Рассвет пробивался сквозь бумажные сёдзи*, окрашивая пол додзё* в бледно-золотистый цвет. Где-то за стенами пели птицы.

Юджи спал на циновке*, свернувшись калачиком. Повязка на его плече пропиталась кровью, но дышал он ровно — глубоко, без хрипов. Мира сидела рядом, прислонившись к стене, и тоже дремала.

Фром уже не спал. Он сидел в углу, вытянув перед собой правую руку. Металлические пластины тускло поблёскивали в утреннем свете, синие неоновые линии пульсировали в такт его дыханию. Он медленно сжимал и разжимал пальцы, изучая каждое движение. Иногда из запястья выскакивал тонкий луч сканера, пробегал по полу, по стенам, и исчезал.

— Офигеть, — прошептал он сам себе, когда сканер издал короткий писк.

Руе спал на спине, закинув руки за голову. Его лицо корчилось — то ли от боли, то ли от страха. Внутри, где-то глубоко, нити пульсировали, он чувствовал это даже во сне. Они не исчезли. Они ждали. Но он не понимал, что это.

Вдруг он резко сел, широко раскрыв глаза. Пот градом катился по лицу. Дыхание было тяжёлым, рваным.

Мира, которая дремала рядом, проснулась из-за него.

— Ты чего? — спросила Мира, смотря на него с беспокойством.

Руе помотал головой, провёл ладонью по лицу.

— Ничего. Приснилось... Неважно.

Мира отвела взгляд от Руе, посмотрела на Юджи, на Фрома. Встала, бесшумно вышла.

Через несколько минут она вернулась с деревянным ведром, полным воды.

— Фром, — позвала она тихо. — Помоги перевязать Юджи.

Фром кивнул, подошёл. Его металлическая рука зависла над раной, сканер пробежался по плечу, высветив голубые линии сосудов и тканей.

— Всё нормально, — сказал он. — Заживает.

Они сменили повязку. Юджи даже не проснулся — только вздохнул во сне.

Сёдзи отодвинулась. Сатоши вошёл, держа в руках поднос с едой — рис, овощи, несколько кусков рыбы. Поставил на стол.

— Ешьте, — сказал он. — Силы нужны.

Они сели вокруг стола. Фром взял палочки, но металлическая рука не слушалась — пальцы сжались слишком сильно, и палочки треснули.

— Чёрт, — выдохнул он.

— Фром, а что случилось с твоей рукой? — спросил Сатоши.

— Мастер Сатоши, если честно, я и сам не понимаю, что это было, — ответил Фром, разглядывая металлические пластины.

Их перебил Руе.

— Мы нашли люк. Спустились в комплекс. Там была камера, в которой сидел парень, — он кивнул на Юджи. — Его зовут Юджи. Мы его освободили.

Он помолчал, собираясь с мыслями.

— Потом мы пошли дальше. В конце коридора выбежал мужчина. На его лице был ужас и страх, он умолял не убивать. Но потом раздался выстрел, и он упал. А из-за угла вышло нечто... похожее на мужчину в костюме, который используют бойцы МОПа. Вот только это был не костюм — это было его тело. Винтовка росла прямо из руки, как и лезвие. Он ранил Юджи, собирался сделать выстрел, но время словно остановилось. И мы оказались в каком-то пространстве, полном воды. Там была эта странная штука, похожая на клубок ниток.

Руе сжал кулак.

— Я не мог остановиться. Я пошёл к ней, коснулся. И... я куда-то попал. Места, которых я не узнавал. Люди в белых одеяньях. Потом под моими ногами начал разрушаться пол, я отпрыгнул. Люди падали в разлом. Кто-то разбился о скалы. Те, кто упал дальше, встретили поток магмы.

Он замолчал, сглотнул.

— Те, кто остался на поверхности... я слышал крики. Детей, стариков. А сверху, на небе, я увидел что-то, что не могу описать. Оно было огромным. От него чувствовалась смерть. Люди пробегали мимо меня.

