Окно Системы Пожирателя Первоначала Имя: Мо Цзун Уровень: 5 Культивация: Закалка ци 5 слоя (5) Раса: Демонический Дракон, Симбиоз Завершен, Фаза 1 Характеристики: Сила: 200 Ловкость: 90 Интеллект: 50 Харизма: 1 Здоровье: 800 из 800 Мана: 350 из 350 Навыки: Пожиратель Первоначала, Контроль Формы, Жажда Битвы Статус: Скрытность активна, Концентрация Прогресс до 6 слоя: 0 процентов Воздух в древней гробнице мгновенно стал плотным, как загустевшая смола. Призрачный силуэт Патриарха Северного Потока, сотканный из остатков духовной воли и пыли веков, раздулся, заполняя собой пространство над каменным алтарем. Духовное давление стадии Золотой Пилюли — пусть и сломленной, мертвой, истлевшей — обрушилось на Мо Цзуна невидимой гранитной плитой. В нос ударил резкий запах озона и застоявшейся, гниющей воды. Во рту появился отчетливый, тошнотворно-сладкий металлический привкус. Из носа Мо Цзуна тонкой струйкой побежала кровь, мгновенно чернея от переизбытка демонической энергии в его венах. — Ничтожное насекомое! — Голос мертвеца вибрировал прямо в черепе юноши, грозя разорвать барабанные перепонки. — Мое Дао — это непреодолимый поток, стирающий горы в песок. Моя воля — закон для таких, как ты. Сгний же здесь, став удобрением для моего наследия! От призрачной фигуры отделились десятки полупрозрачных игл, сотканных из концентрированной Иньской Ци воды. Они со свистом рассекли сухой воздух гробницы, целясь в меридианы Мо Цзуна. «Истинное Дао... Непреодолимый поток... Какая претенциозная чушь, — мысленно усмехнулся юноша, чувствуя, как внутри закипает холодная, циничная ярость. — Праведники так любят заворачивать свою жадность в красивые метафоры. Твой 'непреодолимый поток' закончился лужей на дне канализации, старик. А мое Дао — это пасть, которая выпьет эту лужу до дна». Девяносто единиц ловкости позволили ему смазаться в пространстве. Мо Цзун не пытался блокировать духовные иглы — его физическая сила в двести единиц здесь была бесполезна, ведь атака шла по эфирному плану. Он скользил между ледяными росчерками, словно тень. Иглы со звоном вонзались в черные базальтовые плиты пола, покрывая их толстой коркой инея. Одна из игл чиркнула его по плечу, разрезав плащ и оставив на коже ожог абсолютного холода. Здоровье дернулось, снизившись на два десятка единиц, но Ледяной Дракон внутри него лишь презрительно фыркнул, ассимилируя чужой мороз. — Ты смеешь уклоняться?! — взревел дух. — А ты смеешь называть себя Патриархом, будучи лишь жалким эхом? — хрипло отозвался Мо Цзун. Он оттолкнулся от пола, взмывая в воздух прямо к алтарю. Его правая рука, уже трансформировавшаяся в покрытую черной чешуей когтистую лапу, полыхнула густым фиолетовым светом. Пламя Бездны. Огонь, пожирающий не плоть, но саму суть вещей, их Ци и их карму. Дух попытался воздвигнуть перед собой щит из водяной Ци, но Пламя Бездны врезалось в него с шипением капли воды, упавшей на раскаленную сковороду. Барьер лопнул. Когти Мо Цзуна вонзились прямо в эфемерную грудь призрака. Это было похоже на попытку удержать в руке ледяной ураган. Духовная энергия Патриарха обжигала холодом, рвала сухожилия на руке юноши, пытаясь вырваться, но навык Пожиратель Первоначала уже активировался. Мертвая хватка сомкнулась. Фиолетовое пламя перекинулось на фигуру старика, начав жадно отрывать куски от его духовной формы и втягивать их в даньтянь Мо Цзуна. — Нет! Что это за скверна?! Моя воля... мое Дао! — Голос Патриарха перешел в жалкий, отчаянный визг. Вся его спесь испарилась перед лицом первобытного голода Бездны. — Твое Дао теперь мое топливо, — прошептал Мо Цзун прямо в полупрозрачное лицо мертвеца. С оглушительным треском дух Патриарха лопнул, рассыпавшись мириадами светящихся синих искр, которые немедленно втянулись в тело юноши. Гробница погрузилась в звенящую тишину, прерываемую лишь тяжелым дыханием Мо Цзуна. > Внимание! Поглощен фрагмент души практика стадии Золотой Пилюли. > Качество энергии: Высокое (Аспект Воды/Инь). > Энергия частично усвоена для укрепления ментальной сферы. > Характеристики обновлены: > Интеллект: 50 -> 65 (+15) > Мана: 350 -> 450 (+100) > Прогресс до 6 слоя Закалки Ци: 35 процентов. > Мо Цзун прикрыл глаза, чувствуя, как раскалывающая головная боль отступает, сменяясь ледяной, кристальной ясностью ума. Расширение резерва маны и повышение интеллекта сделало его восприятие мира острее. Теперь он видел тончайшие нити Ци, пронизывающие стены этой тюрьмы. Он перевел взгляд на алтарь. В грудной клетке белоснежного скелета всё так же тускло пульсировала расколотая Золотая Пилюля. Она была размером с грецкий орех, мутно-золотая, с глубокой черной трещиной, из которой сочилась вязкая энергия. Голод Бездны требовал сожрать её немедленно, но новый уровень Интеллекта остудил пыл. Пилюля была нестабильна. Если он, практик пятого слоя Закалки Ци, попытается проглотить ядро Золотой Пилюли, даже расколотое, его меридианы просто взорвутся, превратив его тело в кровавый туман. Это был деликатес, который нужно было оставить на потом, когда его тело станет достаточно прочным. Осторожно, стараясь не касаться голой кожей пульсирующей энергии, он подцепил артефакт когтем и опустил в специальный изолирующий мешочек на поясе. — Брат... — раздался тихий, дрожащий голос из темного угла. Мо Лин сидела на полу, обхватив колени руками. Ее промокшая одежда липла к телу, а губы посинели от холода, несмотря на то, что воздух в гробнице был сухим. Девочка с ужасом смотрела на черную, покрытую чешуей руку брата, с которой медленно спадало фиолетовое пламя. Мо Цзун вздохнул, и чешуя с легким хрустом втянулась под кожу, возвращая руке человеческий вид. Он подошел к сестре, опустился на одно колено и положил теплую ладонь на ее макушку, вливая в нее тонкий ручеек очищенной, согревающей Ци. — Все закончилось, Лин. Хозяин этого дома оказался негостеприимным, пришлось его выселить. Он обернулся к алтарю, намереваясь поискать обещанные мертвецом техники «Истинной Воды», но внезапно его обостренные чувства уловили неладное. Воздух в гробнице стал влажным. На пол, прямо перед его сапогами, упала тяжелая, ледяная капля. Затем еще одна. И еще. Мо Цзун резко поднял голову. Огромный водяной купол над пещерой, который веками поддерживался остаточной волей Патриарха, начал покрываться тонкой сетью трещин. Изумрудные глаза змея-черепахи по ту сторону барьера теперь смотрели прямо на них, и в них разгоралась первобытная, ничем не сдерживаемая ярость освободившегося Стража. Барьер, сдерживающий сотни тонн речной воды и обезумевшего монстра, стремительно рушился. И до полного коллапса оставались считанные мгновения.