Помедлив мгновение, Тиллия осторожно подняла коробочку размером с ладонь.

Упаковка была знакомой: миндальный шоколад, который она часто покупала себе сама. Он стоил чуть дороже, чем позволял её бюджет, но не настолько, чтобы она не могла иногда позволить себе такую роскошь. Обычно — по особым случаям.

Почему он лежит среди лекарств?

Тиллия перевела взгляд с груды медикаментов на шоколад и озадаченно наклонила голову.

Лекарства и шоколад...

"Не самая плохая комбинация."

Решив, что служитель, который всё это упаковывал, оказался довольно сообразительным, Тиллия вернула шоколад в коробку. Затем, собрав рассыпавшиеся лекарства, аккуратно уложила их внутрь.

Поставив ставшую тяжёлой коробку обратно под стол, она с лёгким сердцем открыла ящик.

Внутри лежал точно такой же шоколад.

Не из набора Элекса Дэвентпорта, а настоящий — тот, что Джуди подарила ей неделю назад.

Тиллия довольно улыбнулась и разорвала упаковку любимого лакомства. Отломила кусочек, положила в рот — и сладость почти мгновенно разлилась по языку.

Всё как всегда. Чистое удовольствие.

***

Наконец наступил последний день семестра.

Перед общежитием стоял радостный шум: экипажи разных семей подъезжали один за другим. Студенты, собирая вещи и готовясь к отъезду, были переполнены предвкушением возвращения домой.

Но одна Тиллия оставалась спокойной.

— А, вот он!!!

Джуди, в отличие от неё, не смогла сдержать восторг, заметив экипаж семьи Уэллс, и подпрыгнула на месте.

— Тиллия, я поеду первой. Я скоро пришлю приглашение, обязательно приходи, хорошо?

— Ага. Береги себя.

Проводив Джуди, Тиллия тихо вздохнула и начала искать экипаж семьи Эмброз.

Ей не понадобилось много времени. Среди пышных, броских карет тусклый экипаж Эмброз выделялся именно своей неприметностью.

С таким же пустым выражением лица, как у этого мрачного экипажа, Тиллия без особых чувств направилась к нему. Даже не глядя на кучера, болтавшего без умолку, она передала багаж и забралась внутрь одна.

Снаружи экипаж ещё кое-как сохранял вид дворянского, но внутри всё было запущено: потёртые сиденья, занавески с разошедшимися швами…

Тиллия повернула голову, высматривая более-менее чистое место.

Угх.

Не дожидаясь распоряжений, экипаж тронулся.

От резкого рывка Тиллия качнулась. Ещё не успев сесть, она успела ухватиться за ручку на стене, чтобы не упасть.

Но вместо того, чтобы стучать в потолок, привлекая внимание, она просто закрыла глаза и смирилась.

Было глупо ждать элементарной вежливости от кучера, которому почти не платили. Тем более от старика, прекрасно знавшего своё место в доме.

Тиллия опустилась на жёсткое сиденье и выпрямила спину.

Пришлось принять это.

Времена, когда от неё требовалось только учиться, закончились.

В течение следующего месяца ей предстояло не жить — терпеть.

***

Хрясь.

Кулак ударил её по голове, и Тиллию дёрнуло в сторону. Вместо резкой боли по виску расползлась тупая, тяжёлая ломота.

— И это ты называешь табелем успеваемости?

Резкий окрик ударил по ушам, а перед глазами мелькнул белый лист бумаги.

Тиллия безучастно посмотрела на табель, упавший на пол.

Первое, что бросилось в глаза: "2/143".

Ниже значилось: "Получатель полной стипендии".

— Всё, кроме первого места, не имеет значения!!! Сколько раз мне нужно повторять, чтобы ты поняла?! У тебя ничего нет, так что ты обязана хотя бы стать лучшей выпускницей академии, чтобы доказать, что достойна выгодного брака!!!

Тиллия молча слушала оскорбления отца — Брэдли Эмброза.

Снаружи она выглядела покорной: руки сложены перед собой, взгляд опущен. Но внутри всё было иначе.

Она смотрела на Брэдли Эмброза так, будто он был ей чужим.

Несмотря на то, что он был отцом двух взрослых детей, барон Эмброз выглядел безупречно. Мягкие каштановые волосы были куда гуще, чем у ровесников, а чистые зелёные глаза всё так же сверкали холодной остротой.