Руе опустил голову.

— Потом ко мне подошла маленькая девочка. Лет десяти. На её лице блестели слёзы. Она держалась за мою руку и спросила: «Господин Атом, это смерть?». Она смотрела на меня так, будто я мог что-то сделать.

Он поднял голову, посмотрел на Сатоши.

— А потом я пришёл в себя. Передо мной стоял тот киборг. А когда мы выбрались наверх, я увидел такую же гору трупов, как в том месте.

Сатоши молчал. Фром и Мира смотрели на Руе, не произнося ни слова.

— Вот что произошло, — сказал Руе. — Мы получили силы. Но я не понимаю, для чего всё это и как это связано со мной?

Сатоши медленно выдохнул, и казалось, что вместе с воздухом уходит сама усталость веков.

— Ты ищешь корень в кроне дерева, когда он глубоко под землей. Древние механизмы, эти нити, само имя Атома... они старше, чем наши кости. Но то, что ты узрел — руины, крики и слёзы дитя, узревшего конец... Это не сон, рождённый твоим разумом. Это эхо. Память крови и стали, что дремала в тебе. Ты не просто увидел их гибель — ты вновь пережил то, что уже было предрешено задолго до твоего первого вдоха.

Фром перевёл взгляд с Сатоши на Руе.

— Руе, когда ты коснулся той штуки, ты изменился, в прямом смысле. Ты смотрел на нас с чувством, полным вины. А потом ты направил на нас эти нити, и они дали нам эту силу.

Он поднял свою металлическую руку, и синие линии на ней пульсировали ярче.

Руе опустил голову. Его плечи поникли.

— Я... не хотел, — сказал он тихо.

— Но мы не виним тебя, Руе, — сказала Мира. Её голос был тёплым, без тени упрёка. — Ты не выбирал. И мы теперь вместе. Это не твоя вина.

Сатоши кивнул.

— В нашей деревне есть такое понятие — кидзуна*. Неразрывная связь между близкими людьми, которую невозможно разрушить даже мечом или временем. Ваши судьбы были связаны ещё до вашего рождения. И только вам решать, что с этим делать.

Мира посмотрела на Руе и тихо прошептала:

— Эниши*.

Это слово повисло в воздухе, как обещание. Руе поднял голову, встретил её взгляд. В его глазах больше не печали — в них загорался слабый свет.

Фром сжал металлические пальцы в кулак, потом разжал.

— Значит, мы теперь связаны, как будто такого не было и раньше — сказал Фром с улыбкой. — Навсегда.

— Навсегда, — ответил Руе.

Тишина перестала быть тяжёлой. Они наслаждались завтраком, смеялись, пока Фром рассказывал про их с Руе дружбу и совместное детство.

После завтрака Фром встал и сказал:

— Спасибо за еду. Я пойду в нашу комнату и попробую разобраться, как управлять этой рукой.

— Удачи, — ответил Руе.

Фром кивнул и вышел. Его металлическая рука слегка гудела, синие линии пульсировали.

Вдруг рука развернулась в сторону спины, сделала оборот и ударила Фрома по голове.

— Ой, — сказал Фром, почесывая место удара.

Мира и Руе усмехнулись.

Фром покраснел, быстро вышел, придерживая непослушную руку.

Руе доедал еду, когда возле него встала Мира.

— Пошли, Руе. Спарринг. Нужно же проверить наши новые силы. С этой скоростью я точно утру тебе нос.

— Сейчас? — спросил Руе, дожевывая рис.

— Сейчас конечно, — схватила Мира его за капюшон худи и потащила за собой.

— Подожди, я ещё не доел, — прокричал Руе.

Сатоши смотрел на них, и на его лице появилась отцовская тёплая улыбка.

Они вышли в тренировочный зал. Сатоши, как и в первый раз, уселся на циновку за рингом, опираясь на посох.

Мира и Руе встали по разные стороны друг от друга.

