Поздравляю всех членов ги, спасибо всем вам🌹

Всем хай, бобры и будущие бобры! 🦫 Ищете гильдию, где можно читать, пить чай и растить гильдию вместе с такими же простыми любителями книг? Тогда вам к нам — в Гильдию бобра! У нас уже 3 уровень, растем быстро и дружно, есть свободные места — присоединяйтесь, пока не разобрали! Требуем минимум: всего 200 молний в неделю на развитие гильдии. Неактивность, увы, приведет к исключению — но мы верим, вы с нами надолго! Ждем именно вас — приходите, обсудим, почитаем и наполним гильдию уютом! До встречи среди бобров! ❤️

Обычно про бобров мы знаем две вещи: они грызут деревья и строят плотины. Но если копнуть глубже (ну или хотя бы залезть в пару статей про животных), то оказывается, что бобр — это почти идеальный мем про жизнь. Во-первых, они ночные. Пока весь лес спит, бобр активничает: пилит деревья, тащит ветки, укрепляет плотину. Днём он спит. Звучит знакомо, да? Это как айтишник, который ночью кодит, а днём отсыпается. Или студент, который сдаёт курсовик в 5 утра. Во-вторых, бобры живут семьями. У них реально крепкая «тусовка»: пара родителей и дети держатся вместе, защищают друг друга и строят общее жильё. Если один выпадает, остальным тяжело. Это не просто «животные», а настоящие коммунальщики с кармой. Теперь к грустному. Бобры редко умирают от старости. В природе они должны были бы жить лет 10–12, но реальность суровее: волки, медведи, болезни, да и человек со своими «стройками против плотин» делают своё дело. Ирония в том, что иногда бобр погибает даже от дерева, которое сам свалил — и это звучит как мем про жизнь: «Иногда проблемы валятся на тебя из-за твоих же решений». Но главный прикол в том, что бобр никогда не делает глупостей «просто так». Он не ломает свою плотину, не бросается в реку с криками «хватит». Он до последнего строит, чинит и подстраивает реку под себя. Даже если плотину разнесли люди или паводок, он снова начинает таскать ветки и чинить. И вот в этом урок: будь как бобр. Не трать силы на самосаботаж. Если уж что-то рушится — строй снова. Не идеально, не с первого раза, но так, чтобы вода текла так, как тебе надо. Так что да, бобр — это не просто зверь. Это символ того, что можно быть маленьким, но менять целые реки.

Набор активных членом, на расширение бобровых плотин😁😁. А ТАКЖЕ ПОЗДРАВЛЯЮ УЖЕ АКТИВНЫХ БОБРОВ С ПОВЫШЕНИЕМ УРОВНЯ ГИЛЬДИИ

Всем бобрам хай, есть 4 вакантных места в Ги в ближайшее время готовимся перейти на 3 лвл гильдий, ждем тех кто составит историю восхождения бобров над утками и тюленями 😎😎​

За этим столом ты не сидишь с бобром. За этим столом сидишь у бобра.

В мире, где всё рушится… есть тот, кто строит. Его зубы острее ножа. Его терпение — крепче бетона. Он не просит. Он берёт. Они зовут его… Бобёр. Когда лес молчит — он работает. Когда река бушует — он поднимается. А когда ты решаешь перейти ему дорогу… Запомни одно: бобёр не предупреждает. Он действует.

Бобра не встречают. Бобра переживают.

БОБРа

Вот что надо сказать

При встречи

"О, здравствуйте, архитектор плотин!"

Встретить бобра — всё равно что получить приглашение в высшую лигу жизни

Мы собираем дружную стаю для тех, кто хочет веселья, поддержки и немного безумия. У нас всегда найдётся место для тех, кто готов быть активным, общаться и просто хорошо проводить время. Что ждёт тебя у нас: 🦫- Дружный коллектив, где каждый бобёр важен; 🦫- Совместные приключения и весёлые моменты; 🦫- Помощь новичкам и поддержка в любой ситуации; 🦫- Атмосфера, где можно и пошутить, и посерьёзничать.

