Линь Синхэ коротко взглянула на стоявшую рядом Тан Синь. Та всё поняла без слов и мгновенно вжилась в роль главной ученицы Божественной секты Карпа кои. Вид у неё стал такой важный, что ещё немного — и на груди можно было бы приколоть табличку: «официальный представитель злодейского культа».

— Говори, — заносчиво заявила она, выступая рупором своего предводителя, — Про Снежную женщину — всё от начала до конца: как появилась, как выходит с вами на связь, что именно делала. Ничего не пропускай: нам нужны все подробности.

Глава Цзя не посмел медлить: сглотнул, будто слова застряли в горле, и сразу начал рассказывать.

Снежная женщина появилась четыре месяца назад. Поначалу жители приняли незнакомку за обычную красавицу: чужую, заметную, но, казалось бы, безобидную. Так продолжалось до одной глубокой ночи, когда кто-то увидел в гостинице Чжан Чжэн вместе с ней.

Встретить среди ночи в гостинице женатого мужчину с незнакомкой — тут и без великого ума понятно, что к чему [1]. Городок был маленький, соседи знали друг друга в лицо, и уже на следующий день все были в курсе: Чжан Чжэн изменяет жене — все, кроме его супруги Мэн Мэн.

Тогда ещё никто не понимал, насколько опасна незнакомка. Кто-то, возмутившись за Мэн Мэн, тайком разыскал её и рассказал, что Чжан Чжэн давно женат.

Дослушав до этого места, Линь Синхэ спокойно спросила:

— Разве Чжан Чжэн умер не три месяца назад?

Глава Цзя тяжело вздохнул:

— Да, так и есть. Когда Снежная женщина всё узнала, сразу устраивать расправу не стала. Что происходило весь тот месяц, мы не знаем. Известно только, что потом она убила Чжан Чжэн, облачила его в красное и подвесила вниз головой в доме жены. С тех пор каждые несколько дней погибает один мужчина из нашего городка.

— Женщин не трогает?

— Да.

— Изображения на дверях вы наклеили по её приказу?

— После смерти Чжан Чжэн мы один за другим увидели приятный сон. Проснувшись, каждый ощущал странный аромат, хотя сам не понимал, что запах исходит от него. Через три дня он рассеялся, позже стало ясно: Снежная женщина пометила нас во сне. Тот, кто получил метку, становился её добычей; куда бы ни сбежал, она всё равно его найдёт. А изображения на дверях... да, она велела наклеить их уже после метки.

— Как она связывается с вами?

— Перед её появлением внезапно начинается снег. Когда метель набирает силу, она приходит глубокой ночью — в красной юбке, с лицом без единой черты — и передаёт нам приказы.

Линь Синхэ не удержалась от комментария:

— Как-то у этого злодея-босса совсем нет размаха. Даже приспешников на мелкие поручения не завела.

Глава Цзя не нашёл, что ответить: помолчал, помялся и выдавил единственную безопасную фразу:

— Зато у вас он есть.

— А те шестнадцать приезжих, которые потом пропали, — это ваших рук дело или её?

Глава Цзя сразу помрачнел. На лице проступил стыд, но говорил он скорее как человек, которому неловко не за преступление, а за то, что его поймали.

— У нас не было выбора. Ей нужны жертвы — только мужчины. Когда она появляется, а подношения нет, в городке начинается резня. Поэтому мы выдумали легенду о Снежной женщине и стали заманивать туристов. Одна мужская жизнь дарила нам несколько дней свободы. Помеченного уводили в Сад ледяных скульптур или Ледовый парк, где она забирала его жизнь, а потом подвешивала тело у входа в Сад. Мы боялись, что снаружи начнут расследование, поэтому уничтожали следы и объявляли, будто человек пропал на снежной горе.

— Зачем вы заманивали туристок в Сад ледяных скульптур, если она не убивает женщин? Сюда ведь приезжали не только мужчины. Что происходило с приезжими девушками?

— Мы боялись, что они уедут и всё разболтают. Поэтому всех приезжих женщин запирали в подвале.

Линь Синхэ посмотрела на главу Цзя и мысленно хмыкнула: «Вот оно что. На этой экзаменационной площадке все НПС — злодеи».

