«Боюсь, что третий этап ты будешь проходить уже без меня», — тихо произнесла Серафима.
Ее упаднические настроения начинали меня раздражать. Слишком резким оказался переход — от жесткой несгибаемой девушки в недавнем прошлом, до разбитой и потухшей сейчас.
«Это еще почему?».
«Яд слишком быстро распространяется. Не дотяну».
«Перестань. Что-нибудь придумаем».
«Ничего не придумаем! — не вытерпела Серафима. — Мне конец!»
«Так, только давай вот без этого. Ладно я, мажорный сын, который пороху не нюхал, паниковать начинаю по любому маломальскому случаю. Но ты — киллер, который еще и монахиня, — ты должна себя взять в руки. Мы что-нибудь придумаем, слышишь?»
Серафима что-то буркнула в ответ.
«Вот и хорошо».
Мы двинули дальше, но убежать от мыслей не удалось.
Я ведь этого хотел? — самого себя спросил я. Ведь так. В самом начале, когда Серафима только появилась в моей голове, я всей душой хотел, чтобы она оттуда убралась. А теперь...
Теперь я этого категорически не желал. И не потому, что она помогала мне выжить. Нет. Просто привык, наверное. Серафима показала мне, что можно жить иначе, не так, как жил до этого, постоянно пребывая в тумане дурмана и алкоголя.
Черт, я просто обязан ей помочь и не дать умереть!
«Есть ли какой-то способ замедлить отравление?» — спросил я.
«Если и есть, то я его не знаю», — вяло ответила девушка.
Может, обратиться напрямую к ректору? А еще лучше — к видящему! Точно! Как его зовут? Чжан Вэй, кажется. Он многое знает, может и с Серафимой поможет. Эх, выбраться бы из этой передряги поскорее. К черту третий этап, к черту даже второй, сейчас надо спешить, найти того видящего, которого я встретил в саду.
«Нет, — оборвала мои мысли Серафима. — Ты должен пройти этот этап, иначе тебя выгонять из Школы!»
«А что мне Школа? Мне предстоит разговор с Максом, после которого Школа мне уже будет не нужна — все решится и с нашего рода снимут обвинения».
«Не будь так самоуверен. Всегда должен быть запасной план».
«Да о чем ты?!»
«А если Макс не будет говорить?»
«Как это — не будет? Я прижму его к стенке, расколется как миленький!»
«Где гарантия, что род не спрячет Макса от тебя?»
Я задумался. Это вполне логичный ход, если, к примеру, его отец узнает, что мне все известно.
«Так что запасной вариант всегда нужен», — подытожила Серафима.
«Я готов им пожертвовать, чтобы спасти тебя».
«Слишком пафосно звучит», — усмехнулась девушка.
«Посрать!»
«А вот сейчас весь пафос осыпался».
Я остановился, огляделся. Решительность быстро сменилась растерянностью. Куда идти? Кругом лес, и судя по густоте деревьев дремучий. Кажется, я зашел куда-то не туда.
И сказанные за спиной слова только подтвердили это:
— Ну что, засранец, попался?
Это был Клим.
Я резко обернулся, готовый тут же вступить в схватку. Но понял, что преимущество явно не на моей стороне, даже с учетом атрибута.
В руках Клима был пистолет.
— Я тебя, падла, на куски разорву! За все у меня ответишь!
Откуда у него оружие?! — было первой моей мыслью. Потом я понял, что это сейчас не так важно. Какая разница кто дал ему пистолет или каким образом он его пронес на территорию Школы? Итог один — меня застрелят.
Клим выкинул руку вперед и нажал на спусковой крючок. Грянул выстрел.
Но к этому времени я уже отскочил в сторону.
Я внимательно следил за каждым движением противника. Из-за ударившего в кровь адреналина реакция стала обостренной. И потому, предугадывая его действия, я среагировал на опережение.
Прыжок мой был настолько стремительным и мощным, что Клим даже не сообразил, что произошло.
А я, оттолкнувшись от стены, приземлился справа от стрелявшего.
— Вот он! — крикнул спутник Клима.
Я рванул к нему и точным ударом в челюсть уронил громилу.
Как же приятно было уметь драться вот так! Хоть это и заслуга Серафимы.
— Стой, падла! — прорычал Клим, прицеливая вновь.
Вновь громыхнуло.
А потом у Клима видимо не выдержали нервы, и он стал палить во все стороны.
