— Брат Вильфрид, через три дня начнётся ритуал посвящения, так что я какое-то время буду отсутствовать в замке. Пожалуйста, тренируйся играть в каруту, чтобы когда я вернусь, ты мог победить меня, — сказала я Вильфриду, когда в детской комнате вновь одолела его в каруту.

После моих слов Вильфрид, который от обиды топал по полу, удивлённо посмотрел на меня.

— А-а? Так значит у нас всех появится шанс! В следующий раз мы обыграем Розмайн! — выкрикнул он.

В его голосе ощущалось предвкушение скорой победы, которое полностью вытеснило горечь недавнего поражения. Несколько мальчиков оказались вдохновлены его энтузиазмом. Они сжали кулаки и выкрикнули нечто вроде: «Да! Мы обязательно победим!».

— Хорошо! Давайте проведём стратегическое совещание! Розмайн, отойди и не подслушивай! — скомандовал Вильфрид.

Теперь, когда в детской комнате Вильфрид нашёл себе соперников, его упрямство и нелюбовь проигрывать позволяли ему неуклонно расти. Своей целью на зиму он выбрал победить меня в каруте. Он даже собрал союзников и начал обсуждать с ними стратегию. Это было так же трогательно, как наблюдать за невинной группой младшеклассников, которые что-то задумали.

— Госпожа Розмайн, как долго вы пробудете в храме? — поинтересовалась Фили́на.

В её салатовых, словно молодая листва, глазах читалось беспокойство. Однако я не могла дать ей чёткий ответ. Возможно, что с ритуалом посвящения в этом году возникнут некоторые проблемы. Например, я не знала, как на ход ритуала повлияет отсутствие главы храма, который раньше тоже посвящал чашам свою магическую силу, и что делать с теми маленькими чашами, которые согласился наполнить Сильвестр, даже не спрашивая нас.

— Я не знаю, сколько времени потребуется, чтобы наполнить все священные чаши, а потому не могу сказать наверняка. Фили́на, если у тебя будет время, перепиши эту историю — сказала я, передав Фили́не текст второй истории, что рассказывала ей её мама.

То, что я записала с её слов, останется у меня, чтобы послужить рукописью для создания книги, однако я хочу в конечном счёте связать нитью те страницы, что перепишет Фили́на, чтобы сделать уникальную брошюру специально для неё.

— Я очень признательна вам, госпожа Розмайн, — ответила Фили́на.

Когда Филина получила рукопись, её глаза засияли от счастья. Мы с ней тихо рассмеялись. В это время к нам подбежали несколько девочек.

— Госпожа Розмайн, госпожа Розмайн! Я тоже попросила маму рассказать мне истории, — сказала одна из них.

— Книжки с картинками о богах прекрасны, но я также хотела бы прочитать историю о рыцарях, подобно той, что поют менестрели, — попросила другая.

В результате три следующих дня я провела в окружении хорошеньких девочек, записывая истории, которые им рассказывали их родители, попутно планируя содержание моей следующей книги. Это были поистине замечательные дни.

***

— Рихарда, во всей этой одежде мне тяжело двигаться, — пожаловалась я.

В день моего возвращения в храм разыгралась метель, из-за которой на улице практически ничего не было видно. Снег был настолько глубоким, что я не могла отправиться в карете, а потому решила воспользоваться ездовым зверем. Вот только из-за того, что Рихарда очень сильно беспокоилась о моём здоровье, она надела на меня несколько слоёв тёплой одежды. В ней было тесно и тяжело двигаться.

— Леди, о чём вы говорите? Вы собираетесь отправиться в метель на своём ездовом звере. Учитывая ваше плохое здоровье, даже такого количества может оказаться недостаточно, — парировала Рихарда.

— У моего ездового зверя имеются стенки и крыша, которые прикроют меня от ветра и снега. Мне в нём не будет особо холодно.

К сожалению, мои слова не возымели эффекта на Рихарду. За эту зиму я уже дважды оказывалась прикована к постели с лихорадкой, а потому она не хотела, чтобы я заболела снова. Когда я попыталась объяснить, что ей не нужно беспокоиться, поскольку обычно болею зимой около пяти раз, это не только не помогло, а, наоборот, распалило боевой дух Рихарды.

