— В-всего в нескольких милях к югу от Этистина… сэр, — ответил он, не понимая, как правильно обратиться ко мне в силу моего возраста.

Я проскочил мимо охранника и направился к двери.

 — Пойдём, Сильв.

— Подожди! Артур, что ты задумал? — позвал Вирион сзади, в его голосе слышалась тревога.

— Я хочу увидеть, какой именно беспорядок я учинил, — ответил я, не оборачиваясь.

Сильви и я помчались к комнате с телепортационными вратами, петляя через нескольких удивленных рабочих и охранников.

Дойдя до знакомых двойных железных дверей, через которые мы прошли, мы увидели двух охранников, которых не было до этого, охраняющих обе стороны дверей.

— Пожалуйста, откройте двери, — попросил я с явным нетерпением в голосе.

Мужчина-стражник, одетый в тяжелые доспехи, с длинным мечом, привязанным к его спине, и двумя меньшими клинками, привязанными к обеим сторонам его талии, шагнул вперед с суровым выражением лица.

— Все входы и выходы должны быть одобрены командующим Вирионом или лордом Алдиром. Мы не слышали о твоем уходе ни от одного из них, так что ничего не поделаешь, малыш.

— Послушайте, я только что вернулся в этот замок с Вирионом и Алдиром. Они знают, что я ухожу, поэтому я настаиваю на том, чтобы вы меня пропустили, — возразил я.

— Командир Вирион и лорд Алдир, — повторил охранник. — Независимо от того, насколько благородными, вы, королевские дети, себя считаете, научитесь уважать старших.

Заклинательница, выглядевшая как женщина средних лет, одетая в роскошную одежду и капюшон, закрывавший волосы, быстро вмешалась, надеясь уладить ситуацию. Она говорила тихим голосом, как будто разговаривала с ребенком.

— В такое время опасно выходить на улицу одному. Может, если у тебя есть опекун, ты…

Она остановилась как вкопанная, подавившись последними словами. Оба охранника рухнули на колени, отчаянно вцепившись в горло. Они хватали ртом воздух, как рыбы, вытащенные из воды, когда я сделал еще один шаг вперед, глядя на них с невинной улыбкой.

— С вашей стороны было бы мудро оставить этот снисходительный тон в стороне.

Я ослабил давление, которое выпустил, чтобы доказать свою точку зрения, и помог им подняться на ноги.

— Давайте попробуем ещё раз.

Они вдвоем подошли к двери и открыли замок. Тяжёлые двери заскрипели о гравийный пол, когда я бросился через них и направился к центру комнаты.

— Сэр. Установите проход в Этистин, пожалуйста, — попросил я, вздохнув. Я чувствовал себя немного виноватым за то, что был так резок по отношению к людям, просто выполняющим свою работу, но моё настроение тоже не было безупречным.

Пожилой привратник обменялся неуверенными взглядами с растрепанными охранниками, но все же уступил. Светящийся портал загудел и зашипел, и перед глазами появился Этистин.

Не говоря ни слова, мы с Сильви снова вошли во врата, моё сердце сильно стучало по мере приближения к месту назначения.

Очутившись в незнакомой комнате, полной охранников, я спустился с платформы, на которой были установлены врата, Сильви стояла в паре шагов позади меня.

— Кто пропустил ребенка через охраняемые врата? — рявкнул бочкообразный капитан на сгорбленного привратника.

— Он из замка, сэр, — кротко ответил он, с любопытством глядя на меня.

Было неприятно, что все думали обо мне всего лишь как о ребенке, хотя я был уже в подростковом возрасте. Я был выше многих из присутствующих охранников, но мои непослушные длинные волосы и подростковая внешность, казалось, мешали солдатам воспринимать меня всерьез.

Не имея терпения объяснить свою ситуацию, я направился к выходу, пройдя мимо большого лидера.

— Малыш! Что у тебя здесь за дела? Разве ты не знаешь, в каком состоянии находится этот город? — облачённый в доспехи солдат, как минимум на голову выше меня, крепко сжал мою руку, оттягивая назад.