Я умудрялся уворачиваться от пуль и это была заслуга не Серафимы. Я чувствовал, что мои инстинкты обострились до предела, а ноги, объятые синим свечением, творили чудеса. Обычный человек не смог бы прыгнуть так — порвал бы все мышцы. Но у меня получалось! И с каждым разом все лучше и лучше.
В какой-то момент Клим понял — против обычного оружия со мной не справиться. Да и патроны кончились. Отбросив уже не нужную безделушку, он активировал свой атрибут. До парня, наконец, доперло, что против одного атрибута может быть эффективен только другой атрибут.
И эта его догадка вскоре подтвердилась.
Я смог увернуться от пуль, но не смог уйти от прицельного удара, подкрепленного какой-то ледяной магией. Крепко выхватив в челюсть, я упал на землю.
Перед глазами заплясали кровавые зайчики.
Прийти в себя не удалось — Клим схватил меня и швырнул в стену. Да, мощь его рук была невероятной, с этим не поспоришь.
От удара сперло дыхание. Я сполз по стене, ловя ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, забился в угол.
«Дай, я разберусь с этим ушлепком!» — произнесла Серафима, и я почувствовал, как она подчиняет себе мои мышцы.
Я поднялся. Клим удивился — не ожидал такой реакции от меня.
Сплюнув кровавый сгусток, я направился к противнику, чем еще сильнее удивил того.
— Да ты верно идиот! — воскликнул тот и замахнулся для удара.
Однако завершить атаку не успел — реакция Серафимы была быстрее.
Изворотливый выпад, из-под руки противника, пришелся точно в цель. Мой кулак врезался в челюсть Клима, заставив того отскочить к стене.
Удивлению противника не было предела.
А вот обрадоваться удачной атаке я не успел — боль пронзила руку. Черт, кажется, я сломал кость!
«Беги», — без всяких объяснений произнесла Серафима.
И это было единственным верным решением — второй такой удар я едва ли смог повторить, боль в руке была нестерпимой.
И я побежал.
Активировав атрибут, рванул в самую густоту деревьев, не заботясь даже о том, чтобы не врезаться в толстый столб или споткнуться о валежник — чувствовал нутром, что впереди нет преград. Эта уверенность могла погубить меня. Но сейчас нужно было рисковать.
И я не прогадал.
Путь оказался чистым, и я вскоре выскочил к дороге, на которой виднелся указатель. Он сообщал, что до конца этапа оставалось несколько сотен метров. Можно ли было доверять этой информации? Я не знал, но на душе стало спокойней — если до конца второго этапа осталось не много, то есть шанс выбраться живым.
«Серафима, ты как?» — спросил я, пытаясь заставить себя идти быстрее.
Усталость сковала тело, вязла в ногах, а мышцы болели так, что хотелось кричать. В особенности сильно болели ноги — использование атрибута давалось тяжело и требовало своей оплаты.
«Нормально», — ответила девушка, но по голосу я понял — дела как раз хуже некуда.
«Держись! Выберемся. Скоро уже».
Серафима не ответила.
Больше всего на свете мне хотелось сейчас помочь ей. Но как? Я не знал ответа.
Может, не тратить время на поиски видящего, а обратиться сразу к ректору? Поймет ли только он меня? Придется объяснять ему про переселение душ, про свою смерть. И про то, кто я такой на самом деле. Хреновый вариант, подвергающий мою жизнь опасности. Но иначе спасти Серафиму не удастся.
Или...
Потирая ушибленную руку, я случайно прикоснулся к браслету, который на меня нацепили перед экзаменом.
Постой-постой...
Я задумался.
«Серафима, кажется, я знаю, как тебе помочь!»
«Это вряд ли», — кисло ответила та.
«Нет, ты выслушай! — от возбуждения я даже остановился. — Ректор сказал, что это браслет, который у меня на руке нацеплен, будет защищать меня от магических воздействий, понимаешь?»
«Не совсем».
«Ну это такой предохранитель, чтобы спасти экзаменуемого от гибели. Думаю, Клим это тоже понял, поэтому и раздобыл пистолет, чтобы пристрелить меня — от пуль он видимо, все же не убережет. Для физического воздействия, тем более такой мощи, он не действует. Да и кто будет нести оружие на экзамен?».
«К чему ты клонишь?» — в голосе девушки проскользнула заинтересованность.
