Пока Ди Яньгэ была занята созданием новых клонов, У Юнь узнал, что Повелитель вовсе не посещал Храм Будды. Более того, из храма пришли новости: та самая Фэн Янь, осмелившаяся бросить вызов Храму Будды, уже поплатилась за свою дерзость — обратившись в пепел.

"Хотя наши монахи сделали всё возможное, чтобы спасти ешо, Фэн Янь всё же погиб*, — гласило сообщение.

Все восхищались великодушием и добродетелью Храма Будды. Лишь У Юнь знал правду: Фэн Янь погиб, спасая *его*. Это вовсе не была та самая "дерзкая провокация", о которой твердили люди. С каждым услышанным словом глаза У Юня сгущались тьмой, а внутренняя энергия бешено клокотала в его теле.

Прошло неизвестно сколько времени — но теперь его взгляд полностью поглотил мрак. От всего его облика веяло зловещей чернотой, не осталось и следа от прежней чистоты и мягкости. Лицо исказилось в болезненной гримасе.

— Начальник Янь? Янь У?! Немедленно выходи! Не думай, что сможешь отсидеться в комнате! Даже если твоя сила уничтожена, ты же ещё жив! Вылезай и займись делами секты!

Бай Шао стояла за дверью, её сердце тоже сжималось от боли.

- Если бы мою силу уничтожили, а затем я узнала о смерти Сяоянь... я бы тоже опустила руки, — думала она.

Но Повелитель поручил ей помогать Янь У — и она чувствовала ответственность за то, чтобы вернуть ему волю к жизни. Однако, сколько Бай Шао ни стучала в дверь, Янь У не реагировал. В конце концов, она решилась ворваться внутрь.

К её облегчению, Янь У сидел на кровати в медитативной позе, внешне спокойный. Но ей почудилось, будто вокруг него витает зловещая тёмная дымка.

— Янь У?

Она осторожно позвала его, но, не получив ответа, протянула руку. В тот миг, когда её пальцы почти коснулись его, он резко открыл глаза — и Бай Шао увидела лишь бездонную тьму, заполнившую его зрачки. Этот пустой, лишённый эмоций взгляд заставил её инстинктивно отпрянуть.

— Янь У... не терзай себя так. Мёртвых не вернуть. На самом деле Повелитель страдает ещё сильнее тебя. С того дня, как он вернулся, он не выходил из своей комнаты...

Говоря это, Бай Шао почувствовала, как глаза наполняются слезами.

«Двое, так сильно любивших друг друга, разлучены жизнью и смертью...» — мысленно рыдая над чужой трагедией, она добавила:

— Может, пойдём проведаем Повелителя вместе?

Едва эти слова сорвались с её губ, как У Юнь резко уставился на неё — и этот взгляд заставил Бай Шао похолодеть.

— Исчезни.

Одно-единственное слово взорвало её возмущением.

— Что?! Я пришла поддержать тебя, а ты меня гонишь?!

Но когда она встретилась с леденящим взглядом У Юня, её снова пробрала дрожь. Только она собралась уйти, как У Юнь внезапно ударил её ладонью в грудь. Бай Шао потеряла сознание ещё до того, как упала на пол. Очнулась она уже перед лицом Ди Яньгэ.

— Не двигайся. Ты серьёзно ранена. Если бы ученик случайно не обнаружил тебя в покоях Янь У, ты бы уже умерла.

Бай Шао замерла, но её глаза наполнились обиженной тоской.

— Повелитель...

— Не торопись, расскажи, что произошло. Почему ты оказалась в комнате Янь У и кто тебя так тяжело ранил? Янь У схватили? Кто это сделал?

Ди Яньгэ говорила всё более взволнованно. Она *совсем* не чувствовала присутствия посторонних в секте. Разве что злоумышленник был сильнее неё. В голове уже строились планы, как заманить незваного гостя к «черепашке».

— Это... это был начальник Янь... — прошептала Бай Шао.

Ответ застал Ди Яньгэ врасплох. Ведь У Юнь только что лишился силы, да и по характеру он никогда не навредил бы своим.