Закутанная в большое количество одежды, на которой настояла Рихарда, я отправилась к главному входу. Там Норберт дал мне указание создать ездового зверя. Я сотворила пандобус, после чего сказала Элле, Розине и Бригитте забираться внутрь.

Фердинанд и Дамуэль, которые ждали, пока мы закончим садиться в мой пандобус, были облачены в доспехи и плащи, как во время миссии по уничтожению тромбэ. Я забеспокоилась, не обморозятся ли они, нося в такой холод металлическую броню. Однако когда я высказала Фердинанду свои подозрения, он усмехнулся и сказал:

— Эта броня — разновидность магического инструмента, а потому тебе не нужно о нас беспокоиться.

Как оказалось, их доспехи, что на первый взгляд ничем не отличались от обычной металлической брони, были магическими инструментами и, судя по всему, могли защищать от жара и холода. Эффективность доспехов зависела от количества магической силы и атрибутов магического камня, а также от запаса магической силы владельца. Я подумала, что Дамуэлю должно быть тяжелее, чем Фердинанду, который обладает больши́м количеством магической силы и магических камней в своём распоряжении.

— Господин Фердинанд, Дамуэль, не хотите тоже прокатиться в моём пандобусе?

— Нет, мы будем тебя охранять, так что полетим на своих ездовых зверях, — объяснил Фердинанд. — Отправляемся.

Насколько я поняла, рыцари нередко отправлялись истреблять магических зверей, что появляются во время снежной бури, так что у них не было особых проблем с холодом. Похоже, работа рыцарского ордена более суровая, чем я предполагала.

Когда по сигналу Норберта дверь открылась, Фердинанд и Дамуэль вскочили на ездовых зверей и ринулись в метель. Я последовала за ними на пандобусе.

***

— Я беспокоилась о полёте в самый разгар метели, но на самом деле это довольно удобно, — сказала Розина.

Мы летели внутри ездового зверя, так что метель не тревожила нас, и мы добрались до храма без происшествий. Однако мне стоило поблагодарить за это Фердинанда и Дамуэля, которые летели впереди и показывали дорогу сквозь метель. Без их синего и золотисто-жёлтого плащей, что развевались на ветру, я бы наверное не смогла добраться до храма. Летать в такую погоду слишком опасно, потому что чувство направления легко теряется. Даже ехать по заснеженной дороге было бы достаточно страшно, но летать в метель оказалось ещё страшнее.

Когда мы приземлились, я достаточно быстро превратила свою пандочку обратно в магический камень и бросилась в храм, при этом мои ноги утопали в снегу, и я чуть не падала. Фран и Моника в спешке выбежали мне навстречу. Судя по всему, из-за метели они не смогли увидеть нас издалека.

— С возвращением, госпожа Розмайн, — поприветствовали меня они.

— Фран, Моника, я вернулась.

Я попросила их отряхнуть с меня снег. Стоило отметить, что ни Фердинанд, ни Дамуэль не превратились в снеговиков, хотя летели сквозь метель на своих ездовых зверях. Всё же доспехи рыцарей были потрясающими.

— Розмайн, как только я переоденусь в синие одежды, то приду в твою комнату, чтобы обсудить ритуал посвящения. Переоденься и жди меня, — сказал Фердинанд.

— Поняла.

Дамуэль отправился в свою комнату, чтобы переодеться, а Бригитта осталась со мной в качестве эскорта. Фран ушёл, чтобы принести Дамуэлю чай. Когда Бригитта отправилась переодеваться, чай ей ушла подавать Моника.

Мне тоже требовалось переодеться. Пусть расстояние от того места, где я приземлилась на ездовом звере, до храма и было небольшим, но метель была столь сильна, что мне пришлось попросить Монику вытереть моё лицо и волосы, поскольку они все были в снегу. Затем, словно она чистила лук, Моника сняла слои одежды, в которые облачила меня Рихарда, и переодела в одеяние главы храма. Оно было намного удобнее, и в нём куда легче двигаться.

***

После того, как я переоделась и отдохнула за чашкой горячего чая, прибыл Фердинанд, сменивший доспехи на одежды священника. Он сразу же принялся вводить меня в курс дела.