Она уже собиралась продолжить, но заметила: взгляд главы Цзя переместился ей за спину и застыл.

Линь Синхэ обернулась. Позади — неизвестно с какого момента — стояла Сяо Сюэцзи. Малышка всё ещё была в своём обычном облике: пять ртов, вишнёво-красные зрачки, а в руках — телефон. Стояла тихо и послушно, будто самый примерный ребёнок на свете, если не считать полного набора кошмарных деталей. Почувствовав взгляд Линь Синхэ, она чуть дрогнула густыми загнутыми ресницами, но ничего не сделала — только слегка опустила голову.

Линь Синхэ присела перед ней на корточки:

— Что случилось?

Девочка протянула телефон и указала на экран. Линь Синхэ взглянула: фильм закончился. Она без лишних вопросов включила ей другой хоррор. Та снова обхватила телефон двумя руками и умчалась, как порыв ветра, будто важное совещание взрослых её больше не касалось.

Глава Цзя, кажется, хотел что-то сказать: открыл рот, закрыл и мудро решил промолчать. Здравый смысл здесь уже явно не был главным законом.

Линь Синхэ тем временем продолжила:

— Снежная женщина убивает только одного мужчину за раз? Если мужчин несколько, она забирает первого, а остальные остаются в Саду ледяных скульптур или Ледовом парке — ждут своей очереди на убой?

— Зависит от её настроения, — ответил глава Цзя, — Но если человек уже помечен, рано или поздно она всё равно придёт за ним.

Ли Чэнъянь побледнел.

— Плохо. Чай Юн остался один.

Линь Синхэ поднялась.

— Идём, найдём его.

◇◇◇

Успехи Линь Синхэ заставили немало зрителей забыть про еду и сон: они буквально дежурили в её комнате трансляции, боясь пропустить самое интересное. С согласия большинства зрителей во время обеденного перерыва трансляцию вывели на большой экран в столовой.

Гу Таояо, уже записавшаяся в Божественную секту Карпа кои, ела обед за одну десятую балла: два овощных блюда, один суп и белый рис без ограничений. Скромная тарелка выглядела почти праздничной — особенно на фоне трансляции, где человек за один экзамен умудрился выбить себе виллу, золото и собственный культ.

Смотрела она так внимательно, будто перед ней был не экран в столовой, а окно в собственное светлое будущее. Несколько девушек из Отдела Современной Эры, сидевшие неподалёку, тоже обсуждали Линь Синхэ.

— Я сегодня из-за её трансляции чуть не опоздала.

— Я тоже. Вчера у Линь Синхэ было столько безумных ходов, что я боялась пропустить хоть один, смотрела до пяти утра.

— Всё! Я решила вступить в Божественную секту Карпа кои!

В груди у Гу Таояо шевельнулась странная гордость — будто достижения Линь Синхэ каким-то чудом касались и её. В голове промелькнула мысль:

«Наша предводительница — топ!»

Именно в этот момент по столовой прокатилась новая волна шума. Девушки, которые только что обсуждали Линь Синхэ, мгновенно притихли, и беседа резко свернула в другую сторону.

— Се Уань выглядит убийственно. Красив с любого ракурса [2].

— Тише. Не встречайся с ним взглядом. Он же законченный извращённый псих. Красивый, конечно, но безумным быть не перестаёт.

— Я только одним глазком...

— Хочешь стать фигуркой в его коллекции?

— Я слышала, что в личном пространстве Се Уань стоят куклы, которые он сделал своими руками. И все они — его побеждённые противники на экзаменах, или те, кто его чем-то задел...

— О, господи, старина, Се Уань сел. Он смотрит трансляцию Линь Синхэ [3].

— Кажется, предыдущий новичок, который ему приглянулся, потом стал фигуркой в его пространстве...

Гу Таояо, конечно, слышала слухи о школьном красавчике из Отдела Сянься. Теперь же, увидев, как тот неотрывно смотрит на Линь Синхэ на экране, мгновенно заволновалась за соседку по парте.

«Этот красавчик из Отдела Сянься — настоящий извращённый псих!»