От тебя нужно только желание быть частью стаи и немного активности. Всё остальное — сделаем вместе! Присоединяйся к ги Бобров прямо сейчас и стань частью нашей плотины. А если постараешься — то даже можешь стать геем(шучу) 🦫✨

Жили-были три бобра. Для бобриного добра Добрый старый бурундук Подарил бобрам сундук. — Ах! — воскликнули бобры. — Бурундук, вы так добры! Только нет у нас добра, — Огорчились три бобра. — Как же нет добра, бобры? А багры, А топоры, А рубанки? Всё в сундук! — Что вы, дядя бурундук! Нужен каждый день топор, И рубанок, и багор. Где вы видели бобра Без багра, без топора? Огорчился бурундук, Уволок домой сундук. Трём бобрам отправил в дар Трёхведёрный самовар — Ах! — воскликнули бобры, Побросали топоры, Вскипятили самоварчик И на брёвнышке рядком Пьют чаёк с бурундуком. Если нет у вас добра, Пейте чай, как три бобра, Сидя рядышком, ладком, Из большого самовара Самый вкусный чай, с дымком!

Бобры – это рыбы. Так долгое время считали католические монахи. Подозреваем, что это было сделано умышленно, чтобы во время поста лакомиться их мясом. Бобры большую часть времени проводят под водой – значит рыбы :)

Кстати бобры не учатся как люди всему, необходимому для жизни. Они с рождения знают, как сооружать плотины и где строить жилища. И да вопреки ожидаемому рациону бобров, они не питаются рыбой.

P.s Плотины бобров - единственное сооружение, построенное животными, которое можно увидеть из космоса.

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ

Французский фотограф более 15 лет наблюдал за бобрами, живущими в его краях. Эти трудолюбивые грызуны трудятся не только на суше и на своих плотинах, но и под водой, потому для наиболее интересного кадра энтузиасту пришлось нести вахту, затаившись на дне реки.

1. Бобры невероятные трудяги: летом их рабочий день достигает 12 часов, зато зимой они практически не выходят из нор. 2. В семье бобров всегда мир и любовь: детеныши живут с родителями до двух лет, а на второй год в семействе грызунов появляются еще бобрята. Мать подкармливает молодняк до 3 месяцев, хотя они уже могут сами питаться с двухнедельного возраста.

3. В хатке царит матриархат — в культуре бобров бразды правления принадлежат самке. 4. У бобров очень большие легкие и печень, поэтому они могут задерживать дыхание до 15 минут и проплыть до 700 метров. Среди полуводных млекопитающих это рекорд.

5. В прошлом веке бобров оставалось мало. Не только в Алтайском крае, но и по всей России. Их отлавливали ради шкурок и бобровой "струи", которую используют в парфюмерии и медицине. С 1952 по 1970 годы в регионе активно работали над восстановлением вида: животных завозили из Белоруссии и Смоленской области. Всего по краю расселили 188 особей.

6. Часто употребляя слова "бобер" и "бобр" люди подразумевают одно то же, но на самом деле "бобер" — это название меха грызуна. 7. Бобр без особых усилий таскает деревья почти в два раза тяжелее своего веса: на суше 30-35 килограммов и 40-50 килограммов — в воде.

8. Бобры — моногамные животные. Чаще всего они создают одну пару на всю жизнь.

Хах, уважаю бобров

Кроме легко различимых глазом плотин это животное вносит в ландшафт еще один важнейший тип модификаций, которые мы замечаем реже. Бобры роют каналы двух типов. Первый из них – «грузовые»: если кормовые, интересные ему виды деревьев стоят на отшибе от водоема, он, для упрощения заготовок на зиму, прокладывает к ним канал в 0,5-0,8 метра шириной, по которому «сплавляет» крупные фрагменты деревьев.

Второй тип каналов – «пассажирские»: их он роет на дне, углубляя русла мелких ручейков и речек, соединяющих между собой водоемы. Это, в лесных условиях, нужно ему, чтобы без риска передвигаться по ним от одного места к другому, что очень важно во время миграций. А миграции этот вид устраивает раз в несколько лет. В каком-то смысле именно бобры, а не люди, изобрели первое «кочевое земледелие». Только если у людей одно зовется подсечно-огневым, то у бобра его точнее назвать заливно-луговым. Когда он строит дамбу, то использует растущие по берегам водоема деревья. Часть деревьев может затопить, и тогда они же идут на зимний запас пищи. Если затопленных деревьев нет – бобр начнет валить и сволакивать в воду деревья с берега своего «водохранилища». Кстати, о «земледелии». Когда животное попадает в сухую среду обитания – например, в оренбуржскую степь – оно начинает заниматься ирригацией. Построив плотину на ручье, зверь вначале обеспечивает себе запас воды. В оренбургской степи средняя ширина русла после прихода бобра увеличивается с 0,65 до 13,5 метров, глубина растет с 0,25 до 0,9 метра. А затем он начинает вести в сторону от своего «водохранилища» каналы. Исследователи из Оренбургского заповедника описывают их так: «Каналы выполняют функцию орошения, тем самым увеличивая площадь увлажнения береговой зоны». Что это дает зверю – понятно. Чем выше увлажнение вокруг его места обитания, тем быстрее там начнут расти деревья, которыми он питается. Кандидат биологических наук Владимир Лавров развивает мысль: «Меняя ландшафт, бобр создает биотопы для целого комплекса живых организмов. Это способствует биологическому разнообразию. Зоопланктон, бентос способствуют развитию живых организмов в воде, а потому с появлением бобра в запрудах становится больше рыбы. Норка, выдра, ласка, горностай появляются практически сразу вслед за бобром. В природе ведь как? Свалил бобр дерево, погрыз кору и оставил, а потом косуля пришла, лось — и они тоже нашли себе пищу… То же самое птицы, земноводные, пресмыкающиеся. Бобр сберегает поверхностные воды, что очень важно в период засух. Когда лето выдается засушливым, воду пожарники часто берут именно из бобровых запруд». Лавров также критикует идею, что бобры приводят к заболачиванию местности. Это животное не живет в болоте: ему жизненно важно углубить водоемы и иметь в них регулярное проточное течение, иначе зимой поверхность его «водохранилища» замерзнет.