— Мои слуги сообщили мне, что Канфель и Фритак успешно закончили подготовку к ритуалу посвящения. Поэтому, как изначально и планировалось, мы начнём ритуал завтра, в день земли. Тебе следует отдохнуть сегодня.

— Поняла. Кстати, известно ли, какое влияние на ход ритуала окажет отсутствие бывшего главы храма? И что делать с теми священными чашами, которые принял мой приёмный отец?

Из-за малого количества священников, в храме ощущалась нехватка магической силы. Было непонятно, как разрешить возникшие сложности с дополнительными чашами от Сильвестра. Хотя я и сказала, чтобы он сам разобрался с этой проблемой, это было нужно, чтобы он не принимал подобные решения в будущем. Тем не менее, мне было ясно, что, как герцог, он будет занят во время зимних кругов общения, а потому просто не сможет прийти в храм, чтобы участвовать в ритуале посвящения. Фердинанд ранее упоминал, что у него имелся какой-то план, но я не знала, оказался ли тот успешен.

— Сильвестр и Флоренция выполнили свой долг. С теми чашами проблем не возникнет, — сказал Фердинанд, достав из висящего на поясе мешочка два магических камня. Они использовались для поглощения магической силы, и как я видела, уже были полностью заполнены. Чтобы наполнить даже один из них, потребовалось бы достаточно много магической силы.

— Только не говорите, что вы заставили их влить в эти камни свою магическую силу?! — удивлённо воскликнула я.

— Конечно, нет. Я не могу требовать от них использовать магическую силу, которая необходима для поддержания герцогства, ради подобных целей.

— Честно говоря, я подумала, что вы, главный священник, вполне способны на нечто такое. Я боялась, что вы заставили их отдать много магической силы под предлогом того, что приёмный отец должен взять ответственность за своё решение.

Радуясь, что мои худшие опасения не подтвердились, я вздохнула с облегчением. Губы Фердинанда изогнулись в ухмылке. Катая в ладони магические камни, он сказал:

— В этом году в нашем распоряжении два преступника, у которых гораздо больше магической силы, чем у бывшего главы храма. Таким образом, в этом году храму доступно больше магической силы, чем в прошлом. Если не казнить этих двоих, а забирать их магическую силу, то это принесёт огромную пользу герцогству.

Судя по злой ухмылке Фердинанда, он, руководствуясь логикой, вынудил Сильвестра и Флоренцию забрать магическую силу у заключенных в тюрьму матери Сильвестра и графа Биндевальда. На Фердинанда и правда всегда можно рассчитывать, потому что он будет использовать все доступные ему средства. Как же хорошо, что мы на одной стороне.

— Я научу священников, как использовать магические камни во время ритуала посвящения. Поскольку магической силы у нас достаточно, мы сможем закончить ритуал гораздо быстрее, чем в прошлом году, — сообщил Фердинанд.

Затем он объяснил, что научить священников, которые обладают весьма низким уровнем магической силы, обращаться с магическими камнями, в которых её в избытке, может оказаться довольно сложно. Но если они смогут научиться, то в дальнейшем нам будет намного проще.

— Пока я буду учить Канфеля и Фритака обращаться с магической силой, ты должна отдыхать. Сегодня тебе запрещено посещать приют. Постарайся не заболеть.

Учитывая, что я являюсь главой храма, мне следовало находиться в ритуальном зале на протяжении проведения всего ритуала посвящения. Однако в этом году приоритет будет отдан моему здоровью и посвящению магической силы, а не традициям. Вместо меня за ходом церемонии будет наблюдать Фердинанд, в качестве главного священника.

— Я предполагаю, что в один из дней проведения ритуала посвящения должен прийти вызов от рыцарей, и мы отправимся на сбор зимнего ингредиента, — предупредил меня Фердинанд. — Поэтому внимательно следи за своим здоровьем.

***

В первый день ритуала посвящения я с утра приняла ванну и облачилась в церемониальные одежды. В отличие от прошлого года, у моих церемониальных одежд главы храма была золотая лента через плечо и серебряный пояс на талии. Кроме того, все украшения, что крепились к одеждам, были красными. Что до украшения для волос, то оно было тем же, что я носила во время своего дебюта.

