Послышался торопливый топот ног, и из туннеля впереди выбежал скавен в чёрном плаще. Это был один из разведчиков, которых Эрихига отправил ранее.

— Впереди столкновение с большим количеством костяных тварей. Их около пяти тысяч.

Сердце Эрихиги, сжавшееся от тревоги, немного отпустило. Встреча с врагом была куда лучше, чем гнетущая неизвестность.

— Гонец! Бригада Блира, принять бой в лоб! Остальным подразделениям обойти их с флангов по другим туннелям!

Гонец Икрита стремительно умчался. Марширующие крысолюды начали медленно разделяться, уходя в боковые ответвления подземного туннеля. Рычание мелких командиров, скрежет когтей и шлепки хвостов по земле сделали туннель ещё более шумным.

Около двух тысяч скавенов, продолживших движение прямо, под рёв могучего чёрного скавена сбились в плотную фалангу. Ведомые его личной охраной, они медленно двинулись вперёд, постепенно растворяясь во тьме.

Рядом с Икритом его личная гвардия также построилась в боевой порядок. В недавней битве с Нагашем этот отряд, состоявший исключительно из штурмкрысов, понёс тяжёлые потери. Из ста шестидесяти девяти воинов осталось всего пятьдесят семь, и они могли окружить военачальника лишь тонким кольцом.

Эски, взглянув на одноглазого варлока-инженера, остался на месте. У Витрика было всего с десяток техников и около сотни крыс-рабов для обеспечения. Поскольку все войска Икрита были брошены в бой, огнемёт остался практически без охраны. Единственной силой, способной его защитить, были два варлока-инженера.

В тёмной, едва освещённой красным и зелёным светом обстановке Эрихига вдруг прижался ухом к стене. Постояв так некоторое время, он вернулся к Икриту и своему ассасину и, махнув лапой, отправил нескольких разведчиков в чёрных плащах.

— Спичечный Урод не использует тактику подкопов, но моё чутьё говорит, что он что-то замышляет, — сказал Владыка Предательства Икриту. — Благоволение Великой Рогатой Крысы, моё чутьё на заговоры никогда не подводило.

Глядя во тьму туннеля впереди и позади, Владыка Предательства добавил:

— Надо было всё-таки потратить время и включить в состав клан Разливающейся Скверны Верски. Если твои из клана Риктус понесут слишком большие потери...

Икрит сверкнул на него багровыми глазами и хлестнул хвостом по стене. Чешуя скрежетнула о камень, издав резкий звук. Он, конечно, понимал, что имеет в виду Владыка Предательства. Если они попадут в окружение, у них самих будет много способов спастись, а вот у остальных крысолюдов — нет. Здесь была сосредоточена почти треть сил клана Риктус. Если они их потеряют, все политические выгоды в подземной крепости достанутся Верски, этому тяжелораненому, лежащему пластом.

Пронизительный визг донёсся из тьмы впереди. Это был сигнал о столкновении клана Риктус с врагом. Воздух наполнился запахом битвы, но вскоре к нему начал примешиваться и запах страха.

Нос Икрита втягивал воздух. Концентрация запаха страха росла, а это означало, что на передовой всё больше крысолюдов выделяли феромоны страха из своих желёз. Это был плохой знак. Крысолюды всегда испытывали страх, сталкиваясь с противником, превосходящим их вдвое, но Икрит рассчитывал, что они, как наковальня, продержатся хотя бы час.

— Витрик, мне нужна твоя поддержка на передовой! — крикнул военачальник старому варлоку-инженеру, стоявшему под соплом огнемёта.

Витрик не сдвинулся с места, лишь бросил взгляд на принадлежащие клану Риктус запасы масла, факелы и пыль варп-камня позади себя.

— Это нужно оставить на потом.

Голос Икрита стал на тон выше.

Они молча сверлили друг друга взглядами, не уступая. В этот момент заговорил Эски.

— Варлок-инженер Витрик, на сколько хватит топлива в огнемёте?

Одноглазый варлок-инженер указал на транспортную повозку, которую тянули рабы.

— Если использовать всё, хватит минут на десять с небольшим.

У больших варп-огнемётов была такая проблема. Может, они и могли с относительной лёгкостью наносить смертельные раны гигантским тварям и даже элитным магам, но ни один клан не мог выдержать их логистические потребности. Тратить в огромных количествах варп-камень, который для скавенов был дороже золота, — уж лучше послать на смерть ещё десять тысяч пушечного мяса.

— Витрик, по-моему, твоя большая игрушка слишком бесполезна. На твоём месте я бы сделал их поменьше, чтобы ими могли пользоваться даже крысы-рабы.

— Глупый, молодой крысёныш. Твой тупой мозг, конечно, не поймёт её предназначения, — Витрик широко раскрыл пасть, обнажив два ряда жёлтых, сильно стёртых клыков, и издал резкий, насмешливый смех. — Она предназначена для того, кто сжигает терновник.

— Ты имеешь в виду Нагаша? — Эски расплылся в ещё более преувеличенной, чем у него, насмешливой улыбке. Его белые клыки, казалось, вот-вот впиявятся в лицо старого варлока-инженера. — Чёрнокостный некромант уже тяжело ранен мной. Эта штука должна быть направлена на тех проклятых костяных тварей. Не забывай, мы все в одной лодке. Даже если ты сохранишь свои силы, это не будет иметь никакого значения. Великая Рогатая Крыса не покровительствует неудачникам. Вернёшься в подземную крепость — тебя убьёт Стаден. Вернёшься в Скавенблайт — главный варлок-инженер отправит тебя в качестве искупительной жертвы.

