Моя жизнь сейчас подчинена одним и тем же принципам. У каждого человека есть чувство, связывающее его с мамой. Таков первый фундаментальный закон: любовь остается неизменной в любое время и при любых обстоятельствах. Чем сильнее человек привязан к своему чувству, тем слабее становится его рассудок, и со временем наступает болезнь. Такой человек становится тупым, как дерево, к которому привязан его мозг. Эта болезнь называется параличом. Например, в Америке парализованы целые слои населения, потому что когда-то их родители были рабами. Причина – древнейший запрет Бога. Когда-нибудь все поймут, насколько же это правда. Связь с матерью – это самая древняя форма связи с миром. Эта самая сильная эмоция, которую человек может испытать. И именно к ней он возвращается каждый день, когда ест или дышит. Любовь создает форму, придающую смысл жизни. Поэтому любовь всегда будет храниться в каждом из нас. Человек не может уйти от любви. Он может только уйти в себя. Но это можно сделать очень ненадолго. Всю жизнь мы едем на поезде. Просто иногда он делает одну остановку. Сначала он идет навстречу всем попутным ветрам. Затем его дорога становится все хуже, его путь пролегает по трясинам и пустыням. Наконец, он оказывается в полной темноте, но, несмотря на это, продолжает двигаться вперед. Именно здесь и проходит наша жизнь. Жизнь дерева ничем не отличается от жизни человека. Что бы ни происходило с деревом, оно не страдает. Хотя оно, конечно, не то что человек. Дерево никогда не ошибется в выборе сорта. Оно знает, что все деревья одинаково хороши. Потому что оно просто не знает про свою красоту. Сколько бы людей ни видело его каждый год, все будут видеть одно и то же дерево. Никто не захочет его изменить. мы живем в мире зеркальных отражений, каждый из которых – отражение самого себя. Когда мы идем по дороге, мы видим мир совершенно иначе, чем если бы смотрели на него с горы. Надо сказать, там, на горе, тоже все становится по-другому. И не надо ехать очень далеко, чтобы увидеть это. Мы живем как мираж в пустыне. В той пустыне, которая на самом деле есть наш ум, а мы и есть это страшное «я», вышедшее на поиски несуществующего «мы». Поэтому мы так боимся смерти, и она всегда настигает нас по ошибке. Смерть всегда приходит тогда, когда мы остаемся сами собой. Остаться самим собой – это и значит умереть. Все до единой жизни, прожитые на земле, составляют одну точку. Это и называется «вечностью». Мертвец просто стоит на дороге в никуда. Он никуда не движется – наоборот, он, наоборот «достиг» себя, своего «бытия» в себе, узнав, наконец, кто он. Но разве это вернет его обратно к началу? Разве даст ему возможность родиться в следующий раз? Мы редко ценим, что имеем. А потом жалеем, потому что от этого мы не становимся богаче. Зато мы начинаем ценить утраченное, потерянное и погубленное безвозвратно. Что, сказать по правде, так же нелепо, как требовать от Бога воскрешения, если его самого нет нигде. Бог – всего лишь телесная проекция, тень, не более того. И мне смешно, смотря на его муки, рассказывать, почему я называю его Богом. Так же смешно считать себя богом, считая себя таким. Да и вообще, бог – чисто человеческое понятие. Я не знаю, есть ли он на небе. И знать не хочу. Лучше бы мне никогда не видеть то, чего я не в силах понять, даже если захочу. Никто не должен знать про это место. Разве что демоны. Люди всегда ждут от меня слишком многого. Чем сложнее механизм, тем меньше для него значит человеческая жизнь. На самом деле, демон может дать бессмертие даже простому человеку. Ведь это так просто – позволить демону встать вровень с тобой. Нам всего-то и надо, чтобы он решился на это. Признаться в любви, пожелать доброго утра или узнать дату своего рождения. Любой демон сделает это без труда. Ну, или почти любой. Мы просто отдадим ему свою душу. Он сделает так, что мы станем летать. Сначала он поднимет нас в воздух, а потом мы сами станем поднимать себя. Наверно, именно поэтому он в первую очередь заставляет нас летать… Ведь главное, кажется, лететь. Неважно куда, главное – самому.