его из колеи. Но, судя по всему, Бал ничего не рассказал командующему, или же тот специально себя так вёл, словно находился в неведении. Орта попал в довольно-таки сложную ситуацию и сейчас раздумывая, как дальше себя вести.

– Ну, как же! Мы теперь тебе обязаны, как-никак победить в сражении против Индры и заставить отступить самого Горга – подвиг. Знал бы ты, как высоко новость подняла боевой дух армии, а Империи сейчас нужны герои. Смерть ваших друзей не будет напрасной, – командующий не то подбадривал, не то склонял к откровенности. – Вот я и подумал, что следовало бы лучше тебя узнать. Потом познакомим с командирами, представим ко двору, а там, глядишь, и награду заслужишь. Без памяти о заслугах героев в нашем деле никак! – предельно чётко объяснил Олдуин.

Но для Орты всё это прозвучало довольно двусмысленно. Будто из него собираются сделать кумира, что в его планы не входило.

– Никакого подвига. Всё сделала эта троица – Энто, Бал и Зи. Я лишь заставил Демона уйти, когда тот больше не мог сражаться. Даже задержать не успел, – Орта постарался преуменьшить значение своего поступка.

– Прекрати. Всё было не так, - настаивал Олдуин. - Но обычным бойцам ни к чему знать все подробности. Мы поставим вашим друзьям памятник в столичной аллее славы! Но вы сами – другой случай. Живой пример доблести. Не просто пережили огненный Армагеддон, а вышли победителями. Впервые за тысячу лет! А это явление загубило немало наших собратьев. О вашем подвиге будет знать каждый. Он не останется без внимания, а в скором времени Империя выступит в освободительный поход, и наши воины будут идти в атаку, выкрикивая имена ваши и ваших погибших братьев!

Теперь ещё и из погибших собрались сделать мучеников и символ доблести альянса, что Высшему не понравилось.

– Нет нужды, - стремясь сменить тему и возвращаясь к предложению Олдуина, сказал Орта. - Память почти восстановилась. Все основные моменты мне уже доступны. Остальное – вопрос времени… – убеждал Орта командующего, одновременно отчаянно выдумывая себе прошлое.

И тут произошло чудо. Как оказалось, герою не требовалось ничего придумывать, Система давно всё за него сделала и создала легенду, которую можно было всем преподнести. Странно было то, что он только сейчас осознал это.

– Здорово! – воодушевился Олдуин. – Значит, ты сможешь окончательно развеять мои сомнения и немного о себе рассказать? – спросил он вроде бы искренне радуясь за гостя, но всё же чувствовался в этом вопросе какой-то подвох.

– Что вам важно знать? – переспросил Орта, дабы потянуть время, сортируя вновь открывшуюся информацию. Перелопатил быстро и решил начать с самого начала: – Родился в «Долине Духов». На окраине небольшой деревни в окрестностях Силверфора. Семья небогатая, но отца уважали. Большую часть жизни он трудился инструктором боевых искусств для отпрысков торговцев и знатных вельможей. Постоянно переезжали, не задерживаясь больше нескольких лет в одном месте, потому нужды в собственном доме не было. Когда я подрос, то сам овладел техниками, пробовал преподавать, но по итогу избрал другой путь.

– И какой же, если не секрет?

– Извилистый и до конца мне по сей день неизвестный, – с улыбкой на лице ответил Орта, шуткой парируя вопрос. – Большую часть денег я получил от Горфарда. Это известный на Западе торговец мехами и ювелирными изделиями. Больше двух лет я сопровождал его в странствии по контракту охранника. Остальное выиграл в карты по истечении служебного срока.

– Горфард. Слышал о таком. Он недавно погиб, знаешь об этом?

Орта кивнул без каких-либо эмоций, как бы указывая, что не испытывал к погибшему эмоциональной привязанности.

– У налоговых служб нет не одной записи о свежих выплатах с твоей стороны. Последняя датируется пятью годами ранее, – Олдуин намекнул, что кое-что всё же раскопал.

– Всё верно. Горфард сам занимался бухгалтерией. Полученное от него уже было легализовано. Все векселя есть. Как и выработка контракта, можете проверить через банковские записи. А выигрыш, насколько мне известно, не облагается побором, – откровенно и уверенно отвечал Орта, не понимая и половины из того, что сказал, просто вовремя пришла информация и он правильно её воспроизвёл.

– Нет никаких проблем. Верю и проверять не стану. С нынешнего дохода Бал десять процентов уплатил, а в будущем вообще освободим вас от взносов, – несколько туманно пообещал командующий.