Красные глаза Эрихиги под капюшоном слегка блеснули. Воспользовавшись противостоянием варлоков-инженеров, он схватил Икрита.

— Если понадобится, мои люди отправят этого старика в последний путь.

Эрихигу всё больше раздражала утекающее время. Если бы им нужно было лишь не допустить возвращения Серого Пророка в подземную крепость, они могли бы просто вернуться и заблокировать выходы. Но Серый Пророк, скорее всего, вернётся в Скавенблайт. В подземном мире полно способов добраться до столицы.

— Нет, Эрихига, пусть себе спорят. Дело ещё не так срочно.

Икрит, прищурившись, смотрел на белого скавена, усердно спорившего со старым варлоком-инженером, и опустил лапу Эрихиги.

Его влажный нос слегка дёрнулся. Розовый, с зазубринами язык скользнул вверх, увлажняя его. Запах в воздухе снова начал меняться, стремясь к равновесию.

— Ты оставайся здесь и следи. Я схожу на передовую.

Одновременно Икрит сделал знак, приказывая своей личной охране из штурмкрысов оставаться на месте. Сам же он быстро исчез из виду.

Глядя на оставшихся высоких чёрных скавенов, варлоки-инженеры внезапно замолчали.

Одноглазый Витрик уставился на оставшегося Эрихигу. Едва слышный шёпот донёсся до ушей Эски.

— Глупый крысёныш, сколько у тебя ещё варп-камня?

...

Икрит быстро добрался до источника запахов, которые могли различить только скавены.

Отряды кланокрысов и скелетов медленно двигались вокруг «вала» из обломков скелетов и трупов скавенов. Блир, командир этой бригады, отступил в тыл и, оперевшись на крыс-рабов, позволял им своими языками вылизывать его шерсть.

Икрит учуял на своём подчинённом запах крови.

— Ранен костяными тварями?

— Запачкался кровью слабаков, — Блир выпрямился, и его хвост хлестнул по телу раба с прежней силой.

Только тогда Икрит снова обратил свой взор на поле боя.

Обычно в бою со скелетами в узком туннеле не требовалось больших жертв. После того как падали первые сотни трупов, скорость потерь с обеих сторон замедлялась. Предыдущая битва была такой тяжёлой из-за способности Спичечного Урода в любой момент воскрешать мертвецов.

Число бойцов-скавенов постоянно уменьшалось с ростом потерь, а количество костяных тварей почти не менялось, а в некоторых случаях даже росло.

Сейчас же на поле боя почти не было видно павших и снова вставших скавенов. Благодаря этому, а также преграде из трупов, интенсивность боя значительно снизилась.

Икрит провёл лапой по усам, убирая пропитавшее их запахом масло. Запах крови в воздухе стал ещё отчётливее.

Картина перед ним была ему очень знакома — в прошлом, в боях с коротышками, трупы скавенов часто скапливались горами перед закованными в железо гномами, преграждая путь для атаки. Пожирание трупов крысами-рабами и кланокрысами было слишком медленным и обычно не влияло на ход битвы.

Вызвать стаи крыс с помощью магии было бы достаточно быстро, но маги, особенно из ордена Серых Пророков, были редкостью где бы то ни было.

Это не означало, что у военачальников вроде Икрита не было своих методов. Жир, вытопленный из трупов скавенов, был отличным топливом — даже железная броня коротышек не могла противостоять высоким температурам.

— Пробейте брешь. Используйте метод, что и против коротышек.

Икрит отдал приказ, но чёрный скавен не двинулся с места.

— Я потерял почти треть своих кланокрысов. Мне нужно пополнить отряд из ямы для размножения.

— Как обычно, отправляйся в яму, закреплённую за бригадой Блира.

Блир кивнул в знак согласия, но его взгляд был каким-то блуждающим. Хотя военачальник поступил справедливо, его сердце было полно проклятий в его адрес.

Из-за соотношения выживших самцов и самок примерно сто к одному, даже те жирные, уродливые, вонючие общие самки стали дефицитом. В большинстве кланов ямы для размножения контролировались непосредственно военачальником или предводителем. Исключение составляли лишь гигантские кланы, такие как клан Серых Пророков, клан Скульптор и клан Скрайр.

Возможность спариваться с общими самками обычно была наградой от военачальника своим подчинённым. Икрит, предоставив Блиру и его капитанам контроль над правом спаривания в одной из ям, проявил щедрость, редкую для любого скавенского клана.

Однако разрешить им посещать самок в яме — это одно, а забирать детёнышей — совсем другое. Все евнухи, ухаживающие за детёнышами в ямах, принадлежали военачальнику. Так что они могли трогать самок, но не детёнышей.

Это чувство, что тебя держат на коротком поводке, приводило Блира в ярость. Он, Блир, должен быть величайшим скавеном! Просто сейчас он временно не может одолеть Икрита. Временно.

С сердцем, полным гнева, высокий чёрный скавен ринулся на передовую. Масло на его коже источало боевой смрад, рождённый ненавистью.