Несколько миллионов лет назад начало холодать (собственно, и до сих пор климат холоднее той эпохи). Три миллиона лет назад бобры вида Dipoides (чуть меньше нынешних) построили первые плотины. Насколько нам известно, это был первый случай в истории Земли, когда живые создания начали строить сложные гидротехнические сооружение. Люди повторили этот подвиг много позднее. Бобровая плотина только кажется простым месивом из веток и грунта: на деле это крайне многофункциональное сооружение, имеющее отношение не только к созданию удобного жилища, но и… к выращиванию еды для этого грызуна. Плотина создает «окно» – область, где ток воды, льющейся через плотину, не дает ей замерзать, и откуда зверь всегда может выйти на поверхность. Кроме того, поднимая уровень воды, минидамба дает бобру возможность делать вход в свою хатку подводным – чтобы хищник не увидел момент выхода и не смог его там подкараулить. Верх хатки выступает над водой. Туда падет снег, что теплоизолирует «дом» зимой и затрудняет замерзание. Летом созданное животным водохранилище имеет более стабильную площадь – и в нем интенсивнее растут водные растения — такие, что требуют чистой воды и крепятся ко дну водоема. Маленькие речки и ручьи обычно не дают им стабильного места для выживания, потому что летом сильно мелеют — но только не там, где есть бобровые плотины. Иными словами, животная гидротехника не только защищает бобра от холодов, а вход в его дом — от хищников, но и создает «делянку», где растет его любимая летняя пища – водные растения, требующие спокойных и чистых вод.

Вдобавок бобр, активно питаясь деревьями (в том числе теми, что на зиму сваливает в свой водоем), испражняется в воду, резко обогащая дно водоема азотом и фосфором, которых обычно в воде нехватка. За счет этого он наращивает общую биомассу водных растений и экосистем в целом: благодаря «внесению удобрений» им становится проще расти. Через несколько лет деревьев вокруг еще достаточно – бобр не может потребить их слишком много. Тем более, что на берегах созданного им водоема они растут активнее, благо его фекалии вносят в почву больше азота и фосфора, да и стабильный уровень грунтовых вод упрощает рост деревьев. Но вот самому строителю дамбы это место уже не очень нравится: за каждым новым деревом надо ходить все дальше. Тогда он мигрирует в новое место и строит себе там новую плотину и хатку. В результате на одну бобриную семью (их пары стабильны до смерти одного из двоих) за их жизнь приходится до 5-6 плотин. Как мы уже отмечали, всего в Евразии жило до 400 миллионов бобров. То есть количество их плотин могло, в прямом смысле этих слов, превысить миллиард. В этой цифре нет ничего невероятного: на Огненной Земле на спутниковых фото видны 206 тысяч плотин на 73 тысячи квадратных километров. Причем в лесах эта плотность заметно выше, местами превышая 15 штук на квадратный километр. Всего бобров здесь 70-110 тысяч (их считать намного сложнее, чем различимые из космоса плотины).

