— Кэтлин Глайдер. Должен сказать, что для меня большая честь видеть вас в моём скромном классе. — профессор Гейст отвесил глубокий поклон. — Прошу не держать на меня зла за результаты этой "демонстрации". — продолжил он, делая жалкое лицо.

С непоколебимым холодным выражением лица Кэтлин кивнула, вытаскивая свой посох из кольца измерений на мизинце.

— Очень хорошо! Продолжим! — профессор захлопал, между его ладонями вспыхнул огонь.

Не говоря ни слова, она подняла свой небесно-голубой посох. Прежде чем профессор Гейст успел выпустить свой огненный шар, вокруг Кэтлин образовались два ледяных копья.

— Вот это да. — я услышал, как мой коллега из дисциплинарного комитета бормотал перед тем, как копья полетели в нашего профессора.

Поэтому она решила пойти наступательным путем, чтобы удержать профессора Гейста от нападения на неё.

Слабая ухмылка появилась на лице нашего профессора, когда он поднял руки, которые все ещё горели, готовые блокировать снаряды.

Как только ледяные копья коснулись огня на его ладонях, они тут же растаяли, медленно исчезая, когда раздалось резкое шипение.

— [Ледяное копье]. — снова пробормотала она, и на этот раз вместо двух возле Кэтлин образовались пять вращающихся копий.

— Пли. — выражение её лица оставалось ледяным, как у свернувшейся кольцами змеи, готовой к прыжку.

— Ха-ха! Впечатляет! Как и ожидалось от нашей принцессы! — профессор Гейст ухмыльнулся, класс наклонился вперед, чтобы получше рассмотреть эту напряженную битву. Так как большинство студентов были первокурсниками, они не были на том уровне, на котором могли бы сотворить что-то подобное, не говоря уже о том, чтобы почти мгновенно.

Наш профессор сосредоточился, когда пять копий устремились к нему, готовые пронзить его.

— [Огненная  Вспышка]! — заклинание, которое он подготовил, завершилось вовремя, когда профессор Гейст отпрыгнул назад, выпустив маленькие парящие шары голубого пламени.

Разве это не то заклинание, которое Лукас использовал во время экзамена?

— Рассеять. — пробормотала Кэтлин и заставила свои пять ледяных копий разбиться на бесчисленное количество маленьких острых осколков льда.

— Огонь! — профессор Гейст, лицо которого уже не было таким самодовольным, как раньше, приказал своим шарам синего огня выстрелить в противника. Кэтлин, с другой стороны, была настолько сосредоточена на завершении своего последнего заклинания, что проигнорировала приближающиеся потоки синего огня, которые вот-вот должны были поразить её.

— [Ледяной Торнадо]! — ёе голос наполнился легкой паникой, когда она поняла, закончив заклинание, что вот-вот примет на себя основную тяжесть атаки Гейста.

От лица профессора Гейста:

Идиотка! Почему она не защищается, а пытается закончить последнее заклинание?

Когда вокруг меня закружился вихрь ледяных осколков, то немного занервничал. Я не испугался этого причудливого заклинания. Я боялся, что она может серьезно пострадать от моей атаки.

Разве для заклинателей не нормально иметь защитный слой в битвах? Я выбрал относительно легкое заклинание, и тот факт, что она была девианткой, специализирующейся на льде, сделало мою атаку ещё легче. Неужели она так сильно хотела выиграть, что решила отказаться от защиты?

Я отменил заклинание, но исчезли только угольки. Потоки голубого огня, которыми они стреляли в глупую принцессу, все ещё направлялись в её сторону.

Черт. Я облажался.

Я пожелал, чтобы вокруг моего тела образовался слой тепла, чтобы растопить кружащиеся вокруг меня осколки льда. У меня остались легкие царапины, но мне было все равно. Что случилось с принцессой? Я не слышал криков других учеников. Может, она была в порядке?

Черт… Я должен был остановиться после того, как выставил эльфа дураком.

После того, как слой ледяных осколков, закрывавший мне обзор, растаял, я сразу же попытался найти принцессу, но вместо этого я обнаружил последнего члена трех офицеров из дисциплинарного комитета, Артура Лейвина, перед Кэтлин, которая все ещё прикрывала своё лицо руками в панике. Его ладонь была вытянута вперед, а другой рукой он защищающе обнимал принцессу.

Его глаза… Я невольно вздрогнула от зловещего взгляда, пронзившего меня насквозь. Оно было даже острее, чем те ледяные копья, которые запустила в меня принцесса.

— Я думаю, что эта ваша маленькая игра достаточно затянулась, не так ли? — выражение его лица оставалось ледяным, невинный фасад, который он обычно нигде не показывал, когда его властный взгляд смотрел на меня без угрызений совести. Было ли это его истинным лицом?

