Идя на следующий урок, я ощущал небольшое разочарование в самом себе. Я был нетерпелив, желая лишь одержать верх над профессором Гейстом, чтобы покончить со всем побыстрее. Но, используя только атрибуты земли и ветра, я не смог справиться со всем настолько легко, насколько хотел бы. Полагаю, имея столько “подарков” судьбы, я стал зазнаваться. На самом деле, мне еще только предстояло достичь вершины силы на этом континенте, хотя у меня определенно было достаточно преимуществ, которые помогли бы мне на этом пути. С таким настроем мне нужно было перестать сравнивать себя со студентами моего возраста и мыслить шире. Моя единственная надежда заключалась в том, что классы высшего дивизиона дадут представление о манипуляции маной, которую я не мог изучить самостоятельно.

Я был также заинтересован и в моем следующем курсе, Основах Изобретательства. Это было чем-то, чего не существовало в моем старом мире. Я был уверен, что есть некая связь с технологиями моего мира, однако использование манипуляции и кодирования маны было для меня в новинку.

Войдя в класс, я был приятно удивлен, увидев, что планировка комнаты напоминает лабораторию. Стаканы, контейнеры, разные виды руды и гаджеты заполонили комнату, делая ее еще более аутентичной.

Я с некоторым облегчением заметил, что в этом классе нет никого, кого бы я знал, и это придавало мне некое душевное спокойствие. Когда студенты уже начали собираться и рассаживаться вместе со знакомыми и друзьями, мимо прошла девушка примерно моего возраста, и встала рядом с моим местом.

— Я... здесь занято? Если занято, то я уйду! —  не знаю, почему она так паниковала, но, наблюдая за ее невинным характером, у меня не получилось сдержать смешок.

— Нет, тут свободно. Ты можешь сесть, если хочешь, —  с приветливой улыбкой сказал я, садясь сам.

Девочка была самой обычной. Круглые и толстые линзы ее очков увеличивали глаза и веснушки под ними. Ее кудрявые волосы выглядели так, будто жили собственной жизнью, хотя были завязаны в хвост.

По сравнению с такими девушками, как Тэсс и Кэйтлин, перед которыми все лебезили - и не зря - она была довольно невзрачной. Но почему-то рядом с ней было комфортно.

— С-спасибо...  — пробормотала она, опустив голову, —  ...мили.

— Что? —  я наклонился ниже, чтобы услышать ее последнюю фразу.

— Эмили! Меня зовут Эмили Уотскен! Пожалуйста, будь моим другом - я имею в виду, приятно познакомиться! — она раскрыла глаза, ошеломленная собственными словами.

На моем лице появилось то же выражение, что и у нее, прежде чем я рассмеялся.

— Конечно. Меня зовут Артур Лейвин, —  я схватил ее за руку и не смог не удивиться тому, насколько грубой была ее ладонь.

— О-ой! Прости! Наверняка ощущается мерзко, да? — она убрала свою мозолистую руку, и на ее покрасневшем лице стали ярче заметны веснушки.

— Нет, все в порядке. У меня тоже они есть. Видишь? —  я протянул свои руки, показывая затвердевшие мозоли.

— Вау... и вправду! Ты, должно быть, много практиковался! Неудивительно, что ты в дисциплинарном комитете. Я правда восхищаюсь тобой. А мне вот очень нравится изобретательство, так что в итоге приходится возиться с кучей гаджетов. К сожалению, мои руки от этого мягче не становятся, —  она почесала затылок, ее речь становилась все быстрее, когда она начала чувствовать себя со мной более комфортно.

— Правда? А я восхищаюсь такими людьми, как ты. Даже завидую твоей страсти к изобретательству. Когда сражаешься, единственное, в чем ты становишься лучше, - это убийства и разрушения, но чем лучше ты становишься в изобретательстве, тем выше твоя способность созидания, —  я посмотрел на свои мозолистые руки.

— Вау... какая глубокая мысль, —  я видел, как Эмили поправила свои толстые очки, обдумывая мои слова. — Ха-ха, в итоге я сказал что-то неприятное. Прошу прощения, —  классе стало довольно шумно, когда комната наполнилась нетерпеливыми учениками, большинство из которых были учёными-магами.

