День клонился к вечеру, но солнце висело ещё высоко. Оно светило в глаза, но приятно грело лицо и грудь

Зарех подошёл к двухэтажному дому, сложенному из толстых досок и брёвен. Единственное, чем он отличался от остальных в переулке — размер. Для дощатого квартала он был большим. Ещё несколько часов, и солнце скатится прямёхонько на его крышу.

Внутри пахло свежим хлебом. Зарех заглянул в кухню и, как и ожидал, увидел Иву.

— Привет! Тольс дома?

— Наверху, у себя — ответила девушка.

Тольс был главным. Дощатый квартал был домом для нескольких банд, которые подчинялись Тольсу, и шайка Зареха была одной из них. Кто-то работал в торговых районах, кто-то на чужой территории дощатого квартала, а кто-то даже за куполом. У всех были строгие правила.

Тольс нашёл Зареха, когда ему ещё не было и десяти, научил его драться, выживать на улице, и в каком-то смысле заменил мальчику отца. Но и он не был сам по себе.. Тольс подчинялся Бескровному Князю, самопровозглашённому владыке всей южной части дощатого квартала, а это едва ли не четверть всего Ильвеска!

Кивнув Иве, Зарех побежал к лестнице. На втором этаже, у двери в комнату, юноша услышал приглушенные голоса. Тольс запрещал входить, когда у него гости, поэтому Зарех решил подождать в коридоре.

— … своих банд, — закончил фразу смутно знакомый голос.

— Они ещё дети! — услышал он голос Тольса. — Я не могу отправить их на такое! Это не лавочника на рынке обворовать, тут серьёзное дело!

Заинтересовавшись, Зарех сам не заметил, как стал прислушиваться к разговору.

— Больше некому. Вороновы тенеходцы закопошились. Они начали запасаться мракоростом. Ты ведь понимаешь, что это не сулит ничего хорошего?

— Понимаю. Но отправлять к тенеходцам детей… Пошли Равага!

— Он занят, — удар, будто кто-то хлопнул ладонью о стол.

— Тогда давай я пойду!

— Нет, Тольс. Ты нужен мне тут. Кто-то должен защищать обитель.

— Вот уж Валиса последняя, кто нуждается в защите.

— Она беззащитна, когда занимается целительством, и ты отлично об этом знаешь. И чувствую я, забот у неё скоро будет невпроворот.

Некоторое время оба молчали, и затем Тольс, наконец, ответил:

— Хорошо. Я отправлю крысят сжечь склад. Но если с ними что случится, клянусь своим именем, тебе придётся отвечать.

Зарех тихонько присвистнул. Клятва именем — это не шутки, кроме него у безродных нет ничего.

— Знаю. И я всегда несу ответ. Тебе ли не знать?

— Да знаю я, знаю, — послышался тихий ответ.

Послышались шаги. Зарех опёрся на стену и поспешил напустить на себя сонный вид. Дверь распахнулась, и вышел Тольс. Смуглый, высокий, тощий как жердь, но сильный как лось. С короткой, топорщащейся рыжей шевелюрой и того же цвета густой щетиной. За поясом у него, как и всегда, был заткнут короткий цеп с увесистым железным шаром, размером с кулак взрослого человека.

— Ты подслушивал, паршивец!? — грозно спросил он.

— Что? — спросил Зарех и смачно зевнул. — Я шёл к тебе, услышал, что у тебя гость и решил подождать в коридоре. Да и задремал.

— Ну смотри мне! Чего хотел?

— Про Наира ничего не слышно?

Тольс покачал головой.

— Сколько уже прошло? Две недели? Забудь, Парень, — он тяжело вздохнул. — Твой брат, должно быть, давно мёртв. Из Ильвеска он никуда деться не мог, а будь он жив и в городе, мы бы уж получили о нём хоть какую-нибудь весть.

— Говорил же я ему не связываться с пыльным! — со злости Зарех ударил кулаком по деревянной перилле.

— Парень, ты не можешь заставить человека действовать разумно. Особенно если он дурак, — Тольс по-отечески потрепал Зареха по плечу. — Пойдём, у меня есть что тебе сказать. И собери своих ребят. Вам всем полезно будет послушать.

Примерно через час все пятеро, считая Зареха, сидели в небольшой комнате на первом этаже.

— Вы уж полгода талдычите мне, что, мол, давно не дети и можете заниматься по-настоящему взрослыми делами, так? — Начал Тольс. Дети кивнули. Мужчина глубоко вздохнул и продолжил: — Сегодня у меня был разговор с Бескровным. Для вас есть задание. Настоящее. Взрослое, — он взял небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями. — На севере, у Ворона есть склад. Вы должны будете его сжечь. Склад могут охранять тенеходцы, так что вам пятерым стоит быть предельно осторожными. На рожон не лезть! вы меня поняли? — Дети снова кивнули. — Хорошо. Здание между фермами Свалра и Демьяна. Неприметное. Рядом с ним растёт корявая сосна о трёх стволах.

— Я наю, де это! — Выкрикнул Жердь.

— Молодец, объяснишь остальным. А теперь пошли отсюда. Нечего время тратить!

