Магия как таковая зарождается ещё при рождении: ядро является таким же органом, и его каналы проходят по всему телу, порождая атрибуты. В первые три года жизни формируются пигменты, отвечающие за будущую стихии. В это время ядро и каналы наиболее неустойчивы и при внешнем воздействии могут быть повреждены или полностью разрушены. В истории империи известны случаи, когда старшие приемники покушались на младших наследников, чтобы гарантировать себе победу в гонке за престол.

Сами атрибуты имели базовые стихии: земля, вода, воздух, огонь, тьма, свет – теми владеют все расы. Из сочетания этих стихий формировались податрибуты. Самым известным податрибутом стала молния, в основе которой лежали три стихии: вода, воздух и тьма. Ею владел один из великих героев – Берг Краст.

Леди Нарин де Моллер начала рассказывать истории о подвигах других героев, но меня эти байки совсем не интересовали. Остальные же навострили уши, и даже потомок Краста поднял голову, внимательно слушая.

– Как определить свой атрибут? – прокашлявшись, выкрикнул я, перебив рассказ Леди Нарин. Все взгляды устремились на меня, а я просто сидел, моргая глазами. Что здесь такого? Я всего лишь задал вопрос.

– Каналы маны – вот ответ. Все базовые атрибуты имеют собственный цвет, – недовольно ответила она, прежде чем продолжать свои сказки я продолжил.

– Вы сказали «конкретный цвет», а я видел переливающиеся цвета с красными пятнами, – снова выкрикнул я.

– Э-э... – начала она с неуверенностью. – Это будет в последний раз, когда я отвечаю на вопросы без разрешения. В будущем поднимай руку или ногу, всё, кроме выкриков с места! – Она делала перед каждым словом паузу, будто сомневаясь в моих словах. – Свет-белый, тьма-чёрный, огонь-красный, вода-синий, земля-коричневый, воздух-серый... Если ты действительно видел пятна, то, значит, это податрибут. Какой именно – нужно выяснять самому.

Леди Нарин де Моллер отвлеклась и вернулась к своим рассказам, словно не поверив, продолжив слегка улыбаться. Некоторые ученики зашептались, перебрасываясь недоверчивыми взглядами и улыбками, чем отвлекали не только меня, но и леди де Моллер. Казалось невероятным, что я мог владеть тем, о чём мечтают все маги. Даже потомок Краста хмыкнул и пожал плечами, когда девушка рядом с ним шепнула ему что-то на ухо.

За дверью пронеслась нежная мелодия – конец занятия, чему я был крайне рад. Учить нас, преподавательница Нарин, планировала сквозь пальцы, не задумываясь и не стараясь. Только первая часть урока была полезна, а в остальном – чесание языка...

Большинство студентов уже разбрелись: кто-то торопился в столовую, кто-то пересмотреть расписание. Выходил я фактически последним. На выходи меня потянули за рукав. Знакомое лицо, которое заметил при представлении. Парень ниже меня на голову подтянул к своей компании из двух девушек и ещё двух парней. Один парень был выше роста, два девушки ниже, полукругом зайдя со всех сторон прижали меня парни к стенке. За их плечами виднелись глаза девушек, явно сдерживающие смех. Имен их не запомнил, вся пятёрка сидели друг рядом с другом – единственное, что я заметил на занятие.

– Как приятно учиться с гением-простолюдином, – пытался сдерживать смех блондин. – Несколько атрибутов, да ещё и… отклонник.

– Даже Эрил обратил внимание на твой гений, – хлопал меня по плечу низкорослый двойник дылды и с каждым разом усиливал хлопки, силы ему явно не хватало. Не понимая претензий, я продолжал молчать.

– Чё он молчит, боится, что ли? – ткнул третий меня пальцем в грудь.

– Сто процентов! – добавила одна из девушек позади.

Я глубоко вдохнул носом, сдерживая вздрагивание. Дрожь ходила по телу от смеха, желудок сжимался, но я не удержался и выдавил усмешку. Слушать их с серьёзным лицом — чересчур.

– Свалили! – гаркнул я, чуть склонив голову. Резко оттолкнул высокого блондинчика и его низкую копию. Особой силой оба не обладали и покорно поддались. Девушки сначала не поняли, что произошло: встали столбом, переглядываясь. План – отпустить и догнать?