— Нет-нет-нет! Это было вовсе не “неприятно”! Просто такое не каждый день услышишь от двенадцатилетнего подростка, — она отчаянно затрясла руками, показывая, что все в порядке.

— Ты так говоришь, как будто тебе самой не двенадцать лет, —   хмыкнул я, глядя на нее.

Откинувшись на спинку стула, она вздохнула: — И вправду... Наверное, это потому что я, по-видимому, в какой-то степени гений. Я правда не понимаю, почему так, но, с тех пор как я создала артефакт проекционного дисплея, люди больше не относятся ко мне как к ребенку.

— Подожди, что? Это ты изобрела дисплей, на котором показывали объявление короля и королевы? — я встал со своего места.

— Ммм, ну, только частично... Я возилась с некоторыми вещами в лаборатории моих родителей, и пару лет назад создала основную конструкцию, — она снова взъерошила свои кудрявые волосы. 

Я глубоко вздохнул, откинувшись на стуле. Святое дерьмо. Она построила что-то подобное, когда ей не было и 10 лет!

— Что ж, должен сказать, что для меня большая честь находиться в присутствии такого гения, как вы,  — я ухмыльнулся, склоняя голову в шутливой присяге.

— О, прошу, только ты не начинай! Ты и сам вообще-то знаменит! — она ухмыльнулась мне, и в ее очках отразился свет, из-за чего она стала похожа на злого ученого.

— Правда? А я так старался быть незаметным. Похоже, не получилось, —  я оперся головой на руку.

— Пффф. Что ж, вступление в дисциплинарный комитет будучи первокурсником точно не помогло.

— В комитете есть и другие первокурсники, —  возразил я.

— Но не люди! Вы и принцесса Кэйтлин - единственные, а принцессу вообще провозглашают вундеркиндом с тех пор, как она проснулась. Так что остаешься только ты, таинственный мальчик-первокурсник, имеющий связь с белым лисоподобным мана-зверем, прошлым, остающимся загадкой, и способный победить профессора со светло-желтым ядром, который вдобавок является опытным авантюристом, — по ходу ее монолога она наклонялась все ближе и ближе ко мне.

— Что? Откуда ты уже знаешь о том, что случилось с профессором Гейстом?! Это все произошло буквально пятнадцать минут назад!

— Кью! — поддержала меня Сильвия и одновременно запротестовала тому, что ее назвали “лисоподобной”, хотя такой она и являлась. 

— Не удивляйся так! В конце концов, мы в волшебной академии. Новости распространяются быстро, а сплетни еще быстрее. Могу поспорить, что некоторые люди в этом классе уже знают, что произошло, —  она ухмыльнулась и пригрозила мне пальцем.

— Боже... Знаешь, я заметил, что ты сейчас намного разговорчивее по сравнению с тем, как запиналась, когда только ко мне подошла, —  я не мог не заметить изменения в ее характере.

— Заткнись! Я п-плохо лажу с незнакомцами, понятно? Кроме того, обычно я не так легко схожусь с новыми людьми. Но ты другой! Мне было легко с тобой свыкнуться, потому что мы действительно похожи, —  она хмыкнула, скрестив руки на груди.

— Похожи в чем? — я приподнял бровь.

Она широко улыбнулась, — Мы оба чудаки!

Я закатила глаза, услышав ее слова, но понял, что из-за высокого уровня ее интеллекта с ней мне было комфортнее, чем с другими детьми моего возраста.

Когда я уже собирался ответить на ее заявление, дверь класса распахнулась, и я увидел знакомое лицо.

— Приветствую вас, плебеи! Считайте для себя честью, что я, профессор Гидеон, буду вашим учителем в этом классе! —  сумасшедший ученый вскарабкался на подиум, а очки, свисавшие с его шеи, подпрыгивали вверх и вниз.

Глядя на класс снисходительным взглядом, он в конце концов добрался до Эмили и меня.

— Ах! Неужели это Артур. Я понятия не имел, что ты будешь в моем классе! — он явно фальшиво улыбнулся, заставив меня кивнуть головой. 