— Хотя я благодарен за вашу заботу о принцессе, в этом не было необходимости, так как у меня всё было под контролем. — я ни за что не собирался потерять лицо прямо здесь, в первый день, перед всеми моими учениками.

— Под контролем? — бровь Артура слегка дернулась, и я почувствовал его раздражение. Что это за давление? Это было ненормально. Даже мана-звери АА класса не излучали такого большого давления.

— Да. Неужели вы думаете, что я, профессор этой уважаемой академии, стал бы на самом деле подвергать опасности одного из своих студентов? — сказал я спокойно. Доказательств не было! Сегодня все было просто маленькой ошибкой.

От лица Артура Лейвина:

Этот урод действительно собирался настаивать на том, что все было под его контролем. Я уже знал, наблюдая за Лукасом, что после того, как дистанционное заклинание огоньков было выпущено, их нельзя было отменить. С другой стороны, не было никаких доказательств, так как я заблокировал его.

— Понятно… в таком случае, позвольте мне занять место моей коллеги в этой "демонстрации".

— Ха-ха… ну, если ты настаиваешь. Кажется, я слишком сильно напугал принцессу своим последним заклинанием. Мне нужно было отменить его раньше. Некоторые из моих учеников могут неправильно это понять. На самом деле я не пытался причинить ей вреда.

Даже сейчас эта жалкая отговорка инструктора пыталась отстоять свою позицию. По ропоту в классе я уже мог сказать, что большинство учеников уже поверили тому, что он говорил.

Я повернулся к Кэтлин. — Вы в порядке. Как думаете, вы можете вернуться на свое место самостоятельно? —я осторожно вывел ее из оцепенения.

— Д-да… мне очень жаль. — впервые я увидел изменение в выражении лица Кэтлин. Она выглядела очень смущенной, её фарфорово-белая кожа покраснела, когда она отвернулась, чтобы вернуться на свое место.

— Начнём. Я повернулся к профессору Гейсту и достал "Балладу о заре". Полупрозрачное бирюзовое лезвие вызвало вздохи и изумления, когда даже Гейст посмотрел на мой меч широко распахнутыми от желания глазами.

—  У тебя довольно хорошее оружие. Поскольку ты усилитель, я полагаю, было бы справедливо позволить тебе выбрать, каким методом ты хочешь, чтобы я сражался. — Он беспомощно пожал плечами и направился к своему мечу, воткнутому в землю.

— Неважно. — ответил я.

Я видел, как вздулась вена нашего профессора, когда он оглянулся на меня.

— Я настаиваю. — возразил он.

— Тогда, пожалуйста, выберете то, в чем вы более уверены. — я сделал пару шагов вперед, мое лицо все ещё вглядывалось в него, изучая каждое его движение и действие.

Подонок или нет, но этот профессор все ещё оставался ветераном на светло-желтой стадии. Тот факт, что у него была способность использовать синий огонь, означал, что он был довольно способным.

Я увидел, как когда-то ухмыляющийся профессор нахмурился, а его лицо немного покраснело. Я мог сказать, что он действительно хотел произвести впечатление на свой класс.

— Очень хорошо. Тогда я буду с вами помягче. — верхняя часть его лица выдавала беззаботную улыбку.

С легкостью вытащив свой меч, Гейст тоже направился ко мне, его клинок грациозно танцевал вокруг него, пока он обращался с ним без особых усилий.

Он шагнул в мою сторону без предупреждения, взмахнув клинком с силой, которая была не совсем "легкой".

Его меч был пропитан слоем голубого огня, излучаемый им жар делал его смертельным. После парирования его первоначальной внезапной атаки я использовал ману атрибута ветра, чтобы держать огненный след подальше от себя.

Поскольку я мог использовать только ветер и землю, мне пришлось серьезно подумать о том, как лучше всего использовать свои способности, чтобы победить более сильного противника. Хотя было бы легко использовать синий огонь самому, у меня сейчас не было такой возможности.

Его бомбардировка продолжалась, сила каждого взмаха и удара становилась все быстрее и сильнее, как будто пытаясь проверить предел, с которым я мог справиться. Каждый раз, когда я с легкостью парировал или уклонялся от его атаки, следующие были на ступеньку выше.

Я не использовал никаких заклинаний, чтобы отразить его атаки, только усиление маны и чистую технику меча, что расстраивало нашего профессора еще больше.

— Так дисциплинарный комитет состоит не только из крыс, которые все время изворачиваются и убегают. — громко сказал он, делая шутливое лицо.

— Неужели мне действительно нужно атаковать, когда наш уважаемый профессор не может даже попасть по первокурснику? — возразил я, делая невинное лицо.