Мира встала в стойку. В ней была видна решимость. Она выдохнула, закрыла глаза, а через мгновение они засветились серебристым светом. В додзё задул ветер.

Сатоши удивился.

— Ну что, ты готов, Руе? — спросила Мира, открывая глаза.

Руе удивился, но быстро встал в свою стойку.

— Да, — ответил он неуверенно.

— Начали, — сказал Сатоши.

Мира рванула с места, но не прямо, а из стороны в сторону — её траектория напоминала след от молнии: зигзаг, резкий, неуловимый. От неё оставались размытые силуэты, которые не успевали исчезнуть. Она ударила Руе прямо в грудь.

Руе даже не успел понять, что произошло. Он успел уловить Миру в момент удара, но не смог заблокировать и отлетел за ринг.

Руе встал, держась за грудь. А Мира уже прыгала от радости.

— Один-один, Руе. Ну как тебе?

Руе, ещё задыхаясь, сказал:

— Это было круто.

Но потом его тон и взгляд поменялись, и он крикнул:

— Ты совсем дура? Я же и помереть мог!

— Да ладно тебе, ты бы не помер от такого. А если бы и помер, то тогда было бы один-два, — с насмешкой ответила Мира.

Руе подошёл к Мире, всё ещё потирая грудь.

— А как ты используешь эту силу? — спросил он.

— Я не знаю, — ответила Мира. — Я просто представила, как оказалась около тебя, и просто побежала.

Руе смотрел на неё с недоумением.

— А ты почему не использовал ту силу с нитками? — спросила Мира.

— Какую силу с нитками? — переспросил Руе.

— Ну, мы когда были в том водном пространстве, у тебя выросли волосы, на груди появилась дыра, из которой нити шли. Они обвивали твои руки.

— Я не помню такого, — сказал Руе, нахмурившись. — Да, у меня иногда появляются на руках какие-то светящиеся линии, но я не знаю, что они делают.

Тут к ним подошёл Сатоши.

— Мира, а как вы одолели того мужчину с оружием? — спросил он.

— Его голову Руе размазал, — ответила Мира.

Сатоши задумался, погладил подбородок.

— Пойдёмте на тренировочную площадку на улицу, — сказал он.

Они вышли на площадку, встали возле манекенов.

— Руе, ударь, — сказал Сатоши.

Руе ударил. Ничего не произошло. Лишь манекен чуть пошатнулся.

— А что произошло перед тем, как ты убил того мужчину? — спросил Сатоши.

Руе задумался, потом ответил:

— Он пытался убить Миру.

— Значит, сила приходит не от желания, а от необходимости, — сказал Сатоши.

Руе сжал кулаки.

— Тогда что мне делать? Ждать, пока кто-то умрёт?

— Нет, — ответил Сатоши. — Ты должен научиться вызывать в себе те же эмоции.

Он кивнул на манекен.

— Представь, что это не дерево. Представь, что это тот киборг. И что за твоей спиной — Мира.

Руе закрыл глаза. Перед глазами встала картина: коридор, красные лампы, Мира уворачивается от лезвия. В груди зажглось тепло. Он открыл глаза — нити на руках слабо засветились.

— Удар, — сказал Сатоши.

Руе ударил. Нити хлестнули по манекену, обвили его, и деревянный столб треснул, но не разлетелся.

Получилось, — выдохнул Руе.

— Только начало, — ответил Сатоши. — Теперь повтори.

Руе ударил снова. Нити вырвались сильнее, манекен разлетелся в щепки.

— Слишком сильно, — сказал Сатоши. — Но ты понял принцип. Теперь учись дозировать.

Мира смотрела на Руе, потом на свои руки.

— А я? — спросила она.

— Ты уже умеешь развивать скорость, — сказал Сатоши. — Но ты не контролируешь направление. Попробуй пробежать не по прямой, а зигзагом, как в зале.

— Видишь тот дальний манекен? — спросил Сатоши.

