Ворден стоял рядом с группой и, как обычно, оглядывался, сейчас он владел способностью земли четвертого уровня, как и в прошлый раз.

“Эх-х, эти идиоты, ничему не научились с прошлого раза, может, я стал мягче, из-за общения с Куинном.” задумался Ворден.

Но пока он об этом думал, то услышал голос Питера.

— Ты слишком слаб, отвали, пока не убил. — сказал Питер, в этот раз не имея ни намека на страх в голосе.

— Вот дерьмо. — забеспокоился Ворден. “Раньше приходилось нянчиться с ним, а теперь нужно беспокоиться об этом. Не уверен даже, что лучше.”

Ворден не мог раскрыть дружбы с Питером, поэтому и не мог вмешаться, и пока стоит только ждать, внимательно наблюдать, готовясь к худшему, стоя в боевой стойке недалеко от группы.

— Какого хера? — сказал Боунс. — А-а, понимаю, думаешь, если стал немного сильнее, имея третий уровень, то уже большая шишка, ха, ну думай так и дальше… — прежде чем он договорил…

Руки сжали и обхватили его рот, а пальцы слегка налегли на челюсть: — Разве я не говорил валить отсюда?

Боунс немедленно нанес ответный удар, подняв руки, пытаясь создать столб земли из-под ног Питера. Как только тот почувствовал малейшую вибрацию, то понял, что сейчас произойдет.

Но он не двигался, ожидая, пока столб поднимается, попутно продолжая держать Боунса. Затем в последнюю секунду, Питер отступил назад и втянул парня в поднимающийся столб, позволив тому попасть ему прямо в подбородок.

— Боунс! — закричал один из его друзей, когда они побежали к нему, но внезапно из ниоткуда между ними возникла большая стена земли, и в то же время Боунс пропал из поля зрения Питера, окутавшись куполом.

Рядом с ним теперь стоял Ворден: — Не обращай на них внимания, нужно убираться отсюда! Просто уходи!

Но Питер оставался неподвижным, как будто хотел продолжить сражаться.

— Послушай, просто не обращай на них внимания, они не стоят нашего времени. — возразил Ворден.

— Ха-а! В этом ты прав. — сказал Питер, выходя вместе с Ворденом из тренировочного зала.

Когда они вышли на улицу, Ворден решил, что будет лучше, если они отправятся в комнату общежития и останутся пока там. Возвращаясь, он думал о произошедшем, и как показались изменения Питера.

Видя, как он действовал против Боунса, он не мог представить, что бы тот сделал, оставь его в одной комнате с Дюком и Трудримом.

****

В комнате общежития они практически не разговаривал. Больше они не были так близки, как раньше, когда Ворден практиковался с Питером. На самом деле, когда Ворден смотрел на него, то больше не видел того старого Питера, и возникло непонятное чувство, казалось странным, что он теперь часто просто оставался неподвижным на одном месте в течение длительного времени. Из уст Вордена это многое говорило о его изменениях.

Наконец, Куинн вернулся с занятия, и первое, что сделал Ворден, это попросил уединиться и поговорить наедине.

— Извини, Питер, не возражаешь? — спросил Куинн.

— Если вы этого хотите, сэр. — ответил Питер, садясь обратно.

Они решили прогуляться по коридору, пока не добрались до ближайшего открытого окна. Убедившись, что никто не подслушает их разговор, они выглянули наружу, позволяя ветерку касаться их лиц.

Ворден объяснил, что произошло сегодня на боевом занятии, а также рассказал об опасениях по поводу воскресенья, когда прибудет Трудрим.

— Я чувствую, что ты пытаешься еще что-то сказать? — сказал Куинн.

— Знаю-знаю, я уже об этом упоминал… — сказал Ворден, — но в прошлый раз я это сказал без энтузиазма, но в этот раз, Куинн, говорю серьезно. Нам следует прекратить общение с Питером.

Хоть он и приукрасил свои слова, Куинн понял, к чему он клонит, они должны убить Питера. Честно говоря, учитывая все происходящее, он не мог сказать, что его голову не посещали те же мысли.

В последнее время он думал об этом все чаще и чаще, ведь Питер уже не тот, кого они знали, и было ясно, что прошлого уже не вернуть.

— Я думаю, лично, что пытаться исполнить этот план куда рискованнее, чем избавиться от Питера. — сказал Ворден. — Мы сможем воздать ему должное, когда через два года окончим академию, и позаботимся о его семье. Мы даже сможем создать собственную фракцию, и часть от денег, которые заработаем, будучи путешественниками, будем высылать им каждый месяц.

Ворден приводил веские доводы, но Куинн задавался вопросом, что почувствует семья Питера, узнав, что их сын умер или исчез. Будет ли им дело до тех денег или нет? Даже если он больше не был тем же Питером, но все равно же им оставался, верно? Где-то там внутри все еще должна оставаться частичка его самого.

— Я, например, не думаю, что это хорошая идея. — сказал ИИ. — Вы сами не сможете убить Питера, даже если окончательно решитесь. Придется стоять в стороне, наблюдая, как вашего друга убивают ваши друзья, и, хоть он предан вам, то не станет там как вкопанный, не оказывая ни малейшего сопротивления.

— Также, что касается этого, вам повезло, потому что Питер превратился в вайта. Это довольно редкая и мощная эволюция. Сейчас вам необходимо собрать и сохранить силу, которую только сможете заполучить. Вопрос не в том, придут ли вампиры, Куинн, вопрос в том, КОГДА.

Внезапно, когда эти мысли заполнили разум Куинна, его охватило странное чувство. Семейная связь от кровавого ритуала: — Я не могу, Ворден. — сказал он. — Он член семьи, как и ты, и все остальные.

Куинн этого не понял, но сказав это и повернувшись к Вордену, его глаза загорелись ярко-красным. Ворден предположил, что, возможно, этот вопрос выходит за рамки обычного разговора, и имеет отношение непосредственно к Куинну.

— Хорошо, будем придерживаться плана.

****

На следующий день наступили выходные, так что не было занятий. Однако группа не могла проводить время так же свободно, как другие студенты. Вместо это они снова собрались в комнате Логана.

Каждый из них рассказал о своей части плана, в то время как Логан вручил всем странную круглую булавку, которую нужно было прикрепить к одежде. Она была похожа на пуговицу и хорошо сочеталась с их формой. Был еще круглый динамик, который помещался прямо в ухо.

Эти два предмета представляли собой набор для связи друг с другом. Единственным человеком, который его не получил, был Питер, так как они знали, что его заранее обыщут и все заберут. И все же в его часы было вставлено звукозаписывающее устройство, чтобы они могли слышать происходящее.

После хорошего отдыха, наконец, наступило воскресенье, день прибытия Трудрима.