«А к тому, что браслет может спасти тебя от магического воздействия — ведь именно для этого он и создан!»
Серафима не ответила.
«Ну, как тебе идея?»
«Дрянная».
«Это еще почему?!»
«Потому что вряд ли какой-то пластмассовый браслет, стоящий копейки, может спасти от воздействия тех, Кто-Из-Забвения».
«И что же теперь, вообще не пытаться спастись?!» — меня начала разбирать злость.
«Ну...»
«Нет, никакие возражения не принимаются! Я попробую. И не думаю, что этот браслет плохой — ректор вряд ли будет рисковать жизнями своих учеников».
Я начал вертеть браслет, пытаясь понять, как он действует. На вид обычная пластмаска с утолщением виде циферблата. Только никаких цифр на нем не было написано, сплошная чернота.
— Как он действует? — злобно прошипел я, тщетно пытаясь запустить механизм спасения.
За спиной затряслись кусты, раздался голос одного из климовских громил.
«Убегай!» — пискнула Серафима, но это было лишним — я уже рвал вперед.
Ветки хлестали по лицу, но я даже не обращал на это внимания. После того, как меня не убили убийцы и Клим, боль от ударов веток не чувствовалась.
Я даже умудрялся по пути крутить браслет, все же надеясь активировать его.
Это чуть и не погубило меня.
В какой-то момент я отвлекся от пути и полетел вниз, в темноту.
Хорошо, что успел выставить руки вперед.
Это был крутой овраг, в который я и полетел по невнимательности. Скользкая глинистая почва была укрыта павшими прошлогодними листьями, и потому у меня не было ни одного шанса оставить падение.
Я скатывался довольно долго, пару раз крепко приложился о валежник и камни. Наконец я достиг дна. Плюхнувшись в зловонную лужу, я не выдержал, застонал.
При падении собрал все, какие только можно камни и выступы и теперь боль сковала тело.
— Твою мать! — только и смог выдохнуть я, морщась от пронзающей боли.
«Ты как, в порядке?» — заботливо спросила Серафима.
Я хотел ответить, что все нормально, но не смог — скрутило мышцы.
— У-ух! — только и смог выдохнуть я.
«Не шевелись!» — произнесла девушка.
Я почувствовал небольшой холодок, пробежавшийся по мышцам — Серафима выходила вперед.
«Дрянь дело», — подытожила она после паузы.
— Что такое? Перелом? — с ужасом спросил я.
«Похоже на то. Ребро справа сильно ушиблено».
— Только этого еще не хватало! Как действует эта хреновина?! — я глянул на браслет. — Я тут умираю, а этот кусок пластмассы даже и не думает вступать в дело. Эй, слышишь? — я закричал в самый дисплей. — Мне нужна помощь! По-мо-щщь!
Дисплей внезапно мигнул зеленым.
— Твою мать! — вновь выдавил я. — Нужно было сразу догадаться, что он работает по простой команде.
«Опишите как можно подробней случившееся», — показал тем временем дисплей.
Я торопливо начал говорить:
— Магическое воздействие. Отравили.
А большего я сказать не мог — не знал, что говорить.
«Конкретней» — спросил дисплей с каким-то издевательством.
— Да откуда мне знать?!
«Третий уровень инфернального магического конструкта», — выдохнула Серафима.
Я растеряно повторил ее слова.
Дисплей задумался — на нем появился крутящийся кружок. Потом появилось:
«Ожидайте. Идет связь с сервером».
— Ожидайте... — злобно повторил я. — Как будто у меня есть выбор.
Я огляделся. Шорохи листьев заставили насторожиться. Погоня? Нет, ветер треплет верхушки деревьев. А погоня, похоже, свернула в другую сторону. Это хорошо.
Только надо придумать, как выбраться из этого рва. А постараться, похоже, придется. Крутой склон, сплошь покрытый глинистой почвой, скользкой, как сопли. Не подняться. С другой стороны тоже не вариант идти. Там такой буерак, что соваться туда — верная погибель. Переломаешься весь и еще неизвестно что там, в темноте кустов, притаилось — то ли еще один обрыв, то ли голодный дверь.
Наконец браслет тихо пикнул и в ту же секунду сверху, будто с самого неба, на меня обрушился поток яркого белого света.
Я почувствовал тепло, которое вскоре превратилось в обжигающий жар.
«Не шевелись!» — из последних сил прошептала Серафима.