— Меня отправил сюда Командир Вирион. А теперь, пожалуйста, откройте двери, прежде чем я сделаю это сам, — предупредил я.

Лидер усмехнулся, закатывая глаза.

— Да, конечно. Командир Вирион прислал сюда какого-то худощавого красавчика. Держу пари, ты просто сбежавший дворянин, у которого случилась истерика. Лэст, Скраум, выведите мальчишку обратно! Я не собираюсь тут присматривать за гражданскими!

Вздохнув, я призвал ману, позволив ей вырваться из моего тела, как я сделал это в замке.

Многие из присутствующих солдат были усилителями, поэтому они точно знали, что происходит, поскольку все беспомощно упали на землю. Сам воздух в комнате застыл, когда солдаты в шоке уставились друг на друга широко раскрытыми глазами. Привратник, будучи обычным штатским, не выдержал давления и потерял сознание.

— Сильв. Давай выбираться отсюда.

— Но дверь…

Я оглядел комнату и увидел, что некоторые из наиболее способных магов уже вызывают подмогу.

— Сделаю новую, — коротко ответил я, не желая поднимать еще больший шум.

— Звучит отлично.

Белое лисье тело моего питомца начало светиться, пока пелена золотого света полностью не окутала её. С громоподобным выбросом маны из её тела Сильви превратилась в черного как смоль дракона. За последние несколько лет её форма стала намного более утонченной и зрелой. Мелкие детали, такие как форма её рогов и чешуя, которая теперь выглядела как тысячи маленьких полированных драгоценных камней, делали Сильвию устрашающей и одновременно неземной.

Солдаты, которые всё ещё были в сознании, издали сдавленные крики, но я не стал тратить время на то, чтобы насладиться их страданиями.

Подняв руку, я объединил безудержную ману, собранную на моей ладони.

[Молния]

Шквал голубых молний ударил в потолок над нами, сотрясая всю комнату. Я запрыгнул на Сильви, пока она взмахивала крыльями, чтобы поднять нас.

Когда мы вылетели через дыру, которую я создал, вздохи и крики гражданских и солдат под нами вскоре затихали по мере того, как мы поднимались в небо.

Пока мы поднимались над облаками, свежий зимний воздух обдувал мои щеки, и вскоре мы увидели, как заходящее солнце алело на фоне горизонта. Красота Дикатена раскинулась подо мной словно холст. Я воспользовался кратким моментом, чтобы насладиться мирным видом, от заснеженных гор и травянистых равнин до сверкающего океана и пышного леса, прежде чем направить Сильви на юг.

— Давай постараемся успеть до темноты, — посоветовал я, опираясь на большую спину Сильви.

— Принято, — повторила она, её голос всё ещё был веселым, несмотря на устрашающую внешность.

Земля проносилась мимо нас красочным пятном, как будто сам фон вытягивался снизу. Я увеличивал слой маны вокруг себя, чтобы защитить одежду от резкого ветра.

Когда мы направились на юг, по мере приближения к побережью вскоре стали видны города.

— Давай спустимся, Сильв, — передал я, сгорбившись.

Мой питомец спрятал массивные крылья и резко нырнул в скалы прямо над Трелмором. Мы мчались сквозь облака, закрывавшие наш обзор, летя вниз, словно черный метеор. По мере спуска стало видно сверкающее море, а вместе с ним и прямое следствие моей необдуманной ошибки.

Я громко выругался на кошмарное зрелище впереди, мои слова затерялись на ветру. Когда мы приземлились на огромном заснеженном обрыве на краю леса с видом на Трелмор и океан, я спрыгнул со своего питомца, ещё раз выругавшись. На этот раз мой голос эхом разнесся вокруг нас, как будто насмехаясь надо мной.

Я мог только молча наблюдать.