Больше никто за рукав не пытался тянуть и в своем шаге дошел до кабинета, который уже недолюбливал «История Империи». Дверь была открыта и некоторые уже заняли места. На моем месте уже сидел парень, активно общающийся с двумя девушками. При виде меня, он махнул рукой. Поэтому пришлось занять ряд ниже. В этот раз у окна. Все давно уже пришли, компания блондинчика, в том числе. И мне удосужилось занять их места. Желание высказаться пульсировала веной на голове. Заметив, что Эрил Краст спит через два места от меня, не решились подходить. Только пнув воздух, сели на первом ряду.

Через минут пять, со сменившейся мелодией звонка вошел преподаватель. К моему небольшому удивлению, это оказался тот самый худощавый мужчина, что вчера кашлял в актовом зале, объясняя про расписание. Он по-прежнему выглядел бледноватым и болезненным. Импозантный черный сюртук висел на его сутуловатой фигуре, а в руках он держал толстую книгу.

– Надеюсь, все пришли, – хрипло произнес он, прикрывая рот платком, когда его снова пробрал кашель.

– Я – магистр Элвард Бьян, ваш преподаватель истории, – представился он, водя по нам острыми, слегка усталыми глазами. – В течение этого года мы подробно изучим историю нашей великой Империи от ее основания до современных дней...

Он говорил монотонно, чуть растягивая гласные, а после каждого предложения отхаркивался. Я уже предчувствовал, как будет тяжко удержать внимание. И точно: стоило магистру Элварду углубиться в перечисление древних королей и войн, как веки отяжелели. В полудрёме провёл оставшуюся часть занятия: изредка, услышав кашель, приходил в себя – и снова клевал носом.

Он еще что-то говорил о дисциплине и уважении к истории, но я уже выскальзывал из аудитории, вытягиваясь как после тесной клетки. Свежий воздух! В коридоре вдохнул полной грудью. И меня снова попытались потянуть за руку, но я быстро стряхнул хватку. Не хотелось ни с кем спорить – сонливость отходила тяжело.

«Основы ближнего боя» велись в совсем другом крыле. По пути заметил несколько знакомых физиономий. Из толпы вынырнула стройная незнакомка и скользнула к входу. Я подхватил дверь – она отметила жест доброты коротким «спасибо». Зашёл за ней. Кабинет «Основы ближнего боя» был просторнее двух предыдущих. Длинная площадка с выделенным квадратом посередине; мест тоже было куда больше. Каждый шаг отдавался гулким эхом. Только сейчас, в лучах солнца из окон, я как следует рассмотрел незнакомку: острые черты, заострённые уши, выглядывающие из-под длинных нежно-голубоватых волос. Шагала так тихо, что пол не отзывался ни скрипом, ни эхом. Это была первая эльфийка, которую видел живьём: дома, в книге о варварах, были лишь кривоватые рисунки разных рас – про эльфов тоже вспомнили. По юному виду казалось, что она здесь учится. Перепутала кабинеты? Она встала у окна, наблюдая вдаль, вставать с места, чтобы спросить было лень.

С мелодией звонка вся группа подтянулась и расселась, а юная эльфийка так и не ушла. Наоборот, она внимательно наблюдала за каждым, на мне дважды остановилась взглядом.

– Наконец-то все расселись! – она хлопнула в ладони неестественно сильно – в ушах звякнуло.
– Я, инструктор Элианора Маривэ, буду преподавать вам ближайшие два года, – закончила она с улыбкой.

Мне стало неловко, что перепутал её. Спереди послышался смешок – непонятно чей.

– Для эльфов я действительно молода, но смеяться не стоит, кадет, если кто-то выглядит младше, – прошипела она недовольно. – Выйди к арене и назовись, – велела она. Я огляделся, пытаясь понять, кого именно она имела в виду, и удивился, когда поднялся он.

– Эрил Краст! – в центр вышел потомок героя.

– Краст? Да, мне говорили о тебе… – она чуть задумалась. – И что тебя так рассмешило?

– Просто, инструктор Маривэ, я заметил, как один кадет растерялся, когда вы вошли, и я решил, что он принял вас за ученицу, — выдал он без обиняков. Как он это понял? Я же стоял всего пару секунд!

– И кто этот студент? Пусть выйдет к тебе! – рассмеявшись, повелела она. Эрил оглядел зал и медленно указал на меня.

– Эдрик, без фамилии, – назвался я.

– Итак. Раз у нас уже есть два добровольца, начнём занятие. В мой курс входит не только искусство фехтования: также изучим защиту, контратаку, работу ног. Многие из вас владеют семейными техниками; при желании можете пропускать мои занятия, но учтите – на практическом экзамене такие техники будут оцениваться строже. Поскольку Эрил из рода магов, а Эдрик, судя по виду, уже изучал боевые искусства, первый удар за Эрилом! – она схватила нас за плечи и развела по краям мини-арены.