По интонации ее голоса я понял, что свет имеет силу и есть шанс на спасение.
Стиснув зубы, я остался на месте.
Видимо магическое воздействие Скальда было мощным, потому что свет довольно долго не уходил. В какой-то момент мне показалось, что меня просто поджарит.
Но яростный стон Серафимы заставил затихнуть. Я понял, что сейчас ей гораздо хуже, чем мне.
Перед глазами все плыло. Боль, полученная при падении, замешивалась на боли от света, и я едва не сходил с ума. В какой-то момент я оказался вновь на земле — даже сам не понял, как подкосились ноги.
Когда открыл в следующий раз глаза, свет уже пропал. Перед самыми глазами ползал жук, таща травинку к себе в дом.
Все тело ныло. Мышцы пронзала острая боль, словно в них вонзали раскаленные спицы.
Я застонал. Поднялся.
Потом, вспоминав ради чего все затевалось, спросил:
«Помогло?»
Серафима долго не отвечала, и я с ужасом подумал, что свет вытравил ее из моего разума.
«Серафима? — опасливо спросил я, чувствуя себя по-дурацки. — «Ну, ответь же!»
«Кажется, помогло», — наконец ответила она.
«Слава Богу!» — выдохнул я.
«Вот видишь, ты уже и в Бога поверил. Все-таки оказываю я на тебя благотворное влияние!» — голос девушки был звонок и весел.
Кажется, и в самом деле помогло.
«Да ну тебя, язва!» — притворно обиженно ответил я.
«Вы воспользовались помощью, — сообщил дисплей. — Лимит помощи закончен. Рекомендуется в срочно порядке закончить проведение экзамена».
— Что это значит? — спросил я, поглядывая на расплывающиеся буквы.
«Это значит, что следующая атака магическим конструктом будет для нас смертельной», — севшим голосом произнесла Серафима.
Я присвистнул.
— Надо заканчивать.
«Верное решение».
Я вновь оглянулся. Решил идти вдоль обрыва — когда-то же он должен подняться по уровню вверх?
Морщась и делая частые остановки, я прошел метров триста. Болело все. А от помощи ректорской защиты неприятно зудилась кожа, и покалывало спину. Однако выбранная нехитрая стратегия оказалась правильной. Пройдя еще пару сотен метров, я понял, что яма начинает постепенно подниматься.
Делая еще больше остановок, выглядывая сквозь кусты, чтобы не нарваться на Клима и его шайку, я вышел, наконец, на небольшую полянку.
Там были люди.
Пришлось загаситься в густых зарослях крапивы, чтобы рассмотреть внимательней кто там. Не Клим. И его «шестерок» тоже нет. Кто-то из параллельного класса. Что тут делают?
Я присмотрелся.
Все они были уставшими — явно бежали сюда и сейчас, видимо понимая, что место безопасное, переводили дыхание. Кто-то прислонился к дереву, кто-то подпер руками колени.
И только через несколько минут я увидел вдалеке, за всеми фигурами, полупрозрачные колонны.
Это же третий этап! — внезапно осенило меня. Все они пришли к финишу и сейчас отдыхают, чтобы начать третий с новыми силами.
Уже не боясь ничего, я выскочил из кустов и бросился туда, к сияющим колоннам — портальному проходу в межэтапное пространство.
«Конец! — радостно воскликнул я и бросился к вратам. И даже боль сейчас отошла на второй план. — Серафима, это конец второго этапа! Мы добрались! До третьего даже и пытаться не будем — пойдем прямиком к ви...»
Договорить я не успел. Неведомая сила подхватила меня и швырнула высоко вверх — я даже не успел пикнуть.
Что за черт?!
Я летел подобно самолету высоко в небе, чувствуя, как сильно бьют холодные потоки воздуха прямо в макушку. Меня свернуло подобно мячу, даже дышать стало тяжело. Я был словно снаряд, которым выстрелили вверх.
— Третий этап! — крикнул там, внизу, ректор. — Сразу же третий этап! Для тех, кто прошел второй!
Твою мать! Они даже не стали спрашивать хочу ли я его проходить! Отправили дальше! Прямиком на небеса!
---------------------------------------------
Ежеглавная рубрика «Беспощадные факты».
И вновь лапки. Да не простые, а волшебные. Кто пощекочет их, у того будет хороший день.
Самые интересные комментарии
Пусто