«Если только... он не поддался демоническому влиянию». Неужели за время, пока она создавала клонов, его сила восстановилась? Если это так — ситуация становилась куда серьёзнее. Ведь чем быстрее восстанавливается сила, тем серьёзнее будут побочные последствия.

Пока Ди Яньгэ успокаивала Бай Шао, она одновременно отправила только что созданного клона. На этот раз она сделала сразу трёх, и ещё оставались материалы для четвёртого — жить стало вольготнее.

Контролируя клона, Ди Яньгэ помчалась к Храму Будды в пожарном порядке. Хотя она и выглядела очень активной, но точно не для того, чтобы взорвать клона. Честно-пречестно! (≧▽≦)

— Видел?! Учитель делает это ради тебя! Ради тебя он даже не стал восстанавливать силы и сразу отправилась в Храм Будды!

Мо Чанлю, наблюдая, как Ди Яньгэ в спешке отправляет клона, снова почувствовал горечь несправедливости. Его Учитель, кажется, слишком хорошо относится к У Юню.

— Да, прекрасно. Настолько прекрасно, что ради него подавил Будду и перебил всех монахов в мире, — язвительно бросил Лю Му, возвращая всех к суровой реальности.

Вот именно. Пусть в те времена Ди Яньгэ была такой добросердечной и чистой, но сейчас её поступки не заслуживают их прощения.

— Даже если Учитель убил их — что с того? Наверняка они первые начали! Вот и сейчас: настоящие ученики Храма Будды давно погибли от рук своих же. А остальные — разве среди них есть невинные? Получили по заслугам!

Логика была безупречной, но Лю Му не сдавался:

— Даже если те монахи заслуживали смерти, он не должен был применять такие жестокие методы.

— Жестокие?! Это всё вина Храма Будды! Если бы вы не осуждали его ради них, разве он стала бы таким? Это ваша ошибка! — вспылил Мо Чанлю. — И ты, Янь У, не прикидывайся невинным! Если бы не ты, разве Учитель уничтожил бы Храм Будды?!

Лю Му усмехнулся:

— Мо Чанлю, разве ты сам в те времена не был одним из нас?

— Смотрите! Все монахи Храма Будды мертвы... и так ужасно! — кто-то внезапно вскрикнул.

Мо Чанлю тут же прекратил спор, устремив взгляд на световой занавес. На экране, когда клон Ди Яньгэ достиг Храма Будды, там не осталось ни души — лишь груды расчленённых тел.

Даже её саму такая картина шокировала. Обычно, даже когда она действовала жёстко, никогда не доводилось видеть такого уровня жестокости. От этого зрелища её реально стошнило. Будь она настоящим телом — наверняка бы уже блеванула.

— Учитель никого не убивал! Это не его работа! Вы все оклеветали его! — Мо Чанлю внезапно сдавленно произнёс, словно обращаясь и к самому себе.

Ведь он тогда тоже был среди обвиняющих. Пока он предавался угрызениям совести, в кадре помимо Ди Яньгэ появились четверо-пятеро культиваторов, привлечённые шумом. Увидев её и окровавленные останки, они тут же указали на неё с ужасом:

— Это ты! Фэн Янь! Ты не погиб?! Монахи Храма Будды несли свет миру, они были праведниками! Как ты посмел так зверски расправиться с ними — да ещё и повторил это?!

— Верно, всё это сделал я. Мне не по нраву их благородные рожи — и что с того?

Ди Яньгэ произнесла это с напускным безразличием. «Если это приблизит меня к дому — готова взвалить на себя любую вину». На её счету и так уже куча «подвигов», один больше — не проблема. Но тем, кто подставляет её, не поздоровится.

Как, например, с тем же проклятым Культом Тысячи Демонов — она с ними уже на ножах. Жаль только, что они затаились, и никак не удаётся их выследить. Иначе бы она их точно не пощадила. Как минимум — устроила бы «взаимное уничтожение».

— Демо... Демоническое исчадье! Ты... — один из культиваторов уже собрался рявкнуть «сдавайся!», но вовремя сообразил, что это плохая идея. Перед ними же хладнокровная убийца! Это же равносильно добровольному прыжку в котёл!

Обменявшись красноречивыми взглядами, группа рванула прочь так быстро, что Ди Яньгэ даже не успела их окликнуть.