Следуя инструкциям Розины, Моника и Никола помогли мне переодеться. Похоже, они более-менее освоились с церемониальными одеждами, потому как переодели меня быстрее, чем раньше.

— Мы закончили. Розина, как тебе? — поинтересовалась Моника.

— Да, всё хорошо, — ответила Розина.

Теперь требовалось лишь дождаться начала ритуала посвящения. Чтобы узнать, что произошло во время моего отсутствия, я слушала отчёты Франа и Моники, и довольно скоро пришёл Зам.

— Госпожа Розмайн, всё готово к ритуалу посвящения, — сообщил Зам.

Затем он и Фран проводили меня в зал проведения ритуала, что находился рядом с комнатой главы храма, а потому дойти туда было намного проще, чем в прошлом году. Пока мы шли, я следила за тем, чтобы случайно не наступить на подол своих одежд. Когда мы приблизились к ритуальному залу, служители, что стояли у дверей, отворили их. По другую сторону двери находился алтарь. Как и в прошлом году, на нём располагались божественные инструменты и священные чаши. Вдоль стен горели факелы, которые освещали и согревали зал.

— Благодарю за ожидание, — сказала я, поскольку, в отличие от прошлого года, в ритуальном зале находился не только Фердинанд.

Канфель и Фритак тоже ожидали меня. Они выглядели напряжёнными, и у каждого из них имелся магический камень, наполненный магической силой.

— Теперь мы можем начать, — сказал Фердинанд.

Дав мне таким образом указание подойти, Фердинанд опустился перед алтарём на колени и прижал обе руки́ к красной ткани. Канфель и Фритак последовали его примеру и тоже встали на колени. Затем они положили свои магические камни на ткань и осторожно накрыли их обеими руками.

Я прошла мимо Фердинанда и опустилась на колени в нескольких шагах впереди. Бросив взгляд на алтарь, я опустила голову и положила руки на ткань. В прошлом году от меня требовалось просто повторить слова молитвы за Фердинандом, но в этом году все будут повторять их уже за мной. Я глубоко вдохнула и начала:

— Я та, кто возносит молитвы и благодарит богов, создавших этот мир...

Трое мужчин позади повторили вслед за мной. В зале отчётливо слышалось эхо от их низких голосов.

— О верховные боги, что правят небесами: Бог Тьмы и Богиня Света, о могучая вечная пятёрка, правящая царством смертных: богиня воды Фрютрена, бог огня Лейденшафт, богиня ветра Шуцерия, богиня земли Гедульрих, бог жизни Эйвилиб. Мы чтим вас, что благословили всех существ жизнью, и молимся, чтобы вы и дальше благословляли нас своей божественной силой.

Произнося слова молитвы, я ощущала, как магическая сила изливается из моего тела. Постеленная на полу красная ткань сияла от поглощённой магической силы, которая волнами света стекалась к алтарю. Такие же волны приходили и от остальных, и поддавшись этому импульсу, магическая сила истекала из меня ещё быстрее.

***

— Этого достаточно, — сообщил Фердинанд.

Я подняла голову и убрала руки с красной ткани. Бросив взгляд на волны света, что ещё двигались по ткани, я посчитала количество заполненных священных чаш. В прошлом году мы с Фердинандом наполняли по семь-восемь чаш в день, но на этот раз нам удалось заполнить около сорока́.

— Хороший результат. Похоже, завтра мы сможем закончить, — сказала я.

— Не сможем. Магическая силы в камнях почти исчерпана. Нам потребуется ещё около трёх дней, чтобы завершить ритуал посвящения, — опроверг моё предположение Фердинанд, забрав камни у Канфеля и Фритака и осмотрев их.

Цвет магических камней теперь был почти чёрными, что указывало на то, что в них осталось не так много магической силы.

— Канфель, Фритак, хорошая работа. Вы можете вернуться в свои комнаты и отдохнуть, — сказал Фердинанд.

— В этом году вы очень помогли. Пожалуйста, отдыхайте, — добавила я, позволив двум измученным священникам покинуть ритуальный зал.

Раньше им никогда не доводилось обращаться с таким больши́м количеством магической силы, а потому они сильно устали. Попрощавшись, они покинули зал.