– Прошу прощения, но я ничего не изучал! – выкрикнул я, осознав её слова.

– Врать мне не стоит… – она запнулась, нервно улыбнулась. – Ты заметил мои бесшумные шаги, да и тело у тебя крепкое, ладони в мозолях, тренируешься долго.

– Простолюдин, инструктор Маривэ, – ответил я. Она лишь отмахнулась и продолжила:

– Сегодня учимся защите. Два добровольца покажут, что делать, а чего не стоит. Один бьет, другой защищается и меняетесь, пока кто-то не сдастся или не сможет защищаться. Магия в атаке запрещена; в защите – допустима. Нападать можно с любым тренировочным снаряжением, – она кивнула на дверь в углу. – В хранилище деревянные мечи, щиты, копья и прочее добро.

Ну зашибись. Из всех добровольцев выбрали единственного с повязкой на глазу. Уже в оружейке мы встретились взглядом с Эрилом: он чуть ли не плясал от веселья, ухмыляясь до ушей. Причмокивая и нарочито громко, выбирал между копьём и длинным двуручным мечом; щит и вовсе проигнорировал.

Склад действительно был богат тренировочным оружием и снаряжением: мечи, копья, луки, алебарды… Только всё в руку ложилось как-то криво. Леди Маривэ уже подгоняла нас, и я взял первое, что попалось. Длинная рапира с притуплённым наконечником лежала в ладони на удивление приятно; рукоять напоминала самодельные колья, которыми я когда-то пользовался. Правильнее было бы взять копьё, но протёртые древки доверия не внушали: все копья здесь были на последнем издыхании и готовы расколоться пополам от дуновения ветра.

Рапира хоть и деревянная, но из гибкой породы. Закинул щит через плечо и перехватил удобнее рапиру. По команде инструктора Маривэ должны были начинать. Она дала отсчёт: «Три», «два», «один».

Эрил, конечно, решил смухлевать. К концу «два» он уже летел в меня. Повезло, что я заранее упёр правую ногу назад и встал удобнее. Он бил по ногам – я сбросил щит ниже и просел корпусом. Перед глазами вспыхнули деревянные щепки, и глухое эхо его удара прокатилось по залу.

– Неплохой удар, но ещё лучше – защита, – ровно оценила инструктор Маривэ. – Быстрая смена стойки ради нижнего сектора, верное решение. Меняйтесь.

Я хотел скинуть гербовый щит, чтобы легче было атаковать, но она сразу остановила:

– Если уберёшь щит или оружие – дальше пользоваться ими нельзя.

Оставаться без щита не хотелось. Придётся жертвовать атакой.

Эрил быстро приготовился к обороне, возведя перед собой голубоватый магический барьер, от которого побежали электрические разряды, словно угри. Он демонстративно задрал подбородок и скрестил руки на груди. Тут же, как он это сделал, я заметил: барьер полукупола поднялся и наклонился выше. Мысль сама вспыхнула – барьер не статичный, а динамический, ведётся вниманием. Его бы отвлечь, заставить повернуть голову – и ударить в просвет…

Инструктор закончила отсчёт, но в лоб я не полез. Не спеша глянул на ноги, поправил щит, спустив его с предплечья ближе к запястью. Моя медлительность заставила Эрила опустить подбородок. Предположение подтвердилось. Подходя медленно, я уже перехватил щит рукой и замахнулся в левый бок – в край барьера. Эрил дёрнулся мгновенно, развернув корпус и голову под мнимый удар. Брешь стала шире, оголилась не только рука. Прижав щит к себе, я тут же отвёл рапиру назад и широким махом влепил в бок.

Зал взорвался разновысоким «о-о-о». Эрил лежал, распластанный, как тряпичная кукла, и пару секунд пытался понять, где у пола верх. Голубая пленка барьера втянулась в кожу и шипя исчезла, как плохо потушенный костёр.

– Стоп, – ровно сказала Маривэ. – Разбор.

Я выдохнул сквозь зубы и отступил на шаг, опуская рапиру с щитом.

– Эрил, – инструктор качнула подбородком, – штрафной, срыв с отчёта. Плюс раскрытие барьера на движение, вместо фиксации на цели.

Он скривился. Свернувшись колачиком тяжело дышал, хватая воздух словно рыбу выкинули на сушу. Внутри у меня мелькнуло: «Ну давай, сделай вид, что случайно раньше отчета ринулся».