С серьёзными лицами все пятеро вышли наружу.

— А мы точно справимся? — Спросила Васка.

— Справимся, — ответил Зарех, который на самом деле совсем не ощущал той уверенности, которую пытался продемонстрировать.

— Да чего не спраиться то? — легкомысленно отозвался Жердь, высокий, длиннорукий мальчишка. — Пришли, подожгли, ушли. Елов то!

Он был на год старше Зареха, но чтобы быть главным, нужен ещё и ум, которого у Жерди недоставало.

— Вот, елов-то! — передразнил его Зарех. — Пев, сбегай туда, глянь что да как. Ну размер, откуда подпалить поудобнее будет. Может заметишь кого из охраны? Хорошо?

Пев, самый младший и юркий из пятёрки, кивнул и метнулся в переулок.

— Эй, Пев! — окликнул его Зарех. Мальчишка остановился и обернулся. — Ниже травы. Тебя никто не должен заметить, — тот кивнул и шмыгнул за поворот.

— План? — спросила Леска, как две капли воды похожая на Васку. Такая же круглолицая и с такими же двумя каштановыми косичками на плечах.

— Будет, когда вернётся Пев, — ответил Зарех.

Время шло, день клонился к вечеру. Тени выросли, улица окрасилась в оранжевый. Пришла ночь и медленно покатилась по Ильвеску, в окнах загорелся свет, скупо освещавший улицу.Четверо друзей ждали возвращения разведчика. Всем было неспокойно. Возможно в этот раз им придётся столкнуться с тенеходцами. А это уже совсем не шутки. Это вам не обчистить толстосума на рынке, и не драка со шпаной в подворотне. Тут дело о жизнях. Все знали, что когда доходит до убийства тенеходцы время не тянут.

Леска чертила что-то палочкой в дорожной пыли, стирала и начинала заново. Васка распустила сестре косы. И сейчас старательно заплетала заново, аккуратно укладывая их в круг на голове. Жердь нашёл какую-то полусгнившую дощечку, и метательным ножом вытачивал из неё какое-то животное. То-ли собаку, то-ли кошку. “Будь у него возможность пойти подмастерьем, он мог бы стать дельным плотником,” — подумал Зарех. Сам он то вставал, и принимался ходить вокруг, то, найдя веточку, садился и разбирал её на щепки, то снова вскакивал, и мерил шагами улицу.

Наконец из темноты вынырнул Пев. Четыре пары глаз сразу уставились на него.

— Склад нашёл. Всё как рассказал Тольс. Неприметный, небольшой. Походил там, посмотрел, рядом никого не заметил. Сосна есть, растёт совсем близко, но нам от этого никакой пользы. Ствол там расходится на высоте трёх меня. Не залезть. А вот склады по-соседству совсем рядом. Я едва пролезу.

— Как его лучше подпалить? Идеи есть? — Спросил Зарех.

— Можно пожечь склад Свалра или Демьяна. Они близко, разгорятся и огонь олжен перекинуться, — вклинился Жердь.

— Нет, нужно убедиться, что сгорит склад с мракоростом. Жечь будем его, — Зарех почесал голову. — Васка, Леска, с вас — притащить к складу соломы. Справитесь?

Девчонки кивнули.

— Куда нести — поняли?

Снова кивнули.

— Тогда бегом. Жердь, сбегай за маслом и найди тряпья какого-нибудь. И к складу.

— Орошо, — ответил он, и побежал, сверкая голыми пятками.

— А мы сразу к складу? — спросил Пев.

— Да, только кресало надо взять, — ответил Зарех и метнулся в дом. Пару минут спустя, он вышел к ожидающему его Певу и они отправились к складу. Тёмные улицы квартала безродых были хорошо им знакомы, но сегодня тени казались особенно глубокими и чёрными.

— Поспешим, — сказал Зарех Певу, и они побежали.

Медлить на самом деле не стоило: юношам предстоял путь через полгорода, и ночь не станет их ждать. Они быстро добрались до моста через Ильву. Высоко висящая луна серебрила волны, и казалось, будто по воде тёмными разводами снуют чёрные змеи. Зарех тряхнул головой, отгоняя наваждение, и поспешили перебраться на хорошо освещённый противоположный берег.

Складской квартал был освещён лучше, чем дощатый, но всё же недостаточно. Оставалось слишком много теней. Пев и Зарех пришли первыми, и у них было время осмотреться. Нужное им здание, небольшое и неприметное, словно тисками, сжали два больших торговых склада. К нему вела узкая колея, на которой поместится лишь одна небольшая телега. Справа от двери возвышалась кривая сосна, которая в темноте была похожа на трёхглавое чудовище.

— Ну как? Что будем делать? —Шёпотом спросил Пев.

— Подождём остальных, — так же тихо ответил Зарех, — а пока лучше спрятаться, а то ещё заметит кто…

Юноши поспешили скрыться за углом большого склада.

Вскоре пришёл Жердь. Он притащил охапку тряпья и банку масла.

— Оно так воняет, что сейчас сюда сбежится весь Ильвеск, — сказал Пев, зажимая нос.