— И, боже мой, поладить с мисс Уотскен! Должен сказать, вы вдвоем составили бы неплохую команду! Хорошо, хорошо! Давайте начнем первый день занятий с небольшого знакомства со мной! —  он улыбнулся, большими буквами написав свое имя за спиной.

Лекция продолжалась, и следующие полтора часа Гидеон болтал о том, какой он замечательный. Большинство студентов, в том числе и я, были полусонными, но глаза Эмили сияли, пока она впитывала каждую крупицу информации, слетавшую с тонких губ Гидеона. Я догадывался, что даже такой гений, как она, уважал Гидеона на поприще изобретений. Это почти заставило меня хотеть им восхищаться.

Тем временем Сильви свернулась калачиком на столе, используя мою руку как подушку, как вдруг в окно влетела оливково-зеленая сова и приземлилась мне на плечо.

— Кью! — от неожиданности Сильв вскочила и зарычала, а сова лишь спокойно начала чистить перья. 

— Ну, кажется, директор Гудскай зовет тебя, сопляк! — Гидеон подошел ко мне, массируя сгорбленные плечи.

— Ты не должен заставлять ее ждать. Кыш! — он хлопнул меня по спине, продолжая монолог о своей замечательности.

Эмили, ничуть не удивленная, наклонилась, — Я же говорила тебе не недооценивать скорость распространения новостей!

— Да, да... —  я вышел из класса, слыша, как некоторые из моих одноклассников начали обсуждать произошедшее.

— А теперь... где там был офис директора Синтии? —  я почесал голову.

Словно поняв мои слова, сова вспорхнула с плеча и начала лететь вправо, призывая нас следовать за ней.

— Кью! —  Папа, он опасен! —  предупредила меня Сильвия, ее шерсть торчала дыбом.

Кампус был довольно пуст, так как большинство студентов либо тренировались самостоятельно в классах, либо находились в своих общежитиях. Завороженный пейзажами этого кампуса, я немного поздно понял, что сова, ожидая, когда я войду, приземлилась на статую перед зданием, которое, как я предположил, было кабинетом директора.

— Похоже Авьер лично провел вас сюда. Странно... Никогда раньше не видела, чтобы он так хорошо ладил с незнакомцами, —  профессор Гудскай, сидя за своим столом и подперев голову руками, смотрела на меня, но в особенности изучала Сильвию.

— Вам что-то нужно от меня, директор? —  я сел в кресло, а зеленая сова Авьер слезла с моего плеча и уселась на подоконник позади Синтии.

— Да. Я позвала тебя сюда по поводу небольшой «демонстрации» в классе профессора Гейста, —  выражение ее лица оставалось невозмутимым, когда она говорила о “проблемах”, которые я, должно быть, причинил ей.

— Ах... на самом деле, были некоторые моменты... — прежде чем я успел объясниться, директор Гудскай подняла руку, останавливая меня.

— Мы только что уволили профессора Гейста из нашей академии. Принцесса Кэйтлин выступила  лично и объяснила мне, что именно произошло. Конечно, мне нужно было найти людей, чтобы проверить ее показания, но все согласились, что профессор подверг студентов опасности, —  она кивнула, положив передо мной пару документов.

Вау, а она быстро работала. Этот инцидент произошел менее двух часов назад, но ей уже удалось разобраться с этим профессором.

Как будто зная, о чем я думаю, она улыбнулась и добавила. — Процесс значительно ускоряется, когда за тобой остается последнее слово во всех вопросах, касающихся этой академии. Однако я должна сказать, что никогда не видел принцессу такой взволнованной. Такой, какой она была сегодня. Когда она вошла, у нее было слегка сердитое выражение лица, что по ее меркам вполне серьезно. Ты должен понимать, насколько я была удивлена, —  директор Гудскай прикрыла рот рукой и тихонько усмехнулась.

— Правда? Не думал, что эта принцесса умеет проявлять какие-то эмоции, — я тоже ухмыльнулся.

— Да. Ты, должно быть, произвел на нее сильное впечатление, потому что она очень горячо защищала тебя, не оставляя профессору Гейсту возможности что-либо ответить, —  она подмигнула мне.