— Да, — ответила Мира.

Сатоши взял чашку, зачерпнул воды и поставил её на голову дальнего манекена. Потом подошёл к манекену, который был в противоположной стороне, и так же поставил чашу с водой ему на голову.

— Теперь попробуй пробежать зигзагом, коснуться того дальнего, чтобы не разлилась вода, а потом развернуться и по прямой траектории, сделать то же самое с другим.

Мира кивнула, вышла на центр площадки. Закрыла глаза, представила траекторию. Открыла — и рванула. Её тело двигалось зигзагом, оставляя за собой размытые следы. Она остановилась у дальнего манекена, коснулась его рукой — но чаша упала.

— Черт, — сказала Мира.

— Тренируйся, пока не сможешь это сделать, — сказал Сатоши.

— Хорошо. — Теперь вы оба знаете, как пробуждать силу. Осталось научиться её контролировать.

Он посмотрел на додзё, откуда доносился тихий гул — Фром всё ещё возился со своей рукой.

Внезапно дверь распахнулась, и из неё выбежал Фром.

— Смотрите, что я умею! — крикнул он, направляясь к тренировочной площадке.

Руе и Мира прекратили упражнения. Сатоши поднял бровь.

Фром подошёл к манекену, вытянул металлическую руку и скомандовал:

— Анализ.

Из его запястья вылетел тонкий голубой луч, который пробежал по манекену сверху вниз. Через секунду Фром заговорил:

— Этот манекен сделан из древесины криптомерии*. Вес — двадцать три килограмма. Возраст — примерно двенадцать лет.

— Хмм... занимательная способность, — сказал Сатоши. — Это правда, я сам делал эти манекены двенадцать лет назад из криптомерии.

— И ещё, — продолжил Фром, — Визор.

Он перевёл взгляд на Руе.

— Руе, у тебя чуть повышена температура. Мира, у тебя давление высокое. Мастер Сатоши... вы в норме.

— А что ещё ты можешь? — спросил Руе.

— Сейчас увидите, — ответил Фром.

Он опустил металлическую руку на землю и произнёс:

— Скан.

Голубые линии разбежались по земле в разные стороны. Через мгновение Фром поднял голову.

— Там, за забором, идут двое: женщина и девочка.

И тут же из-за забора послышался детский голос:

— Мам, мы сегодня с Риной белку видели! Рыжую такую, быструю.

— Ничего себе, красивая, наверно, — ответил женский голос.

Голоса стихли. Сатоши покачал головой.

— Удивительно, — сказал он. — Ты действительно видишь всё, что происходит вокруг.

— Пока не всё, — признался Фром. — Я уверен что эта рука может больше.

Они продолжили тренировку, не замечая, что за ними кто-то наблюдает.

*Камера начала медленно отдаляться, поднимаясь всё выше: Картинка сжалась, превратившись в маленький квадрат, словно экран камеры видеонаблюдения. Внутри этого квадрата, крупным планом, сидел человек.*

Тёмный костюм, тёмные очки. Он сидел за столом, скрестив кисти рук, и улыбался. Пальцы легонько барабанили по столу. На груди поблёскивала эмблема: чёрный ворон на скале, с разорванным свитком и монетой в лапах.

— Скоро мы встретимся, — прошептал он.

*Изображение мигнуло и исчезло.*

Словарь

Сёдзи - Раздвижные двери или перегородки в традиционном японском доме, сделанные из деревянной рамы и рисовой бумаги.

Циновка - Плетёный соломенный мат (татами), которым покрывают пол в японских комнатах.

Додзё - Зал для тренировок боевых искусств.

Кидзуна - Неразрывная связь между близкими людьми, которую невозможно разрушить.

Эниши - Узы судьбы, предопределённая связь между людьми, часто возникающая ещё до их рождения.

Криптомерия - Японский кедр (Cryptomeria japonica), вечнозелёное хвойное дерево. В Хисуи растёт повсюду.