Сотни кораблей приближались к светящемуся горизонту, всего в нескольких десятках миль от берега, и их силы, дислоцированные в Звериных полянах, теперь казались всего лишь пятнышком.

В этот момент мне в голову пришёл последний совет Вириона. Он сказал мне не винить себя, но это было всё, что я мог сделать в этот момент.

Это была моя вторая жизнь, и у меня были знания, которых не было у людей этого мира. Несмотря на эти знания и мою мудрость, я не думал о последствиях, которые возникнут из, казалось бы, безобидного поступка, который принесет пользу окружающим.

Воспоминания о том дне, когда я дал Гидеону чертежи паровой машины, стали слишком ясными и мучительными. По моему совету корабль, который можно было построить для пересечения океана, попал не в те руки. Я спрашивал себя, ускорило ли получение этой технологии войну, которую они явно готовили.

— Выглядит не очень, — пробормотала Сильви, глядя на зловещий вид перед нами.

— Ты права, и это моя вина, — вздохнул я, смесь страха и вины забурлила у меня в желудке.

Я смотрел вперёд, потерявшись в оцепенении, когда миллионы мыслей проносились в моей голове. Я пролил слезы, пот и кровь за последние два года, чтобы защитить эту землю и людей на ней и не дать Вритре захватить весь этот мир. Но это было уже не так просто.

Снова взобравшись на своего питомца, я нежно похлопал ее по шее.

— Возвращаемся, Сильв. Нам предстоит выиграть войну, — сказал я сквозь стиснутые зубы.

Я не был каким-то праведным героем, стремящимся спасти мир. Черт, я даже не мог назвать себя добрым самаритянином, надеющимся сделать все возможное, чтобы сражаться за свой народ.

Нет. Это моя вина, что война дошла до такого состояния. Это моя вина, что флот кораблей почти настиг нас, и я буду виноват, когда эти корабли прибудут и учинят хаос на этой земле.

Если у меня была причина сражаться, то теперь она заключалась не только в защите тех, кто мне дорог.

Мне нужно было исправить собственную ошибку.

От лица Синтии Гудскай:

Я находилась в какой-то комнате или месте – каком-то пространстве, покрытом кромешной тьмой, и на меня падал лишь один лучик света.

— Крайне важно, чтобы вы предоставили нам как можно больше информации, — произнес низкий голос из тени.

Я чувствовала, как мои губы шевелятся, а язык формирует слова, но мой голос не звучал. Вместо этого мозг объяло колющим кольцом.

— Ваши знания помогут выиграть нам эту войну, директор, — пробормотал из поля зрения другой голос, на этот раз тонкий и хриплый. — Подумайте о миллионах жизней, которые вы можете спасти, начав сотрудничество с нами.

Я была согласна. Я хотела заговорить, но не могла издать ни звука. Я упала на колени, потому что звон вскоре стал невыносимым, но голоса, скрытые в тенях, продолжали донимать меня.

Они хотели получить ответы независимо от стоимости. Они были в отчаянии, но и я тоже.

— Всё нормально, даже если ты умрешь от последствий проклятия. Если мы получим нужные нам ответы, то работа может считаться выполненной, — проворковал особенно мелодичный голос.

— Я думала, что проклятие было снято лордом Алдиром, — хотела возразить я, хоть в глубине души и знала, что моя жизнь всегда была в опасности. Однако мой голос выдал меня, и мучительный звук завладел моими чувствами. Перед глазами побелело, когда боль начала уменьшаться.

Про себя я подумала, что если смерть выглядела именно так, то я была бы рада ей от всего сердца. Я закрыла глаза, но белая пелена все равно висела передо мной.

Я начал задаваться вопросом, что произойдет дальше, когда вскоре ко мне подошла затемненная фигура. Даже когда фигура подходила все ближе и ближе, ее черты нельзя было различить. Мое единственное утешение заключалось в том, что его очертания казались человеческими.

Когда безликая фигура появилась передо мной, она наклонилась и протянула руку, чтобы помочь мне подняться.