В Global Ecology and Conservation вышла статья, где заявляется: впервые в новейшей истории число бобров в Евразии достигло 1,2 миллиона, превысив миллионную отметку. Причем конкретно в России их полмиллиона, и число это стремительно растет. Много это или мало? Считается, что несколько веков назад их в Евразии проживало до 400 миллионов – в триста раз больше. В отличие от прошлых веков, бобровые шапки и шубы немодны. Конечно, есть определенное количество любителей «бобровой струи», содержимого анальных желез животного. Некоторая часть населения – само собой, ошибочно – считает, что этот водоотталкивающий состав повышает потенцию. Но в наше время есть и более эффективные и дешевые средства такого рода, поэтому массового истребления бобров по такой причине ждать не стоит. Все это значит, что у них есть возможность в самое ближайшее время увеличить свое евразийское поголовье в сотни раз. Эти животные радикально меняют ландшафты там, где появляются. Значит, от ведущегося ими завоевания Евразии природа вокруг нас не может не измениться. Хорошо это или плохо?

Смешение бобра со злом

Многие склоняются ко второму варианту. Очень часто отношение людей к крупнейшим грызунам северного полушария довольно настороженное. Любой дачник знает: появились в округе бобры – скоро поднимутся грунтовые воды, весной дачу может залить. Да и без подтоплений звери эти – непростые соседи. Взгляните в новости: то бобр повздорил с желавшей погладить его дамой в три часа ночи в центре Калининграда (2009 год); то перебил бедренную артерию попытавшегося с ним сфотографироваться рыбака (тот умер, Белоруссия, 2013 год). Иные из таких нападающих ставят рекорды по размерам: в Рязанской области мигрирующий бобр, прямо посреди села укусивший учительницу (та приняла его за котенка), после смерти был измерен и оказался весом в 30 килограмм и длиной в 1,2 метра.

Все это создает у многих чувство приближающегося бобрапокалипсиса. Типичный заголовок прессы по этому вопросу: «В Калининградской области решили отстрелять 614 бобров из-за ущерба природе». Губернатор этого региона даже попытался на федеральном уровне «пробить» статус бобров как вредных животных. Идея местного чиновника проста: «Есть мнение, что бобры являются для Калининградской области вредными животными (потому что, собственно, их до пятьдесят какого-то года в принципе не существовало)». Его, казалось бы, можно понять: уже есть случаи, когда инвесторы отказывались от строительства в этом регионе производств из-за «бобриной угрозы». При этом следует понимать, что сейчас проблема только в своей начальной фазе: по оценкам, пока этих зверей в Калининградской области всего несколько тысяч, потенциально эти животные способны размножиться здесь куда сильнее. Но более внимательный взгляд на ситуацию с бобром показывает: те, кто оценивают их негативно, просто слишком мало знают об этом звере и его реальном влиянии на природу.

Хорошо, скажете вы, в лесу деятельность бобра полезна. А как же быть в тех местах, где большую часть территории занимают поля или луга, а древесная растительность осталась только в виде узких лент вдоль рек? Что же, позволить бобрам доесть последние деревья в округе? Ну, во-первых, прежде чем гневно обвинять бобров, давайте задумаемся: а почему эти деревья стали «последними в округе»? Не люди ли в этом виноваты? А во-вторых, посмотрим, что делает бобр в этих условиях. Долго на одном месте бобры здесь не засиживаются: съев ближайшие деревья и кустарники, переселяются на новую территорию, оставив обнажившееся илистое дно спущенного пруда (без присмотра хозяев плотина быстро разрушается). Это место — лишённое бурьяна, часто мешающего вырасти деревьям даже там, где люди оставили им право на жизнь, — быстро зарастает приречными деревьями и кустарниками. Там, где стояли три ивы, поднимается целая роща. Получается, что, если в лесу бобры создают «окна» для светолюбивых трав и деревьев, то в малолесистой местности они, наоборот, сажают леса!

Но самое важное, за что нам следует благодарить бобров, – это за их деятельную заботу о наших реках. Учёные-экологи установили, что на протяжении ХХ века, когда бобр почти исчез, многие малые реки европейской части России обмелели или пересохли совсем.

Строя плотины, бобры задерживают талые воды весной, уменьшая размах половодья, и создают весомый запас воды, питающий речку в течение всего лета. Благодаря этому река не мелеет, а почва, смытая с полей, задерживается плотинами в виде отложений плодородного ила. Так что, прежде чем ругать бобров, затопивших часть плодородной поймы, вспомните, что и река, и богатые пойменные почвы во многом обязаны своим существованием этим грызунам.

Конечно, в ряде случаев — если бобровые постройки угрожают единственному мосту, связывающему одинокую деревню с остальным миром, или в большом посёлке, где людям просто негде разбить огороды, кроме как у реки, — присутствие бобров нежелательно. Так-то оно так, но ведь получается, мы собираемся убить живое существо только за то, что нам лень перенести огород на новое место, укрепить сваи моста или посадить деревья на бесхозном пустыре!

