Ночь в деревне опустилась тихо, лишь ветер гулял среди колосьев. Но для Ховуяна всё вокруг изменилось. Его жизнь, вчера полная только пыли и пота, сегодня вдруг засияла новым светом.

Старик, назвавшийся Сянь-цзэном, поселился в маленьком домике на окраине деревни. Каждый день он собирал Ховуяна и заставлял выполнять странные упражнения: сидеть в неподвижности, дышать по особому ритму, медитировать у реки, а затем укреплять тело с помощью тяжёлых камней.

— Культивация начинается не с чудес, — говорил старик. — Она начинается с терпения. Чтобы вдохнуть силу мира, нужно очистить себя от слабости.

Поначалу Ховуян был в восторге. Каждый день он вставал до рассвета, с нетерпением ждал тренировок и сжимал зубы от боли, лишь бы доказать старцу и самому себе, что достоин пути.

Первые недели были пыткой. Его мышцы горели, дыхание сбивалось, тело требовало отдыха. Но он чувствовал — внутри него что-то меняется. Иногда, в редкие мгновения медитации, он словно слышал тихий шёпот ветра и ощущал, как в грудь вливается едва заметное тепло.

— Это духовная энергия, — сказал однажды Сянь-цзэн, заметив его удивление. — Ты сделал первый шаг к Царству Дыхания.

Ховуян не верил. Он действительно смог ощутить то, чего ждал всю жизнь. Его сердце переполняла радость.

Но… время шло.

Прошёл месяц. Второй. Третий. Ощущения становились привычными. Тело перестало болеть, упражнения — казаться невозможными. А вместе с этим в Ховуюне стала проявляться черта, о которой никто бы не подумал.

Хотя по нему и не скажешь, но Ховуян был довольно ленивым. Эта лень скрывалась глубоко, под его упорством и мечтой, и проявилась лишь после первого года тренировок.

Иногда он пропускал утренние занятия, оправдываясь усталостью. Иногда медитировал вполглаза, позволяя мыслям блуждать. Иногда, когда старик уходил, он ложился на траву и говорил себе: «Ну ведь я уже чувствую духовную энергию. Разве этого мало?»

Сянь-цзэн смотрел на него с лёгкой усмешкой.

— Ты думаешь, что достиг чего-то? — однажды спросил он. — Это лишь крапля в море. Если ты позволишь лени управлять тобой, ты никогда не поднимешься выше.

Слова старика больно задели Ховуяна. Он вспомнил, как ещё недавно мечтал о небесах, а теперь лениво отмахивался от тренировок.

В тот же вечер он долго сидел у реки, смотрел на отражение луны и шептал:

«Я не могу… не должен останавливаться. Даже если я ленив, я обязан победить себя».

И снова начал дышать в ритме, что учил старик. Снова ощущать движение энергии. Снова заставлять себя идти вперёд.