Он не ответил, вместо этого его губы скривились от гнева. К этому времени пара студентов уже сообразила, что это не просто демонстрация, некоторые шепчутся, не следует ли им позвать директора или школьный совет.

Атаки профессора Гейста стали более свирепыми, когда он начал использовать несколько заклинаний вместе со своими атаками.

— [Пламенный столб]. — Поток голубого огня вырвался из-под земли подо мной, когда я мгновенно уклонился, чтобы избежать его, и парировал его точным ударом в шею.

Застигнув его врасплох, он отпрыгнул назад намного дальше, чем должен был, чтобы увернуться от моего клинка, на его лбу выступила капля пота.

— Даже крыса может укусить, если загнать её в угол, профессор. — я ехидно ухмыльнулся, сразу же сократив расстояние между нами двумя.

Появившись рядом с ним, я обмотал ману вокруг лезвия своего меча, готовя заклинание. Каждый мой взмах образовывал неподвижную дорожку ветра, сбивая с толку профессора Гейста, который всё ещё мог блокировать мои удары. Каждый взмах и выпад, который я делал, создавал почти прозрачный воздушное лезвие на его траектории.

Профессор Гейст больше не пытался изображать уверенность, на его лице отразилась сосредоточенность, когда он пытался блокировать шквал моих атак.

Он достиг края арены, когда каждый мой удар заставлял его отступать на шаг, пламя на его мече беспомощно мерцало после каждой атаки.

Пришло время покончить с этим.

Я заставил поверхность земли, где он собирался сделать следующий шаг, прогнуться, заставив его слегка потерять равновесие. Как и ожидалось от опытного усилителя, он на долю секунды споткнулся, но вскоре смог восстановить равновесие. Однако эта доля секунды была всем, что мне было нужно.

[Буря].

Десятки струй ветра, исходившие от каждого из моих наполненных маной клинков, внезапно вспыхнули и выстрелили. Моя атака достигла апогея, когда скорость моих атак увеличилась, а мой клинок стал едва виден. Все это время заклинание, которое я только что активировал ,[Буря], следовало за каждой моей атакой, превращая мой обстрел в цепь меча и острых клинков ветра.

— Аааа! — ошеломленный огромным количеством атак, которые он не мог полностью заблокировать, Гейст споткнулся о задницу и выкатился за пределы арены.

Защитный барьер, блокирующий прохождение всех заклинаний, мерцал и трещал, когда мое заклинание бури обрушивалось на него, пока барьер не сломался с резким звуком. Этого было достаточно, чтобы заблокировать все, кроме последнего лезвия ветра от моего заклинания, которое задело шею профессора, вызвав струйку крови.

К счастью, пропитанное маной тело Профессора было достаточно прочным, чтобы мои смертоносные клинки ветра только задели его, но он всё ещё лежал на спине, его лицо было бледным от испуга, а колени тряслись, когда я воткнул свой клинок в землю прямо рядом с его шеей.

Вытащив меч и закинув обратно в кольцо измерений, я посмотрел на профессора. — Спасибо за ваше руководство.

Словно по сигналу, прозвенел звонок, и я вышел из комнаты, оставив весь класс с широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью.

— А-Артур. — я услышал тихий голос позади себя. Кэтлин бежала ко мне, а Фейрит следовал за ней.

— Должен признать, что ты был впечатляющим. Как и ожидалось от моего соперника. — Фейрит скрестил руки на груди, но лицо его выглядело немного обескураженным.

Положив руку на плечо эльфа, я сказал. —Ты хорошо там постарался, Фейрит. Если бы ты знал тип заклинания, которое использовал профессор, то ты бы подготовил больше контрмер.

— Конечно! Если бы я знал, что заклинание, которое он применит, было намного сильнее, чем я ожидал, то вышел бы победителем в конце. — сказал он, но слабая улыбка на по его лицу было видно, что он ценит мою веру.

Я повернулся к Кэтлин, которая все еще была немного потрясена. — Ты глупая? — сказал я ей, легонько щелкнув по лбу.

Она посмотрела на меня в полном шоке, и даже Фейрит выглядел немного запаниковавшим.

— Если бы ты решила защищаться, вместо того чтобы так сильно концентрироваться на победе над профессором, ты бы не подвергла себя такому риску. Не будь такой упрямой и тщательно все обдумывай. Знаешь... ты ужасно эмоциональна для того, чьё лицо никогда не меняется. — я игриво ухмыльнулся, прежде чем отправиться на следующий урок, оставив принцессу в изумлении, пока Фейрит паниковал, думая, как её утешить.

— Кью! Как прошел урок, папа? — Сильвия забралась мне на макушку и устроилась поудобнее, взъерошив мне волосы.

— Ну, все было в порядке. — полагал я, поглаживая Сильви.