Однажды во время трансляции Се Уань все своими глазами видели его личное пространство: огромное, с бескрайней травянистой равниной, заставленной «фигурками». Самой новой была босс-паучиха с прошлого экзамена: он вынес её тело с площадки, переплавил в марионетку и поставил среди остальных, словно музейный экспонат.

Гу Таояо имела сомнительное счастье увидеть ту трансляцию лично. Тогда было два часа ночи, и от плотной толпы «фигурок» у неё волосы встали дыбом. С тех пор она твёрдо знала: некоторые красивые люди опасны не вопреки красоте, а вместе с ней.

Вдруг рядом кто-то сказал:

— Сейчас начнётся самое интересное. Быстро включайте трансляцию Чай Юн.

Гу Таояо тут же открыла его комнату трансляции. Чай Юн лежал на больничной койке, бледный и обессиленный. К нему явилась Снежная женщина, пять её пальцев сомкнулись на его горле.

— Не убивай меня... — хрипло выдавил Чай Юн, — Не я сжёг Сад ледяных скульптур и Ледовый парк. Это Линь Синхэ. Она коварная, теперь ещё и заменила твою власть над городком собственной. В одиночку ты, возможно, с ней не справишься. Давай сотрудничать, не убьёшь меня — помогу прикончить её.

Рука Снежной женщины замерла. Получив возможность вдохнуть, Чай Юн торопливо продолжил. Голос срывался, слова липли друг к другу; он уже не торговался, а цеплялся за жизнь.

— Она демон. Рядом с ней есть помощница, которая умеет создавать иллюзии. Я знаю слабость Линь Синхэ и могу рассказать — только не убивай. Ещё могу придумать план... Я...

Удлинившиеся ногти Снежной женщины пронзили его горло, и кровь брызнула во все стороны.

Она медленно произнесла:

— Я не верю мужчинам.

В его комнате трансляции появилось уведомление.

---------

[Уведомление: Ведущий Чай Юн утратил признаки жизни. Комната трансляции автоматически закроется через одну минуту.]

[Уведомление: Обратный отсчёт начался.]

[Интерфейс: 60 секунд, 59 секунд, 58 секунд ...]

---------

Красные цифры возникли в самом центре экрана. Все услышали, как где-то вдали раздался голос Ли Чэнъянь:

— Чай Юн, мы пришли тебя проведать...

В то же самое время Снежная женщина неотрывно смотрела на труп Чай Юн. Через пять секунд она приняла его облик, спрятала тело и улеглась на больничную койку.

Выражение лица — точь-в-точь как у него. Один в один.

Комментарии в комнате трансляции взорвались.

---------

[Трансляция · Зрители]

◈ [Shard_9]: А-А-А-А, как же нервно!

◈ [Briar_Eye]: Наш предводитель сейчас погибнет?.. У-у-у, я только вступила в секту и ещё не успела познать радость золотых слитков и победы лёжа!

◈ [ZeroSum]: У Снежной женщины такая боевая мощь, что, если Линь Синхэ столкнётся с ней в лоб, ей конец.

◈ [Final_Gasp]: Предводитель, держись! Ты справишься!

◈ [Void_echo]: Что Снежная женщина задумала? Не хочет напрямую с Огненной женщиной зарубиться, решила заняться косплеем?

---------

У Гу Таояо перехватило дыхание. Она застыла с палочками в руке, уже не различая ни вкуса дешёвого обеда, ни окружающего шума.

•✦•······················•✦•······················•✦•

 [1] 用脚趾头也知道 (yòng jiǎozhǐtou yě zhīdào) — букв. «и пальцы на ногах догадаются». Разговорное выражение: настолько очевидно, что не нужно думать.

[2] 颜值太能打 / 三百六十度毫无死角 (yánzhí tài néng dǎ / sānbǎi liùshí dù háo wú sǐjiǎo) — интернет-сленг о внешности: «лицо слишком сильное», «красив на все 360 градусов без мёртвых углов».

[3] 哦，我的上帝，我的老伙计 (ó, wǒ de shàngdì, wǒ de lǎohuǒjì) — китайский интернет-мем, пародирующий чрезмерно дословную англоязычную фразу «Oh my God, my old buddy». Используется комически.