— Зарех казал найти тряпки. От тряпки, — Жердь сунул свою добычу Певу под нос.

— Убери это от меня!

— Ну-ка тихо! — Цикнул на них Зарех. — Жердь молодец. Теперь надо это всё хорошенько промаслить. Пев, ты постой-ка на стрёме. И ещё… поймай близняшек, хорошо? — Пев кивнул, и высунул нос за угол. Зарех и Жердь занялись тряпьём.

Некоторое время спустя пришли и сёстры. Каждая несла небольшой мешок, плотно набитый соломой.

— Отлично, всё есть, — прошептал Зарех, когда к ним подошли Васка и Леска.

Когда солома была подготовлена, а тряпьё — тщательно пропитано маслом и намотано на палки, дети осторожно двинулись к своей цели. Казалось, из каждой тени за ними кто-то следит. Они ждали, что вот-вот отовсюду повыскакивают тенеходцы, и тогда им точно несдобровать.

Вопреки опасениям, они беспрепятственно подошли к складу.

— Ласка, Васка, солому по щелям. Жердь, остатки масла — на стены. Пев, будь начеку.

Сам Зарех взял импровизированные факелы, достал кресало, и стал сыпать искры на промасленную ткань.

“Загорайся, давай же,” — приговаривал он с каждым ударом.

— А я всё думал, как же вы станете всё проворачивать, — услышал Зарех шёпот прямо над собственным ухом. Внутри тут же похолодело, а волосы на затылке встали дыбом. Инстинктивно он метнулся в сторону, и клинок едва-задел правую ногу. Краем глаза он увидел очертания лежащего на земле тела. Пев.

Тенеходец плавно развернулся. Промасленная тряпица под его ногами как раз занялась, и осветила его костистое, будто обтянутый кожей череп, лицо. Глаза — два чёрных провала — притягивали к себе взгляд. Убийца не торопился, чувствуя полное превосходство.

— Ты резвее, чем я ожидал. Какая потеря. Мог бы служить нам, — сказал он с издевкой.

Зарех старался отползти как можно дальше. Даже впятером они не соперники тенеходцу, а теперь, когда Пев мёртв — и подавно!

— Бегите! — Крикнул он друзьям. Пусть хоть они спасутся.

Тенеходец засмеялся.

— Да! Бегите! Бегите со всех ног! — Выкрикнул он, и шёпотом добавил: — люблю добрую охоту.

Из темноты вылетел нож, и вонзился убийце аккурат в правую руку. От боли он дёрнулся и резко повернулся в сторону, откуда бросили клинок.

— Крысёныш! — процедил он сквозь зубы, и будто бы провалился сквозь землю. Короткий вскрик девушки.

— Леска! — Завопила Васка.

— Трое, — послышался холодный голос из тьмы.

“Убежать не получится, — понял Зарех, — либо мы убьём его, либо все тут помрём.”

Он схватил разгоревшуюся тряпку, и швырнул в склад. Пылающая ткань зацепилась за доску и повисла, капая горящим маслом на пучок соломы. На руке тоже осталось горящее масло. Зарех, закричав от и боли, упал на землю, и засыпал ладонь песком. Это помогло, и пламя потухло.

Из-за склада выбежали Васка и Жердь. У последнего левая рука была в крови, но в правой он держал палку. Вряд ли она поможет против тенеходца, но это лучше, чем ничего. Зарех достал нож.

— Я умру, но перегрызу ему глотку, — прорычала Васка.

— Попробуй, маленькая крыса, — усмехнулся из теней убийца.

— Держимся вместе, — скомандовал Зарех, — не расходимся.

— Я тут, крысята, — раздалось из расплескавшегося под складом мрака.

— Я убью тебя! — Завопила Васка и бросилась в тени.

— Стой! — Крикнул Зарех, но девушка его не слышала. — Чтоб её…За ней! — Сказал он Жерди и вместе они кинулись во мрак.

Неожиданно тьма рядом с Жердью вспучилась, и из неё появился тенеходец. Замахнулся мечом. Жердь оказался быстрее: он развернулся, и бросился на убийцу, крепко схватив того в объятия. Зарех подскочил, и ткнул тенеходца ножом в шею. Чёрный фонтан крови по локти обдал руки Зареха и полностью залил лицо жерди.

— Мы справились, — прошептал он, выпустил мёртвого убийцу из ослабшей хватки, и неловко осел на землю. Из под рёбер у него торчал меч. — Мы убили… тенеходца.

— Васка! Васка! — Закричал Зарех, — Жердь ранен! Васка!

В ответ доносились только всхлипы. Нет смысла её звать. Жердь уже не дышит. В горле и в носу щипало. Склад пылал. Юноша встал и, хромая, пошёл к лежащему перед складами одинокому телу. “Может Пев ещё жив?” В глубине души он знал, что это не так, но хотел верить. Стоило ему подойти ближе, и надежды рухнули. Земля вокруг Пева была чёрной от крови, а голова неестественно откинута назад. Тенеходец наполовину её отрезал.

Позади, пожирая склад, ревело пламя. Они справились. Не видя пути, и едва волоча ноги, Зарех побрёл домой.