— Позовите всех остальных священников, — приказал Фердинанд служителям, стоя́щим за дверью. — Все они будут проводить ритуал вместе.

Сказав: «Поняли», служители пошли выполнять указание. При этом их шагов практически не было слышно.

— Ритуал будет намного проще, чем в прошлом году, раз мы сможем закончить всё за три дня, — весело отметила я.

В прошлом году Фердинанду и мне приходилось самим заполнять бо́льшую часть священных чаш, а также тех, что передали нам герцог и бывший глава храма. Я мысленно подготовила себя к тому, что мне будет достаточно тяжело проводить церемонию посвящения и общаться с дворянами этой зимой, а потому радовалась, что всё оказалось легче, чем я ожидала.

— В прошлом году ритуал занял больше десяти дней, но в этом мы, несомненно, сможем завершить ритуал посвящения до того, как настанет время собирать зимний ингредиент. Пока твоя выносливость и магическая сила восстанавливаются после некоторого отдыха, беспокоиться не о чем, — ответил Фердинанд.

Окрасить рюэ́ль магической силой было весьма сложно, поскольку это требовало довольно много магической силы. Во время прошлого ритуала посвящения мне пришлось восстанавливать магическую силу с помощью того невероятно горького лекарства, а потому я искренне радовалась, что смогу закончить раньше… Впрочем, если бы не дополнительные священные чаши, мы бы закончили ещё раньше. Задумавшись об этом, я бросила взгляд на чаши, что навязал нам Сильвестр, и спросила:

— Главный священник, какому герцогству принадлежат эти маленькие чаши, что поручил нам мой приёмный отец?

— Они принадлежат Фрёбельтаку, герцогству к западу от Эренфеста.

Я мысленно представила себе карту Эренфеста. Я помнила, как мне говорили, что герцоги Эренфеста и Фрёбельтака в хороших отношениях.

— Мы ведь дружны с их герцогом, верно?

— Верно. У нас с ними хорошие дипломатические отношения. Проблема в том, что и Сильвестру, и Флоренции сложно отказать в их просьбах.

По словам Фердинанда, Эренфест принимал просьбы Фрёбельтака на выгодных для себя условиях, а в некоторых случаях, даже отказывал. Но если Фердинанд не будет сопровождать Сильвестра и Флоренцию, весьма вероятно, что их уговорят принять просьбу, даже если это будет невыгодно.

— Не только приёмному отцу, но и приёмной маме сложно отказать? — удивилась я.

— Ауб Фрёбельтака — старший брат Флоренции, а его жена — старшая сестра Сильвестра. Поскольку они младшие брат и сёстра, им трудно противостоять просьбам старших.

Фердинанд объяснил, что вторая старшая сестра Сильвестра вышла замуж за герцога Фрёбельтака, младшая сестра которого, Флоренция, отправилась в Эренфест и стала женой Сильвестра. Более того, в отличие от Эренфеста, Фрёбельтак оказался вовлечён в политические перемены, произошедшие в Центре несколько лет назад, в результате чего предыдущий ауб Фрёбельтака был казнён. Его преемником стал старший брат Флоренции, и с тех пор он отчаянно пытается привести герцогство в порядок.

Другими словами, положение там намного более трудное, чем в Эренфесте.

— Как братья и сёстры, они весьма близки, так что не удивительно, что Сильвестр и Флоренция хотят помочь. Однако принятые ими ранее просьбы ложились на меня. Я признателен тебе, Розмайн. Ты спасла меня от лишних хлопот в этом году.

— Главный священник, значит ли это, что вы снова собираетесь использовать меня в качестве оружия во время будущих переговоров с приёмным отцом? — спросила я, уставившись на Фердинанда.

Он невозмутимо приподнял бровь и ответил:

— Разве я способен на такое? Вы глава храма, в то время как я всего лишь смиренный главный священник.

— Главный священник, вам следует разузнать, что в действительности означает слово «смиренный». Весьма необычно, что вы допустили подобную ошибку в выборе слов, — ехидно ответила я.

Когда прибыли священники, они застали, как мы с Фердинандом угрожающе посмеиваемся. С испуганными лицами они застыли в дверном проёме. Фердинанд, заметив это, посоветовал мне поскорее уйти.