Не бобр пришёл хозяйничать в наши владения, а мы без спросу захватили его родину. И нам, гостям этой земли, пора учиться уважать её хозяев.

𝐃𝐚𝐫𝐭.𝐁𝐨𝐛𝐫𝐮𝐬

Прежде всего давайте разберёмся с самими понятиями «вредный» и «полезный». Вопрос этот отнюдь не абстрактный, на него есть вполне чёткий ответ: увеличение разнообразия видов — это хорошо, уменьшение — плохо. А чем хорошо разнообразие видов — да хотя бы тем, что не хочется жить в окружении одних лишь крыс, ворон и тараканов. Хорошо тем, что каждые выходные горожане выходят в парки и леса отдыхать в тени могучих дубов, кормить синиц и с восторгом рассказывать друг другу об увиденном лосе. Если же сохранение такой возможности вас не привлекает, то, наверное, и эта статья ни в чём вас не убедит. Не тратьте зря время.

Итак, посмотрим на деятельность бобров в наиболее естественной для них среде обитания: на маленькой лесной речушке. Здесь поселившиеся грызуны-лесорубы со временем прокладывают широкую «просеку» вдоль реки, а саму реку превращают из тоненькой струйки воды в каскад прудов с заболоченными берегами.

Но не волнуйтесь, лес никуда не делся: далеко от реки бобры не отходят. Зато открылась поляна с травами и молодой порослью, где могут вволю кормиться зайцы и олени; появились пруды, в которых обязательно поселятся жабы, лягушки, утки, бесчисленные водные беспозвоночные. Загнездятся птицы, не живущие ни в густом лесу, ни на обширных лугах: коньки, юла, славки. На образовавшейся поляне, или, как говорят ботаники, в «окне», начнут расти светолюбивые деревья, которые в густом лесу затеняются теневыносливыми. Особенно благодарен бобрам царь лесов — дуб. Ведь он, cодной стороны, очень светолюбив и не может вырасти в тени других деревьев, а с другой, растёт медленно и в маленьких «окнах» среди леса нередко отстаёт от конкурентов. Большое «окно», созданное бобрами, даёт ему шанс на выживание — так возникают приречные дубравы. Как видите, один лишь вид грызунов создаёт благоприятные условия для жизни многих видов растений и животных. Такие виды экологи называют ключевыми, и бобр, несомненно, – яркий пример ключевого вида. (На фото маленькая речушка — естественная среда обитания бобров)

«Бобры расплодились — спасу нет! Один вред от них. На даче огород затопили, дорогу подмыли, деревья валят последние, реки перегораживают. От них вообще польза какая-нибудь есть, кроме меха?» Так или примерно так многие люди встречают появление «нового» зверя, бывшего ещё два десятилетия назад редким видом и только-только восстановившего былую численность. Может, и правда пора открывать охоту на этого вредного грызуна? Давайте разберёмся. Но прежде всего поближе познакомимся с самим «фигурантом».

Как живут бобры)

Итак, речной бобр — один из двух видов небольшого семейства бобровых отряда грызунов (второй вид — канадский бобр, исходно — житель Северной Америки, в ХХ веке был завезён также в Скандинавию и Карелию). Грызун он не совсем типичный: крупный, в длину более метра и массой около 30 килограммов, медленно размножающийся, долго живущий — до 15, а в неволе даже до 30 лет. Но прославился бобр не долголетием и не супружеской верностью (пары у бобров сохраняются помногу лет), а удивительной строительной деятельностью. Плотины, хатки, каналы, тоннели — разнообразие «инфраструктуры» бобрового поселения просто поразительно. Уверен, что читатели прекрасно знают, для чего бобрам хатки и плотины, но на всякий случай напомню, что ест он только растения и плотину строит не для рыбной ловли, а чтобы вход в хатку или нору был надёжно укрыт водой от хищников. Кстати, кора и ветки деревьев и кустарников — отнюдь не самая любимая его еда. Летом, когда заливные луга буйно зарастают сочным высокотравьем, именно травы бобр и ест, всем среди них предпочитая таволгу и крапиву. А ветки запасает на зиму, притапливая в воде недалеко от норы или хатки.

Способность преобразовывать среду обитания, а не подлаживаться под неё, обеспечивает бобру почти полную безопасность от хищников. Но не от человеческой алчности. Безжалостный промысел ради ценного меха и «бобровой струи» привёл к тому, что в начале ХХ века вид оказался на грани вымирания. Экстренные меры охраны, организация заповедников спасли бобра от полного исчезновения, но численность его ещё многие десятилетия оставалась низкой, и за пределами заповедников бобр почти не встречался.