По правде говоря, я сопротивлялась, на какой стадии смерти бы ни находилась.

Однако любопытство взяло верх над моим недоверием, когда я протянула руку, ожидая, что он возьмет ее.

Когда наши руки соприкоснулись, пелена тьмы, окутывавшая моего таинственного помощника, исчезла.

Я сжала ладонь сильнее, когда поняла, что тем, кого взяла за руку, был Вирион.

Его рука была такой теплой. Я хотела протянуть руку и обнять его, но мое тело не слушалось. Вместо этого я осталась лежать на земле, положив его руку на свою. Он держал мою руку так нежно, как новорожденного цыпленка, будто мои пальцы рассыпались бы от малейшего давления.

Я хотела схватить его другой рукой, но снова не могла пошевелиться.

— Я так и не извинился перед тобой… — начал он, тихо бормоча о том, что не остановил меня, даже когда понял, что со мной может случиться. Голос Вириона, обычно такой яркий и уверенный, надломился и задрожал, пока он говорил.

Я оторвала взгляд от руки Вириона и посмотрела на своего старого друга. Его лицо было расплывчатым, и я не могла разобрать, на чем сфокусирован его взгляд, но по какой-то причине я так отчетливо видела слезы в его глазах.

Внезапно Вирион ослабил хватку, и его снова окутала тьма. Когда он ушёл, я крикнула ему, чтобы он вернулся, но мой голос не раздался.

Безликая тень, в которую превратился Вирион, на мгновение остановилась и снова заговорила. Было тяжело слышать, и я не могла разобрать некоторые слова, но тем не менее они меня утешили. Я больше не пыталась кричать на него, чтобы он вернулся, и приняла его уход.

Когда его фигура исчезла в белой бездне, сцена сменилась воспоминанием, которое всегда утешало меня.

Это было сразу после окончания войны между людьми и эльфами. Обе стороны понесли огромные потери и договорились о перемирие.

Вирион, гораздо моложе в то время, шел рядом со мной. Сцена была именно такой, какой я её помнила, вплоть до поля увядших тюльпанов, раскинувшегося слева от нас

Пока мы шли по мощеной дорожке, мое тело двигалось само по себе, но я не возражала.

— Что ты собираешься делать теперь, когда война окончена? — спросил Вирион, устремив взгляд вперёд.

После окончания войны я планировала спокойно наблюдать за состоянием континента. В конце концов, это было моим долгом. Но так как я точно не могла сказать этого королю эльфов, то лишь загадочно пожала плечами и понадеялась, что своими чарами сменю тему.

— Я знаю тебя уже несколько лет. Некоторые из этих лет мы были врагами, а некоторые – нет, но все эти годы я продолжал думать об одной вещи, — он поднял палец, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

— Оу? — мой голос зазвучал сам по себе. — И о какой же? О твоей вечной любви ко мне?

— Извини, но нет, — усмехнулся он. — Ты забыла, что я женат?

— Это ещё не остановило никого из человеческой знати, — я пожала плечами, изображая невинность.

— Мы, эльфы, верны, — ответил он, качая головой. — Но я отвлёкся. Я думал, что ты станешь отличным наставником и источником вдохновения. Чёрт, я вполне могу представить тебя главой престижной академии, ведущей молодёжь к лучшему будущему.

— Что ж, такого я не ожидала, — искренне удивилась я. — Что же привело тебя к такому выводу?

— Много чего, — подмигнул он. — А если серьёзно, тебе следует подумать о том, чтобы начать работать учителем. Я уверен, что тебе понравится.

— Может, я просто открою собственную академию, — мои губы изогнулись в ухмылке. — Мне понравился город Ксайрус.

— Академия магов на вершине летающего города, — размышлял он. — Мне нравится!

Я остановилась и смотрела, как Вирион продолжает идти вперёд

— Тогда, что если мы откроем школу вместе?

Оглянувшись через плечо, он подавил смешок.

— Ага, и назовем её академией Гудскай и Эралит.