Ну, конечно.

Изображая раскаявшуюся дочь, Тиллия безразлично усмехнулась про себя.

Неудивительно, что, будучи всего лишь бароном, он смог жениться на дочери графа.

— Ты хоть понимаешь, сколько денег я потратил, чтобы протолкнуть тебя в академию?! Ты вообще осознаёшь, какие это суммы?!

Клянусь богом, Тиллия не получила от семьи ни единой монеты за всё время учёбы. От платы за общежитие до карманных расходов — всё покрывала Королевская академия Акансис.

Но если сказать это сейчас, барон наверняка начал бы всё сначала — снова и снова, будто заевшая пластинка.

— Как такая пиявка, как ты, может ни разу не принести первое место!!!

Ей было не важно, что её бьют. Она ненавидела только одно — пустую трату времени. Поэтому Тиллия молчала, склонив голову, словно раскаиваясь.

— Верно. Пиявка — это именно то, кто ты есть.

В этот момент заговорила настоящая пиявка. Та, что на самом деле пожирала деньги семьи.

Тиллия не повернула головы, но прекрасно знала, с каким выражением говорит вошедший в разговор человек.

— Вечно суетишься, хотя у тебя нет ни таланта, ни способностей. Только пустые амбиции.

Наверняка ухмылялся, наслаждаясь моментом, демонстрируя неестественно белые зубы.

— Даже первое место взять не можешь, а деньги тратишь. Есть ли вообще что-то, что ты умеешь делать нормально?

Джордж Эмброз. Её родной брат — как две капли воды похожий на отца.

— Вот почему девушки бесполезны.

Он говорил с воодушевлением — мужчина, которого отодвинули в сторону после того, как он принёс убытки каждому делу, к которому прикасался.

— Отец, вы уверены, что она вообще сможет нормально закончить академию? Я не понимаю, как с такими мозгами она вообще сдала вступительный экзамен.

Тиллия медленно закрыла глаза, затем открыла и тихо произнесла:

— Простите.

А потом дала обещание, которое заранее не могла выполнить.

— В следующий раз я постараюсь ещё больше и сделаю всё возможное, чтобы стать лучшей выпускницей.

— Думаешь, стараний достаточно?

— Хватит, Джордж. Если твоя сестра удачно выйдет замуж, разве тебе это не на руку?

— Вы правда думаете, что она удачно выйдет замуж?

— Молчать!!! По крайней мере, у неё есть мозги!

От резких слов отца губы Джорджа недовольно надулись.

Тиллия лишь надеялась, что он наконец заткнётся и что этот бесконечно повторяющийся фарс, который ей приходилось терпеть каждый отпуск, наконец закончится.

— Тиллия, не будь дурой. Ты обязана вернуть всё, что для тебя было сделано.

Барон Эмброз выплюнул эти слова с презрением и наконец махнул рукой.

— Убирайся.

Наконец всё закончилось.

Тиллия глубоко поклонилась, подняла табель и развернулась.

Краем глаза она заметила Брэдли, стоящего с высоко поднятым подбородком.

Цок. Цок.

Звук его языка отчётливо разнёсся по тихому кабинету — специально для неё.

"Это из-за того, что это мой последний год?.."

Когда Тиллия взялась за ручку двери, её веки медленно приподнялись.

"Сегодня мне не хочется это терпеть."

С лёгким вздохом она медленно повернула голову.

— Отец.

Брэдли Эмброз, развалившийся в кресле и поджигавший сигару, раздражённо бросил:

— Что ещё?

— Мы можем вызвать целителя?

— Что?!

Брови барона резко сошлись.

— Ты серьёзно просишь целителя из-за того, что я немного тебя проучил?

— Не в этом дело.

Игнорируя Джорджа, который уже собирался вмешаться, Тиллия продолжила:

— У меня завтра назначена встреча. Я ужинаю в доме леди Уэллс. Боюсь, что на виске может остаться синяк от удара.

— Что?..

— Джуди прислала приглашение. Она сказала, что раз один из членов семьи наконец вернулся, хочет устроить ужин и настояла, чтобы я пришла.

Лицо Тиллии оставалось спокойным — таким же, как и всё время, проведённое в кабинете.

А вот лицо барона Эмброза исказилось.

— Почему ты не сказала об этом раньше?!

Брэдли вскочил в ярости, шумно выдохнул через нос и лихорадочно полез в ящики стола.