– Было бы не плохо. А прямо сейчас от меня что-то нужно? – не желая попусту терять время и постоянно размышляя о Бале, спросил Орта.

Знакомство, конечно, полезное, но было видно, что «камнем души» этот Высший не обладал, а потому Орта стремился скорее закончить неинтересные переговоры, воспринимая происходящее скорее, как скрытый допрос, чем оно в принципе и являлось.

– Вот ещё что. До меня дошёл слух, что Горг не сбегал, а ты позволил ему уйти, заключив некое соглашение. Могу я получить от тебя объяснения по этому поводу? – прямо спросил Олдуин.

– Ничего подобного, – запротестовал Орта, думая про себя: – «Как он мог узнать, не Бал же ему рассказал? А вдруг? Хотя даже он этого не видел».

Врать было опасно, но наставление, полученное от Демона, не было забыто, и честно отвечать Орта не стал.

– Хорошо. Мне-то нет дела до способа, каким ты изгнал Демона, главное, что победа за вами. Но многие сочли бы подобный сговор предательством и потребовали разбирательства на высшем уровне. А оно нам надо? Впредь осторожнее относись к этой теме. И особо не распространяйся, дабы не нарушать легенду, которую мы для тебя создадим.

– А разве моё согласие не нужно? Немного не понял.

– Нет. А что, ты против славы? – удивился Олдуин, давая понять, что давно всё решено, а в одобрении Орты власть не нуждается. Будто бы согласиться было долгом Орталеона.

– Не то чтобы против. Но особо и не стремлюсь.

– Ладно. Давай к сути. Слухи о тебе быстро разошлись, вызвав толки и интерес в столице! – наконец дойдя до дела, сказал командующий.

«Вот оно что…» – подумал Орта.

– Через десять дней господин Малатор проводит званый ужин и бал в своей столичной резиденции. Прямо в день больших игр на арене. Там соберётся всё командование и знать со всех уголков Империи. Будет решаться вопрос формирования масштабнейшего наступления со времён битвы за «Великие горы». Когда ты засветился первый раз в таверне, скупая всё подряд подобно лорду, ты уже заинтересовал Малатора. Он связался со мной и попросил тебя разыскать, чтобы пообщаться. Даже приглашение прислал, – встав, командующий достал из стола письмо с гербовой печатью и протянул его Орталеону.

– Неужели? – будто ему реально было дело до всего этого, проговорил Орта. – Удивительно.

– Мероприятие планировалось несколько месяцев, а списки приглашённых подгоняют до последнего дня. Так что ничего невероятного, – возразил Олдуин. – А после вчерашних событий ты и Бал в одну ночь стали самими обсуждаемыми персонами даже в столице.

«Блин, и как же так быстро расходятся слухи?» – задумался Орта, пряча взгляд.

– С самого утра меня разбудили, но уже с требованием найти вас, договориться о визите и отдать приглашение. Малатор жаждет первым представить тебя высшему обществу. Ах да, и Бала, – как о чём-то менее важном упомянул Олдуин. – Хочу сразу договориться, чтобы я мог дать ответ, не рискуя обесценить своё слово. Могу ли я на тебя положиться и гарантировать ваше присутствие или не стоит давать однозначного ответа? Бал согласился! Твоё приглашение действует на двоих.

Командующий лукавил. Он уже пообещал их приезд, ещё даже не зная, где эта парочка, а герои могли быть на другом конце Лимба. Теперь вопрос стал для него принципиальным, тех Высших не стоило подводить.

«Вот оно что… Лучше отвязаться за раз, чем становиться «символом» и разъезжать по фронтам для воодушевления армии», – подумал Орта и сказал вслух: – Конечно, съезжу. Если вопрос настолько важен, что им занимается сам командующий городом, разве я могу отказать?!

– Похвально. Тогда за мной повиснет должок. И это не пустое слово, – пообещал Олдуин. – Итак. Через десять дней. За сутки вам пришлют напоминание!

Послышался стук в дверь, и к ним зашёл Лука.

– Командир, вы освободились? Губернатор просит вашего присутствия.

– Ну, почти, – отозвался тот, прикидывая, всё ли сказал. – В принципе, – он повернулся к Орте, – основные моменты мы обсудили. Хочешь, останься, поешь. А мне пора идти. Было приятно познакомиться, буду рад новым встречам.

– Нет, спасибо, ещё много дел, – отказался от предложения Орта.