Когда я беспомощно покачал головой, директор Гудскай только рассмеялась, отвечая, — Ты настоящий ловелас, Артур. Будет очень проблематично, если ты вдруг украдешь сердца обеих принцесс! Кто знает, может ты станешь причиной следующей гражданской войны! Ха-ха-ха!

Казалось, ее весьма позабавило то, что могло разрушить хрупкое равновесие, существовавшее на этом континенте. Я хотел просто отбросить эту мысль, но когда представил, как дерутся две принцессы, то содрогнулся. Я бы не сумел справиться даже с одной из них, не говоря уже об обеих.

— Знаешь, на самом деле возраст 14-15 лет не считается таким уж ранним для замужества. Я уверена, что к тому времени Тэссия уже вырастет в прекрасную леди, — она все больше и больше дразнила меня.

— Нет, спасибо. Не думаю, что в ближайшее время у меня будут подобные отношения. Кроме того, они ведь еще просто дети. Может быть, я начну думать об этом, когда девочки моего возраста станут немного более зрелыми, — я пожал плечами.

Наклонившись вперед, директор поглядела на меня, — Хо-хо, то, как ты это говоришь, заставляет меня думать, что ты уже повзрослел, Артур.

— Ну, даже вы должны признать, что я оказался намного более зрелым, чем дети моего возраста, —  ответил я, откидываясь на спинку стула.

— Верно, но женщины, как правило, взрослеют быстрее, чем мужчины, — как ни в чем не бывало заявила директор Гудскай.

— Я до сих пор не понимаю, зачем меня сюда позвали. Уверен, это было не для того, чтобы сказать, что все улажено и обсудить мою женитьбу, — Сильвия спрыгнула с моей головы и погналась за Авиэром, которая чистила себя, сидя на окне.

— Артур! Мне кажется, что ты начинаешь видеть во мне человека, у которого всегда есть скрытые мотивы, — она бросила на меня обиженный взгляд.

— Ха-ха! Да, потому что в этом мы ужасно похожи, директор, — я подмигнул ей, заставив и ее улыбнуться.

— Боже мой, раз так, то я считаю, что приняла правильное решение, — ответила она.

— Что вы имеете в виду?

— Артур, что ты думаешь о том, чтобы стать профессором и вести Практику манипуляции маной? — она сжала руки, изучая выражение моего лица.

Мои глаза расширились, — Вы ведь не серьезно, да?

— О, я совершенно серьезно, Артур, — сказала она с неизменным выражением лица.

— Это вообще разрешено? Я студент, еще не закончивший даже первый день обучения. Могу ли я быть студентом и профессором одновременно? А что насчет других моих занятий? —  я начал приводить контраргументы.

— Прошу, не нервничай так. На самом деле это довольно просто. Разрешено ли это? Да, пока я говорю, что разрешено. Хотя такой конкретной ситуации никогда не было, были случаи, когда одаренные старшекурсники преподавали базовые предметы. Что касается других ваших занятий, ваше расписание на самом деле не изменится. Ты просто будешь преподавать этот один предмет в течение какого-то времени, — она одарила меня деловой улыбкой.

Я начал подозревать, что директор Гудскай делала это не для своего же блага. Она наверняка получит много жалоб от знатных родителей, недовольных тем, что предмет ведет первокурсник. У меня, с другой стороны, было бы гораздо больше свободного времени, ведь будучи преподавателем, мне бы не нужно было тратить время на внеклассные занятия.

— Я не понимаю, зачем вы это делаете, директор?

— Ну, вакансия только что открылась, и именно ты победил предыдущего профессора. Разве это не означает, что ты достаточно квалифицирован для участия? Кроме того, у меня действительно нет никаких скрытых мотивов, Артур. Нет нужды быть настолько подозрительным. Все зависит от тебя. Я не буду стараться убедить тебя, но считаю, что это хорошая возможность создать своего рода репутацию, не бегая за профессорами. А если захочешь и дальше наслаждаться преподавательством, то в следующем семестре я могла бы закрепить за тобой еще несколько классов! Уверена, у нас все равно довольно мало предметов, которые еще способны тебя заинтересовать, — усмехнулась она.

Поднявшись, Гудскай нежно положила руку мне на плечо — Выбор за тобой.