– Проходите на места, хорошо справились, оценки узнаете в конце. – говорила она нависая над Эрилом, – Следующая пара прошу в центр!

– Он… – Эрил захлебнулся воздухом и попытался подняться. – Он щитом напал! Это… фол!

– Щит – не украшение, – спокойно отрезала Маривэ. – Его назначение зависит от пользователя.

Несколько ребят в хвосте ряда прыснули. Девчонки переглянулись – те самые, что в коридоре хихикали над «гениальным простолюдином». Сейчас смех у них комом в горле застрял.

Мы разошлись, я на своё место, а Эрил в медпукт. Нечего было выезживаться.

Остальные дуэли пошли в обычном ритме: атака – защита, шаг – парирование. Магов с барьерами среди кадетов больше не оказалось; шестеро вышли без щитов, прихватив мечи ростом с себя. Честно сказать, обращались они с ними неплохо. Нашлись и такие, кто попытался повторить мой трюк, но толку – ноль: никто не купился.

– Значит, сегодня высший балл – десятку, получил всего один кадет, – она сделала небольшую театральную паузу. – Эдрик. Хорошо отработал защиту, а в атаке быстро обнаружил брешь у мага. У его оппонента, Эрила, – шесть: атака посредственная, в защите отвлекается, ещё минус балл за преждевременный старт. Далее…

Последующие оценки я уже не слушал. Корона похвал прозвучала – и хватит. Дальше всё превратилось в белый шум: имена, цифры, сухие замечания. В дверях застыл мужчина лет двадцати: пепельные волосы, худощавый, лицо смазливое. Проталкивать его я не стал. Эльфийских ушей не заметил, но для преподавателя он выглядел подозрительно молодо. Он вошёл, ладонью придержал дверь от скрипа, кивком поприветствовал Маривэ и замер, пока в аудитории не стихли.

– Здравствуйте. Я Шокин Алпин, ваш куратор, – он поднял взгляд, задержавшись на задних рядах. – Через пять минут выбор предмета. Кабинет 2-34. Кто не явится я назначу самый сложный. – куратор Шокин кивнул на дверь и отошёл, освобождая проход.

Никто спорить не стал – все сразу направились к куратору. Нас встретил тесный кабинет с двумя рядами парт; дерево тёпло пахло маслом, стулья скрипели. Тридцать девять человек кое-как втиснулись, часть осела на крайних местах. Шокин стоял у двери и молча ждал, пока мы рассаживаемся; когда коридор стих, он щёлкнул язычком замка и прикрыл дверь.

– Отсутствует кадет Эрил Краст, – подняв руку, отчиталась девушка ростом на полголовы ниже меня.

– Причина? – потребовал Алпин, нахмурившись.

– Он в медпункте, на занятии пропустил удар, – нервничая ответила та же девушка.

– Хорошо, начнём без него. Первым делом – выбор старосты, – он поднял один палец. – Как тебя зовут? – кивнул он в сторону той же девушки.

– Нали Сион… – запнувшись, сказала она.

– Вашей новой старостой будет Нали. Если нет возражений или других кандидатов, перейдём дальше. В первом полугодии всего пять предметов на выбор: Руническая орфография, Общая теория магии, Общая теория ближнего боя, Призыв и связывание фамильяров, Артефакторика. В течение двух дней, не считая сегодняшнего, сообщите старосте, что выбрали. Она всё запишет и передаст мне. На сегодня всё! – протараторил куратор Алпин и быстрым шагом вышел из кабинета. Никто даже моргнуть не успел, как его и след простыл.

Новая староста попыталась что-то сказать, но её никто не услышал. С звонком на последнее занятие все поднялись и потянулись к коридору.

– Скажешь после занятия, лады? – бросил ей один из парней, придерживая дверь.

Занятие проходило в большом зале, где запах резины и металла ударили в нос: стульев не было – только спортивный инвентарь и деловито стоящий преподаватель. Едва мы вошли, он заставил всех бежать, пока силы не кончатся. На шестом круге – по ощущениям три километра, многие выдохлись и попадали на колени. Останавливать никого преподаватель не собирался: пинками гнал дальше, повторяя, что это был всего лишь километр…

Я уже и не думал, что доживу до конца занятия. Каторга в виде физподготовки началась даже без разминки; со всех пот стекал ручьём. Добрая половина и вовсе теперь отлёживалась в медпункте. Преподаватель-извращенец, казалось, получал непомерное удовольствие, пиная нас.