— Глава храма, вы можете вернуться в свою комнату и отдохнуть.

— В таком случае, прошу меня простить. Я надеюсь, что оставшаяся часть сегодняшнего ритуала пройдёт хорошо, — сказала я, вежливо улыбнувшись священникам, и покинула ритуальный зал.

***

Оставив ритуал на Фердинанда, я вернулась в свою комнату, где позвала Монику и попросила её помочь мне переодеться из церемониальных одежд в обычные.

— Фран, судя по всему, ритуал посвящения закончится раньше, чем ожидалось, так что в за́мок я тоже вернусь раньше, — сказала я.

— Вам известно, когда вы отправитесь в замок?

— Главный священник сказал, что ритуал продлится ещё три дня, но это всё, что я знаю. Ох, ещё он упомянул, что в следующий день земли мне предстоит отправиться на сбор материалов.

Фран записал всё это в диптих, после чего приложил руку к подбородку и на некоторое время задумался.

— Похоже, для вашего здоровья это будет менее обременительно, чем первоначальный план, согласно которому вы должны были отправиться на сбор материалов в середине проведения ритуала посвящения, а после возвращения продолжить ритуал. Главный священник приготовил много лекарств, но, похоже, в них не возникнет потребности, — сказал Фран, бросив взгляд на коробку, в которой хранились невероятно горькие лекарства.

— Я тоже очень этому рада, — ответила я, кивнув.

— В таком случае, госпожа Розмайн, пока вы находитесь в храме, не могли бы вы просмотреть эти документы?

Фран принёс письма и документы, что накопились во время моего пребывания в замке. Просто прочитать письма и документы было несложной задачей, а потому я охотно согласилась. Большинство писем были формальными благодарностями вида: «Благодарим вас за то, что посетили нас во время праздника урожая. Будем рады видеть вас во время весеннего молебна», однако среди них нашлось и несколько писем адресованных бывшему главе храма.

— Это от кого-то особенного? — подумала я вслух.

Одно из писем напоминало те, что я сочла тайной любовной перепиской. Я не была уверена, правильно ли разобрала почерк, но оно определённо казалось очень похожим. Смысл письма был следующим: «Есть кое-что, о чём я бы хотела вас спросить. Вы единственный, на кого я могу положиться».

Боюсь, мне придётся её огорчить. Бывший глава храма мёртв, и ей не суждено с ним увидеться. К тому же, дата встречи, что была указана в письме, уже давно миновала. Вот только, видя что у письма нет ни адреса, ни адресата, я простонала. И как же мне поступить?

— Думаю, сейчас я просто должна написать ответ, сообщив, что бывший глава храма умер, после чего проконсультируюсь с главным священником насчёт того, как определить отправителя, чтобы знать, куда отправить письмо, — пробормотала я.

Поскольку к письму был приложен пергамент для ответа, я просто написала ответ на нём. Текст был таким же, как и во всех прочих письмах, когда я отвечала людям, что писали бывшему главе храма. После долгого вступления я сообщила, что бывший глава храма поднялся по высокой лестнице, а затем добавила короткое заключение. В отличие от мэра Хассе, его тайная подруга, судя по всему, дворянка, а потому должна без проблем понять смысл.

— Готово. Думаю, так нормально.

Я отложила перьевую ручку и подождала, пока чернила высохнут. Вот только стоило мне сложить письмо пополам и вложить в конверт, как через моё кольцо к бумаге потекла магическая сила.

— Ой-ой?! — выкрикнула я от удивления.

После того, как письмо и мой ответ закончили поглощать мою магическую силу, они превратились в птицу, похожую на ордоннанца, которая тут же улетела.

— Госпожа Розмайн, вы в порядке? — спросила меня Бригитта.

— Да. Со мной всё хорошо, Бригитта. Я просто удивилась, поскольку не думала, что это были магические инструменты.

Письма оказались магическими инструментами, а потому не требовалось знать ни отправителя, ни адреса. Достаточно было лишь влить в ответное письмо магическую силу, и оно само вернётся к отправителю.

— Пожалуйста, сообщите мне, когда главный священник закончит ритуал посвящения. Думаю, мне следует ему об этом рассказать.