Я чувствовала, как моё лицо краснеет от смущения.

— Нет, но, может быть, я пошлю туда своих детей или, может быть, внуков, когда они достигнут совершеннолетия. Ну, конечно, если твоя школа станет достаточно хороша для них, — подмигнул он, прежде чем повернуться.

— Знаешь, я ведь и вправду собираюсь основать одну, — фыркнула я. — Просто подожди и увидишь. Академия Ксайрус станет величайшим учреждением магов.

— Академия Ксайрус? В городе Ксайрус? — Вирион наклонил голову. — Не очень оригинально…

— Ну, я ведь не могу назвать её Школой Магов Гудскай и Эралит, не так ли? — возразила я, надувая щеки. — И тебе чертовски повезёт, если я позволю кому-нибудь из твоих отпрысков посещать её.

— Угу, — усмехнулся он. — Что ж, надеемся на успех Академии Ксайрус, — Вирион поднял воображаемый стакан в руке, чтобы произнести тост.

Увидев его шутливое выражение лица, я пнула его ногой в голень, заставив его расхохотаться ещё громче.

Я ясно помнила, что прямо там и тогда желала, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Я помнила и чувство сожаления о том, что не встретила его раньше. Возможно, если бы мы встретились раньше, моя верность континенту и Вритре была бы поколеблена.

Нет. К этому времени мое сердце уже дрогнуло.

— Эй, это у меня тут нога покалечена, — крикнул Вирион впереди. — Поторопись.

Я шагнула вперед, надеясь догнать его, когда боль пронзила мою грудь. Пейзаж, наполненный цветами, окрасился в красный цвет. Я посмотрела вниз, наконец-то обретя контроль над своим телом, и увидела торчащий из меня черный шип с сердцем на конце.

— Поторопись, — снова позвал Вирион, на этот раз издалека.

Я потянулась к нему и позвал его, но осталась на месте из-за чёрного как смоль копья, торчащего из моей груди.

Копье словно отбрасывало меня назад, когда приятная сцена исчезала прямо на глазах. Когда мой мир растворился во тьме, фигура удаляющегося Вириона была последним, что мне удалось увидеть, пока леденящая до самых костей хватка не накрыла меня. По мере того, как я всё глубже погружалась в эту бездну, я могу поклясться, что услышала детский голос, что просил у меня прощения.

От лица Вириона Эралита:

Меня разбудил душераздирающий крик. Я не знал, когда заснул, но моё тело тут же вскочило со стула. Выбегая из своего кабинета, я едва не столкнулся с охранником, мчавшимся в направлении крика.

— Командир Вирион, — отсалютовал он, останавливаясь.

— Что здесь происходит? — я огляделся, наблюдая, как другие охранники двигаются в одном направлении.

— Я не уверен, командир. Казалось, крик исходил этажом ниже.

— Никого не должно быть... Анна! — я задохнулся. Единственной занятой комнатой прямо под этим этажом была комната Синтии, о которой заботилась Анна.

Глаза охранника расширились, когда он повернулся и направился вниз. Сразу же следуя сзади, я оттеснил орду бронированных охранников. Семья Артура стояла прямо за дверью, но все смотрели внутрь.

Подняв взгляд, я смотрел на развернувшуюся всего в паре метрах от меня сцену.

— Н-нет, — выдавил я, подходя ближе и не веря своим глазам.

— К-как? Кто? — я запнулся, но Анна была так же потрясена и покачала головой.

Всё вокруг закружилось, когда беспорядок шума и бормотания вокруг меня стал приглушенным. Я сделал ещё шаг, но мои ноги подогнулись, и я споткнулся о кровать.

Синтия Гудскай мирно лежала в постели, её руки лежали по бокам, а тело было укутано тонкой белой простыней. Из её груди торчал чёрный как смоль шип, покрытый её кровью.

Неразборчивый вой вырвался из моего горла, когда я упал на колени, крепко сжимая холодную, безжизненную руку моего старого друга.